Файл: dissertatsia_12_00_09_Ugolovnoe_presledovanie_po_UD_o_moshennichestve_v_sfere_ekonom_deyatnosti.pdf

116 

Полагаем, что в целом ряде составов предпринимательского мошенничества 

(статьи 159.5, 159.6, следует доказывать наличие такого рода правового статуса о 

субъекта  преступления,  которое  мы  назвали  «иные  лица»

180

.  На  наш  взгляд, 

последние  могут  считаться  субъектами  предпринимательского  мошенничества 

при двух условиях, во-первых, когда они совершили преступление в соучастии с 

индивидуальным  предпринимателем  или  уполномоченным  коммерческой 

организации в сфере предпринимательской деятельности, равно как и независимо 

от них, но и это будет второе условие – в отношении чужой собственности. 

Мы  полагаем,  что    особый  порядок  уголовного  преследования 

распространяется  на  «всякое  мошенничество»,  совершенное  субъектом 

предпринимательской  деятельности.  И  в  этом  плане  солидаризуемся  с  П.С. 

Яни

181

,  который  указывает,  что  преступное  посягательство  на  собственность 

следует  признавать  совершенным  в  сфере  предпринимательской  деятельности, 

если  лицо  при  совершении  преступления  выступало  не  в  личном  качестве,  а  в 

роли 

или 

индивидуального 

предпринимателя, 

или 

уполномоченного 

коммерческой организацией лица в имущественных отношениях с иными лицами, 

в  том  числе  в  отношениях  с  потерпевшим,  когда  такие  отношения, 

прикрывающие  умышленное  причинение  материального  вреда,  формально 

                                                                                                                                                                       
оформлять  им  кредитные  карты,  то  есть  был  уполномочен  осуществлять  организационно-
распорядительные функции в коммерческой организации  – ЗАО  «СБ». Таким образом, в силу 
заключенного агентского договора менеджеру по продажам финансовых продуктов ЗАО «СЛ» 
Е.И.А.  как  уполномоченному  ЗАО  «СБ»  был  выдан  электронный  ключ  доступа  в  программу 
«Кредитный  брокер»  ЗАО  «СБ».  В  процессе  своей  трудовой  деятельности  менеджера  по 
продажам  финансовых  продуктов  ЗАО  «СЛ»  Е.И.А.  неоднократно  (22  эпизода)  совершал 
хищение  денежных  средств,  принадлежащих  ЗАО  «СБ»,  под  видом  получения  их  в  кредит 
физическими  лицами,  фактически  не  имевшими  намерений  получать  кредиты.  Свой 
преступный  умысел  Е.И.А.  реализовывал  путем  предоставления  в  ЗАО  «СБ»  документов  для 
выдачи  кредита,  содержащих  заведомо  ложные  сведения  относительно  личности  заемщика, 
после  чего  подписывал  от  имени  физических  лиц  кредитные  договоры  и  получал  кредитные 
банковские карты, оформленные на физических лиц, используя которые получал возможность 
распоряжаться похищенными кредитными денежными средствами, зачисленными на расчетные 
счета физических лиц, открытые в ЗАО «СБ». 

См.: Архив СУ УМВД России по г. Н. Новгороду, д. № 421038.

180

  Подробнее  об  этом  будет  сказано  при  анализе  особенностей  уголовного  преследования  и 

доказывания обвинения по отдельным составам предпринимательского мошенничества.

181

  См.: 

Яни  П.С.

  Новеллы  уголовного  законодательства  об  ответственности  за  хищения  // 

Законность. 2016, № 12; 

Его же. 

Предпринимательские преступления против собственности // 

Уголовное право. 2017. № 1.

117 

существовали  на  основании  гражданско-правовых  договоров  либо  на  иных 

основаниях,  например,  трудового  договора  юридического  лица  и  руководителя, 

обвиняемого  в  хищении  вверенного  ему  имущества  этой  организации

182

. 

Квалифицирующими признаками «предпринимательского мошенничества в сфере 

экономической  деятельности»

183

  являются,  во-первых,  особая  характеристика 

субъекта  преступления,  определяемая  посредством  связи  с  его  функциями  как 

лица, представляющего или самого себя как индивидуального предпринимателя, 

или - коммерческую организацию в отношениях с иными участниками оборота и 

иными лицами, в том числе работниками коммерческой организации, состоящими 

в 

трудовых 

отношениях 

с 

собственником 

организации; 

во-вторых,  

непосредственная  связь  мошенничества  с  законной  предпринимательской 

деятельностью,  которая  виновным  обязательно  должна  осуществляться  наряду  с 

совершаемыми 

им 

предпринимательскими 

преступлениями 

против 

собственности

184

. 

Отметим, 

так 

же, 

что 

субъектом 

преступления 

в 

сфере 

предпринимательской  деятельности  надо  считать  и  лицо,  которое  совершило 

мошеннические действия, запрещенные уголовным законом, даже при отсутствии 

государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, или 

лицом,  не  зарегистрированным  должным  образом  в  качестве  представителя  или 

члена  органа  управления  коммерческой  организации  при  условии,  что 

осуществляемая деятельность фактически носила характер предпринимательской. 

Такого  мнения  придерживается  ряд  ученых

185

,  ссылаясь  на  Постановление 

Конституционного Суда РФ от 11.12.2014 № 32-П

 186

. 

182

 См.: 

Яни П. 

Предпринимательские преступления против собственности // Уголовное право. 

2017. № 1.

183

  Понимаемой  широко  и  включающей  в  себя  собственно  «предпринимательскую 

деятельность», которая является разновидностью экономической.

184

  Подробнее  см.: 

Яни  П. 

Предпринимательские  преступления  против  собственности  // 

Уголовное право. 2017. № 1. С. 14.

185

  См.  там  же.; 

Смирнов  Г.К

.  Конституционный  Суд  прекратил  действие  нормы  о 

«предпринимательском мошенничестве» // Уголовное право. 2015. № 5. С. 95–99.

186

  По  делу  о  проверке  конституционности  положений  статьи  159.4  Уголовного  кодекса 

Российской  Федерации  в  связи  с  запросом  Салехардского  городского  суда  Ямало-Ненецкого 

118 

Предпринимательский  характер  преступления  не  исключен  и  когда 

предметом  мошеннического  завладения  становятся  средства  государственных 

целевых  программ,  выделение  которых  связано  с  предпринимательской 

деятельностью

187

. Что актуально, как мы покажем при уголовном преследовании 

обвиняемых  в  совершении  преступлений,  предусмотренных  статьями  159.2  УК 

РФ. 

Следовательно,  в  общий  предмет  доказывания  по  всем  видам 

предпринимательского 

мошенничества 

входит  установление  признаков, 

характеризующих особый правовой субъекта преступления и осуществляемую им 

деятельность. 

К этому надо добавить то, что по некоторым составам (части 5-7 ст. 159 УК 

РФ  и  др.)  есть  необходимость  установления  особого  правового  статуса 

потерпевшего, который необходим для подачи заявления с целью осуществления 

частно-публичной  правовой  организации  уголовного  преследования  лиц, 

обвиняемых  в  совершении  мошеннических  действий,  предусмотренных  частями 

5-7 статьи 159 УК РФ. Доказывание его также входит в предмет доказывания по 

некоторым  другим  делам  о  предпринимательском  мошенничестве,  о  чем 

конкретно  будет  сказано  в  главе  второй

188

.  В  целом  же  надо  по  этому  поводу 

сказать следующее. 

Поскольку  позиция  потерпевшего  играет  в  значительной  мере  решающее 

значение  для  возбуждения  уголовного  дела,  постольку  правовому  статусу  этого 

лица, который должен быть установлен при принятии заявления от потерпевшего 

о  том,  что  в  отношении  него  мошенником  было  совершено  преступление,  и  он 

требует привлечь его к уголовной ответственности.  

                                                                                                                                                                       
автономного округа: постановление Конституционного Суда РФ от 11 декабря 2014 г. № 32-П // 
Российская газета. 2014. 24 декабря.

187

  См.: 

Яни  П.С. 

Предпринимательские  преступления  против  собственности  //  Уголовное 

право. 2017. № 1.

188

 Об этом мы говорили во втором параграфе настоящей главы.

119 

Как вытекает из комментариев к постановлению Пленума Верховного Суда 

РФ  от  15  ноября  2016  г.  №  48

189

  заявителями  по  делам  о  предпринимательском 

мошенничестве,  если  в  качестве  потерпевшего  выступает  коммерческая 

организация, могут быть следующие субъекты: 

(1)  лицо,  являющееся  в  соответствии  с  уставом  организации  ее 

единоличным  руководителем  (лицом,  выполняющим  функции  единоличного 

исполнительного органа); 

 (2)  лицо,  являющееся  руководителем  коллегиального  исполнительного 

органа (например, председатель правления акционерного общества); 

(3)  лицо,  уполномоченного  руководителем  коммерческой  организации 

представлять ее интересы в уголовном судопроизводстве в соответствии с частью 

9 статьи 42 УПК РФ.  

(4)  Если  в  совершении  указанных  преступлений  подозревается 

руководитель  коммерческой  организации,  уголовное  дело  может  быть 

возбуждено  по  заявлению  (1)  органа  управления  организации,  в  компетенцию 

которого  в  соответствии  с  уставом  входит избрание,  назначение руководителя  и 

(или) прекращение его полномочий (например, совета директоров), либо (2) лица, 

уполномоченного этим органом обратиться с таким заявлением. 

Если  в  качестве  заявителя-потерпевшего  выступает  индивидуальный 

предприниматель  то,  но  должен  представить  документы,  подтверждающие  его 

право  на  ведение  законной  предпринимательской  деятельности:  выписку  из 

единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей (ЕГРИП). 

Если  потерпевшим  является  юридическое  лицо  –  коммерческая 

организация,  то  представитель  должен  представить  выписку  из  единого 

государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ). 

189

  См.: 

Александров  А.С.,  Александрова  И.А

.  Особый  порядок  привлечения  к  уголовной 

ответственности  за  преступления  в  сфере  предпринимательской  и  иной  экономической 
деятельности и освобождения от таковой // Уголовный процесс. 2017. № 2.

120 

Полагаем, что установление признаков заявителя, делающие его способным 

возбудить  уголовное  дело  частно-публичного  обвинения,  входит  в  установление 

предмета доказывания по делам данной категории. 

Помимо  указанных  элементов  в  предмет  доказывания,  на  наш  взгляд, 

входит  установление  еще  следующих  обстоятельств,  которые  можно  считать 

типичными: 

-  отграничение  гражданско-правового  деликта  от  уголовно-правового 

деяния – предпринимательского мошенничества; 

- наличие гражданской преюдиции, как препятствия для ведения уголовного 

судопроизводства  по  одному  и  тому  же  событию,  которое  стало  предметом 

гражданско-правового и уголовно-правового спора. 

Обновление  редакции  статьи  90  УПК  РФ  стало  частью  общей  модели 

охраны 

экономических 

отношений, 

в 

которой 

гражданско-правовой 

(арбитражный) 

способ 

разрешения 

споров 

между 

субъектами 

предпринимательской  деятельности  (включая  случаи  невыполнения  договорных 

обязательств  одним  из  контрагентов)  имеет  приоритет  над  уголовно-правовым 

способом – через реализацию уголовного преследования.  

Поэтому  сложился  правовой  стандарт,  по  которому  уголовное  дело  не 

возбуждается, а возбужденное уголовное дело прекращается, если в гражданском 

или  арбитражном  суде  имеет  место  спор  между  сторонами  по  тому  же  самому 

факту.  Решение  по  гражданскому,  арбитражному  делу  имеет  преюдициальное 

значение  по  уголовному  делу.  Преюдиция,  установленная  статьей  90  УПК  РФ, 

истолкованная в смысле, предложенном Конституционным Судом РФ

190

, ведет к 

190

  См.:  По  делу  о  проверке  конституционности  положений  статьи  90  Уголовно-

процессуального  кодекса  Российской  Федерации  в  связи  с  жалобой  граждан  В.Д.  Власенко  и 
Е.А.  Власенко:  постановление  Конституционного  Суда  РФ  от  21  декабря  2011  г.  №  30-П  // 
СЗ РФ. 2012. № 2, ст. 398; По жалобе гражданина Суринова Татевоса Романовича на нарушение 
его  конституционных  прав  статьей  90  Уголовно-процессуального  кодекса  Российской 
Федерации: определение Конституционного Суда РФ от 15 января 2008 г. № 193-О-П // СЗ РФ. 
2008.  № 18,  ст. 2090;  Об  отказе  в  принятии  к  рассмотрению  жалобы  гражданина  Хисамиева 
Айрата  Ирековича  на  нарушение  его  конституционных  прав  статьей  90  Уголовно-
процессуального кодекса Российской Федерации:  определение Конституционного Суда РФ от 
24 ноября 2005 г. № 504-О // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения: 18.10.2016).