Файл: dissertatsia_12_00_09_Ugolovnoe_presledovanie_po_UD_o_moshennichestve_v_sfere_ekonom_deyatnosti.pdf

61 

каких-либо  мер  с  целью  получения  сведений  изобличающих  данное  лицо  в 

совершении преступления. Тем более об уголовном преследовании надо говорить 

тогда,  когда,  скажем  ОРМ,  проводится  с  разрешения  суда  и  сопряжено  с 

ограничением  правового  статуса  лица,  изобличаемого  в  совершении 

преступления.  Мы  квалифицируем  любую  правоохранительную  деятельность 

государственных  органов,  независимо  от  формата  ее  проведения,  как  уголовное 

преследование с целевой направленностью, а именно: обвинительной. 

Таким  образом,  поддерживаем  точку  зрения,  согласно  которой  «началом 

уголовного  преследования»  следует  считать  всякое  действие  агента 

обвинительной  власти,  целенаправленное  на  изобличение  обвиняемого  в 

преступлении  или  на  установление  причастности  иного  лица  к  совершению 

общественно-опасного  деяния,  запрещенного  УК  РФ

75

.  Так,  что  началом 

уголовного  преследования  будет  начало  проверки  поступившего  сообщения  о 

совершенном  или  готовящемся  преступлении,  чем  субъект  стороны  обвинения 

начинает  устанавливать  признаки  преступления,  тем  самым  раскрывая  его  и 

готовя  основания  для  возбуждения  уголовного  дела,  а  в  последующем  и 

основания для обвинения лица в совершении преступления

76

.  

Уголовное  преследование,  понимаемое  широко,  это  «уголовный  розыск», 

деятельность  по  раскрытию  преступления,  изобличению  в  совершении 

преступления,  «расследование  преступления»  стороной  обвинения,  то  есть 

органом  предварительного  расследования,  установление  оснований  уголовной 

ответственности, 

предупреждение 

попыток 

уклониться 

от 

уголовной 

ответственности, обеспечение исполнения обвинительного приговора

77

. 

75

  См.:  Доктринальная  модель  уголовно-процессуального  доказательственного  права  РФ  и 

Комментарии к ней / А.С. Александров [и др.]. Москва: Юрлитинформ, 2015. С. 18.

76

 Вначале, как уже указывалось, уголовное преследование может быть «безличностным», но от 

того не менее информативным, а потому и потенциально обвинительным.

77

  Мы  разделяем  позицию  представителей  широкого  определения  уголовного  преследования, 

которые делают акцент на фактическом, а не формальном признаке уголовного преследования. 
См.,  напр.: 

Халиулин  А.Г.

  Осуществление  функции  уголовного  преследования  прокуратурой 

России.  Кемерово,  1997.; 

Королев  Г.Н.

  Прокурорское  уголовное  преследование  в  российском 

уголовном процессе: монография. Москва: Изд-во «Юрлитинформ», 2006.

62 

Следуя в русле этих рассуждений, мы приходим к отрицанию формального 

(нормативистского)  определения  уголовного  преследования  как  сугубо 

процессуальной  деятельности.  Любая  правовая  деятельность  (незапрещенная 

федеральным 

законом) 

направленная 

на 

привлечение 

к 

уголовной 

ответственности  или  представляющая  собой  форму  привлечения  к  уголовной 

ответственности  является  уголовным  преследованием.  Уголовное  преследование 

–  это  обвинение  в  его  правовом  развитии,  которое  в  свою  очередь  приводит 

принятию  судом  акта  о  привлечении  к  уголовной  ответственности. 

Соответственно,  на  наш  взгляд,  правы  те  ученые,  которые  понимают  смысл 

термина  «уголовное  преследование»  в  значении  «идти  по  следу»

  78

,  то  есть  не 

обязательно  уголовное  преследование  должно  вестись  с  прицелом  на 

определенное  лицо,  оно может быть  и «безобъектным»  в начале  своем.  И  самое 

главное  –  в  содержание  уголовного  преследования  как  познавательной 

деятельности,  направленной  на  установление  обстоятельств  совершенного 

преступления  –  раскрытие  его  в  «материалах»  доследственной  проверки, 

розыскного  дела  (дела  оперативного  учета),  уголовного  дела  является  не  только 

процессуальным,  но  и  оперативно-разыскным.  В  состав  уголовного 

преследования входит уголовный розыск – оперативно-разыскная деятельность, а 

также иного рода познавательная деятельность, как официальных органов власти, 

так  и  потерпевшего,  его  представителя-адвоката,  гражданского  истца,  его 

представителя. 

Формы  уголовного  преследования  логично  связывать  с  общей  правовой 

организацией  процессуальной  деятельности  на  том  или  ином  этапе  уголовного 

судопроизводства.  Поэтому  общепринято  выделять  досудебное  и  судебное 

уголовное  преследование,  последнее  осуществляется  гособвинителем  в  форме 

78

См., напр.: Уголовный процесс. Проблемные лекции / под ред. В.Т. Томина, И.А. Зинченко. 

Москва:  Издательство  Юрайт,  2013.  С.  241–292;  Уголовный  процесс  России:  учебник  / 
А.С. Александров, Н.Н. Ковтун, М.П. Поляков, С.П. Сереброва; науч. ред. В.Т. Томин. Москва: 
Юрайт-Издат,  2003  С.  21–22,  34–45; 

Ульянов  В.Г.

  Государственное  обвинение  в  российском 

уголовном  судопроизводстве:  процессуальные  и  криминалистические  аспекты.  Москва: 
ОЛМА–ПРЕСС, 2002. С. 49–51.

63 

поддержания  обвинения

79

.  Что  касается  досудебного  уголовного  преследования, 

то  его  форма  зависит  от  формы  предварительного  расследования 

– 

иной 

процессуальной формы у публичного уголовного преследования быть не может

80

. 

Поэтому  в  настоящее  время  досудебное  публичное  уголовное  преследование 

осуществляет  в  формах:  (1)  предварительного  следствия,  (2)  дознания  и  (3) 

сокращенного  дознания;  а  частное  досудебное  уголовное  преследование 

осуществляется частным обвинителем в «произвольной форме». 

Особо  интересен  для  темы  нашей  диссертации  вопрос  о  видах  уголовного 

преследования.  По  нашему  мнению,  именно  в  свете  видовой  классификации 

уголовного  преследования  и  надо  говорить  о  специфике  правовой  организации 

деятельности  органов  предварительного  расследования,  прокуратуры  и  других 

органов обвинительной власти государства по противодействию мошенничеству в 

сфере экономической деятельности. 

Виды  уголовного  преследования  исторически  сложились  в  нашем 

уголовном  судопроизводстве  и  отражают  его  национальную  самобытность  и 

правовые  традиции.  Как  отмечается  в  исследованиях  на  данную  тему,  в  основу 

классификации уголовного преследования на виды берутся публичное и частное 

начала. За основу классификации «видов уголовного преследования» берутся, как 

правило, два признака: 1) интерес, который преследуется обвинителем (субъектом 

уголовного  преследования)  и  2)  правовой  статус  субъекта  обвинителем 

(субъектом уголовного преследования)

81

. 

79

  По  нашему  мнению,  судебное  уголовное  преследование,  осуществляется  прокурором  в 

различных  формах  применительно  к  специфике  судебных  стадий,  но  также  и  в  стадии 
исполнения  приговора,  где,  как  известно,  процессуальность  имеет  место  там,  где  в  суде 
решается  тот  иной  вопрос,  связанный  с  исполнением  наказания,  назначенного  по 
обвинительному  приговору  суда,  но  также  и  исполнение  иного  судебного  решения.  Главным 
признаком, по которому можно квалифицировать функцию прокурора как обвинительную, надо 
считать  цель:  если  она  состоит  в  недопущении  изменения  осужденного  к  лучшему,  то  имеет 
место уголовное преследование.

80

 Понятно, что частное обвинение готовится вне формы предварительного расследования.

81

 См., напр.: 

Муравьев Н.В. 

Из прошлой деятельности. Статьи по судебным вопросам. Санкт-

Петербург,  1900.  Т.  1.  С.  399; 

Полянский  Н.Н.

  Очерки  общей  теории  уголовного  процесса. 

Москва,  1927.  С.  20–53; 

Халиулин  А.Г

.  Осуществление  функции  уголовного  преследования 

прокуратурой России. Кемерово, 1997. С. 30.

64 

Традиционно  выделяют  два  основных  вида  уголовного  преследования:  во-

первых,  это  ч

астное

  уголовное  преследование,  субъектом  которого  выступает 

«потерпевший» (его представители) для достижения своих, частных интересов и, 

во-вторых, 

публичное  уголовное  преследование, 

в  котором  субъектом  выступает 

государство  в  лице  так  называемой  «обвинительной  власти»  для  достижения 

публичного  интереса,  состоящего  в  оказании  противодействия  преступности, 

охране  общественных  отношений  (например,  в  сфере  экономической 

деятельности).  

Скажем, 

в 

«Доктринальной 

модели 

уголовно-процессуального 

доказательственного  права  России»

82

  говорится  о  двух  разновидностях 

уголовного  преследования:  публичном  и  частном.  По  мнению  разработчиков 

указанной  модели,  «публичное  (официальное)  уголовное  преследование»  – 

совокупность  действий,  осуществляемых  компетентным  государственным 

органом  уголовного  преследования  в  порядке,  установленном  настоящим 

Кодексом,  для  привлечения  к  уголовной  ответственности  лица,  совершившего 

преступление».  С  их  точки  зрения,  «частное  уголовное  преследование» 

представляет 

собой 

«совокупность 

действий, 

производимых 

частным 

обвинителем  самостоятельно  или  совместно  с  прокурором  в  порядке, 

установленном  настоящим  Кодексом,  с  целью  привлечения  к  уголовной 

ответственности лица, совершившего преступление, и защиты своих прав». 

Хотелось бы добавить, что правовая организация деятельности участников 

каждого  из  указанных  видов  обвинительной  деятельности  также  различаются 

весьма  существенно:  в  первом  доминирует  императивный  метод  правового 

регулирования,  во  втором  –  диспозитивный.  Если  имеет  место,  как  у  нас  в 

последнее  время,  ослабление  императивного  метода,  то  немедленно  возникает 

потребность  в  замене  публично-правовой  активности  активностью  частного 

элемента. Полагаем, что смешанное (частно-публичное) уголовное преследование 

совершенно  естественным  образом  стало  основным  двигателем  правового 

82

  См.:  Доктринальная  модель  уголовно-процессуального  доказательственного  права  РФ  и 

Комментарии к ней / А.С. Александров [и др.]. Москва: Юрлитинформ, 2015. С. 18, 20.

65 

механизма  противодействия  преступности  в  сфере  экономической  деятельности, 

включая  предпринимательские  преступления  мошеннического  характера.  При 

том  наборе  правовых  инструментов,  которые  есть  в  нашем  позитивном  праве. 

Хотя  возможна  и  другая  правовая  организация  обвинительной  деятельности,  о 

чем мы и будем говорить. 

По  субъекту,  осуществляющему  публичное  уголовное  преследование, 

теоретики  выделяют:  (1)  уголовное  преследование,  осуществляемое  судебно-

следственным органом – «судебным следователем»

83

, (2) прокурорское уголовное 

преследование,  осуществляемое  стороной  обвинения  под  руководством 

прокурора

84

.  Считаем,  что  третья  разновидность  должностного  уголовного 

преследования,  а  именно:  «уголовное  преследование,  осуществляемое  органами 

предварительного  расследования  наряду  с  другими  функциями»,  выделена 

ошибочно.  Она  представляет  собой  первую  следственную  модель  правовой 

организации  досудебного  уголовного  преследования,  разве  что  искаженную 

представлениями о неком идеальном субъекте предварительного расследования – 

следователе (исследователе). 

Мы  являемся  сторонниками  прокурорского  уголовного  преследования,  т.е. 

такой  организации  публичного  уголовного  преследования,  где  основным 

субъектом  этой  деятельности  была  бы  прокуратура,  возглавляющая  систему 

правоохранительных  органов  (исполнительной  власти  государства),  которая 

уполномочена  законам  противодействовать  преступности  в  правовом  формате 

уголовного,  уголовно-процессуального,  уголовно-исполнительного  и  иного 

законодательства.  

83

  Это  следственная  модель,  где  субъект  досудебного  расследования  сосредотачивает  в  своих 

руках следственную и судебную функцию. В принципе, современная модель предварительного 
расследования  имеет  в  своей  основе  именно  эту  организацию  должностного  (публичного) 
уголовного  преследования,  хотя  судебная  функция  отделилась  и  даже  субъект  ее 
позиционируется  как  независимая  инстанция  власти,  на  самом  деле  институт  судебного 
контроля  так  и  не  стал  таковым.  См.  об  этом,  напр.: 

Титаев  К.,  Шклярук  М. 

Российский 

следователь:  призвание,  профессия,  повседневность.  Москва,  2016.  С.  4–17; 

Хмельницкая  Т.В. 

Проблемы формирования доказательств в ходе досудебного производства по уголовному делу: 
автореф. дис. … канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2016. С. 2–4, 7, 9, 16–19.

84

  Прокурорское  уголовное  преследование  в  виде  прокурорского  (полицейского)  дознания 

обычно присуще состязательной процессуальной форме уголовного судопроизводства.