Файл: Гейл Шихи Возрастные кризисы.doc

В критический период женщина, окончившая в свое время колледж, выбравшая сначала замужество и материнство, отложившая карьеру на более поздний срок, уже не видит четкой жизненной цели и испытывает некоторую депрессию. Однако она может преодолеть свою внутреннюю робость и снова пойти на работу. Ей также придется отказаться от пагубной роскоши не работать, которая является довольно сильным противодействующим фактором.

Для обширной группы женщин повторный выход на рынок труда не имеет ничего общего с глубоким волнением по поводу продажи брелков из китового зуба в своем собственном салоне. Чем же занимаются женщины, которые по необходимости должны оставлять свой дом и зарабатывать на жизнь? Они становятся официантками, машинистками, телефонными операторами, швеями, санитарками, ассистентами менеджеров по продажам, устраиваются на временную работу в офис или возвращаются обратно на конвейер. Вот на такие работы могут устроиться женщины, которые раньше не получили хорошего образования или не планировали работать на протяжении двадцати пяти лет.

Девяносто процентов женщин в возрасте от тридцати до сорока четырех лет не закончили колледж. Большинство из них так и вынуждены навсегда остаться заботливыми женщинами.

Три четверти всех работающих женщин не замужем или имеют партнера, чей доход ниже семи тысяч долларов в год (по данным 1970 года). Предыдущее предложение следует прочитать дважды.

Такая женщина часто воспитывается в этнической общине рабочего класса и верит в сообщность, ест вареную домашнюю капусту и осмеливается выйти на улицу только тогда, когда привозят благотворительный ужин от церкви. В начале середины жизни организатор Балтиморской общины высказалась от имени многих таких же, как она, женщин:

“Мы мечтали выйти замуж за представителей „белых воротничков" и совершать с ними путешествия. Позже, глядя на платежную ведомость мужей, мы пришли к выводу, что без дохода от пяти до десяти тысяч долларов не сможем сводить концы с концами. Мы были у черты бедности. Поэтому многим женщинам пришлось вернуться на работу. Это было непросто, так как многие не работали уже лет четырнадцать”.

Наиболее жестокие денежные проблемы, не зависящие от уровня образованности женщины, связаны с тем, что она много лет провела дома как домохозяйка и все это время была выключена из состава рабочей силы. Женщинам после тридцати лет приходится трудно, однако тем, кому исполнилось сорок лет и больше — еще труднее. Многие замужние женщины, имеющие детей (согласно результатам исследования Министерства труда) и пошедшие работать, заняли положение на порядок ниже того, которое они имели до замужества. Почти треть женщин, которые снова начали работать в возрасте от тридцати до сорока четырех лет, не смогли подняться выше того уровня, на котором находились в юности до замужества. После сорока лет уровень безработицы среди женщин, которые снова хотят работать, на треть выше, чем среди мужчин того же возраста. В завершение всех этих статистических данных, наводящих на грустные размышления, следует сказать, что женщин наряду с чернокожими увольняют в первую очередь.

Вот такая реальность ожидает молодых жен “синих воротничков”, несмотря на их новую мечту. Если вы помните, мы рассматривали с вами жену одного из представителей “синих воротничков”. Она собиралась вернуться на работу после того, как двое ее сыновей пойдут в школу. Между тем она хочет сделать карьеру с учетом своих личных желаний, она не хочет заниматься обычной утилитарной работой, которую выполняла до замужества. Она выбрала модель поведения женщины, которая предпочла сначала замужество и материнство и отложила на более поздний срок карьеру. Это, наверное, одно из самых значительных изменений в отношении женщин к работе за последние двадцать пять лет. Однако все равно это довольно далеко от реальных возможностей.

Тридцать четыре года — это средний возраст, в котором разведенная женщина выбирает себе нового мужа. Прошло в среднем тринадцать лет со дня ее первого замужества. Она хочет сделать еще одну попытку и построить партнерские отношения, которые удовлетворили бы ее потребность во взаимопонимании.

Тридцать пять лет — это возраст, в котором среднестатистическая жена уходит из дома. В настоящее время жена, уходящая из дома, не редкость. За последние двенадцать лет соотношение жен, оставивших семью, к мужчинам, оставивших семью, повысилось от 1 : 300 до 1:2. Тип женщины, оставившей семью, описан Эдом Гольдфедером, президентом американской компании, занимающейся розыском пропавших родственников. Тридцатипятилетняя женщина, вышедшая замуж в девятнадцать лет и родившая первого ребенка через одиннадцать месяцев. “С этого момента она посвятила свою жизнь воспитанию ребенка и ведению дома. Теперь, достигнув возраста тридцати пяти лет, она чувствует, что не сможет радикально изменить свой образ жизни. Муж часто переставал думать о ней как об индивидууме со своими запросами и желаниями”.

Фирма, занимающаяся розыском пропавших родственников, прислала мужу анкету с вопросами о его пропавшей жене. Ответы проливают свет на отношения в семье.

Цвет глаз: Не помню. Цвет волос: Не ярко выраженная блондинка. Хобби: Нет. Привычки: Эту графу муж не заполнил. Состояние ума: Нарушены эмоции.

Самое поразительное, что материально семья хорошо обеспечена. Причина побега жены заключается не в ухудшении материального благосостояния, а в том, что женщину перестал ценить и даже замечать муж и жизнь с ним потеряла для нее всякий смысл.

Маргарет Мид в одном из интервью сказала: “Я думаю, что принципиальными повстанцами сегодня после восстания мужчин в сорокалетнем возрасте являются женщины, которые оставляют своих мужей, прежде чем те оставят их. Эти женщины, как правило, достигли среднего возраста тридцати пяти лет и считают, что у них осталась последняя возможность что-то изменить в своей жизни”.

Тридцатипятилетний возраст отмечает биологическую границу женского существа. Наверное, в первый раз женщина начинает ощущать признаки того, что демографы называют “концом ее плодородных лет”. Женщина, которая выбрала сначала карьеру, а замужество и материнство отложила на неопределенный срок, бьется в тисках времени. С вопросом о материнстве неминуемо должна столкнуться и незамужняя женщина, которая занималась карьерой. Многие женщины в возрасте от

тридцати пяти до тридцати девяти лет становятся матерями, взяв приемных детей. Некоторые из энергичных, любящих выпить незамужних и несентиментальных женщин, посвятивших себя карьере, внезапно останавливаются, влюбляются и беременеют.

Свободная журналистка Ирма Куртц приняла решение завести ребенка в возрасте тридцати семи лет. Незамужняя остроумная и эгоцентричная американка, добившаяся профессионального признания в Англии, раньше не имела времени подумать о ребенке. Теперь, писала она, “этот путь был для меня единственным”. Ей нравилась беременность, и она “полностью посвятила себя этому состоянию”. Сначала она испытывала панический страх оттого, что все для нее закончилось: “конец тщеславию и приключениям, конец свободе, конец моему эгоцентричному детству”. Однако беременность дарит определенный эмоциональный комфорт, когда ребенок начинает шевелиться. “Приятно войти в абсолютно новую область информации и интересов, — писала журналистка, — особенно в возрасте, когда ты думаешь, что уже все исследовала в этой жизни”.

Ирма Куртц родила ребенка непросто, ей сделали кесарево сечение. Однако она была готова к этому. Неожиданным оказалось изменение чувства времени и отношения к себе и другим. Сразу после рождения сына она почувствовала себя эмоционально опустошенной,

"Сон урывками, вероятно, влияет на меня больше, чем в молодости. Дни проходят в суматохе. Это означает, что я свободна от пережитков прошлого, по крайней мере, на это время. Удивительно, насколько нежелание выпить ограничивает социальную жизнь в моей возрастной группе, однако еще более поразительно то, что сейчас я нахожу беседы в подпитии скучными, хотя раньше наслаждалась ими и получала эмоциональный заряд… Возвращаясь назад, я вспоминаю, что постоянно говорила о себе и своих успехах и редко — о чем-либо другом… Сегодня я знаю, что тоже смертна, что становлюсь старше… Боже мой, когда ему исполнится лишь тринадцать лет и он будет совсем юным, мне уже будет пятьдесят, а это не шутка… Однако не могу сказать, что это меня очень беспокоит”.

Традиционно считается, что заводить ребенка в тридцать пять лет рискованно. В книгах, посвященных гинекологическим проблемам, женщина, впервые рожающая в тридцать пять лет или позже, все еще определяется как женщина с первой поздней беременностью. Если со времени предыдущих родов прошло десять и более лет, такую беременность также считают поздней. Однако есть доказательства того, что опасность поздних родов преувеличена.

Так в чем же риск? Проконсультировавшись с дюжиной источников, я могу сообщить вам, что единственный риск, которому вы подвергаетесь в связи с поздними родами, заключается в рождении ребенка с синдромом Дауна.

Для двадцатилетних матерей возможность родить ребенка с этой генетической патологией составляет 1:2000. При родах в тридцать пять лет соотношение увеличивается до 1:1000, в сорок — до 1:100. И каждый последующий год соотношение увеличивается в два раза.

Амниоцентез — процедура, при которой околоплодная жидкость берется на анализ из матки с помощью иглы — обеспечивает стопроцентную распознаваемость синдрома Дауна и других хромосомных отклонений.

Несмотря на риск, который может быть рассчитан заранее, некоторые из наиболее опытных в стране специалистов сказали мне, что все остальные опасности при поздних родах (жесткие маточные трубы или неэластичные ткани) просто преувеличены. “При квалифицированной акушерской помощи не должно быть существенных различий при родах женщин в возрасте до сорока и после сорока лет”, — утверждает профессор Ванде Виль. Он отметил также, что наиболее часто поздние роды встречаются у разведенных женщин, которые не имели детей и повторно вышли замуж в тридцать восемь — тридцать девять лет.

“Такие женщины обычно готовы пройти через все препятствия, чтобы родить ребенка. Если случается так, что во время беременности или при родах происходят какие-то осложнения, то они сами просят оперативного вмешательства”. Акушер-гинеколог заканчивает затянувшиеся роды оперативным вмешательством, проводя кесарево сечение матерям, которые решили родить в позднем возрасте. Возможны и другие осложнения при родах, связанные с возрастом, однако таких случаев зарегистрировано немного. В таком возрасте чаще встречаются гипертония и диабет. У сорокалетних женщин, которые никогда раньше не рожали, чаще развивается фиброма матки, которая может вызвать кровотечение. Перед плановой беременностью женщина обязательно должна обследоваться у гинеколога на предмет наличия различных воспалительных заболеваний. Единственное осложнение, которое встречается довольно часто и которое нельзя предсказать, — это низко расположенная плацента, что может во второй половине беременности вызвать серьезное кровотечение у матери.

Многим акушерам-гинекологам не нравится, если женщина после сорока лет собирается рожать ребенка. Но это не означает, что нужно отказаться от желания завести ребенка в позднем возрасте.

Заботливые женщины по-разному реагируют на столкновение с биологической возрастной границей. Они могут вернуться к учебе, начать развивать скрытый талант или готовиться к возвращению в мир труда. Но чаще всего, получив степень в колледже или утвердившись в карьере, они снова беременеют. “Это не ошибка, — сказала мне доктор Рут Моултон, ассистент профессора психиатрии в Колумбийском университете. — Они просто оставляют себе ребенка”.

Даже если мать уже приняла определенное решение: “Это был мой последний ребенок”, — и счастлива этим, все равно она чувствует, что заканчивается важный период в ее жизни:

“Когда дети подрастут, у меня будет больше времени. Это прекрасно, но чем я смогу заменить их?”

Когда все цели теряют актуальность, неудивительно, что женщина чувствует изменение в своей перспективе при переходе к середине жизни в тридцать пять лет. Так или иначе, женщина на этом отрезке времени начинает действовать, а какую роль здесь может сыграть муж — это уже другое дело. Расширение Элеоноры Рузвельт, заботливой женщины, которая могла бы остаться на заднем плане жизни, было ускорено знаменательным событием, принесшим ей так много мучений и страданий. Такое событие во внешнем мире ускоряет процесс разложения на составные части и обновление. Процесс может начинаться с необъяснимого внутреннего толчка, который уже не позволяет нам успокоиться. Давайте пронаблюдаем жизнь современной женщины из Вашингтона и почувствуем толчок, который испытала она.