Файл: Metodika_rassledovania_prestupleniy_Uchebnoe_posobie (1).doc

способность органов расследования принимать и реализовывать решения в экстремальных условиях. Особенно важен данный фактор при производстве обыска в кредитных организациях и других крупных объектах (холдинги), т.к. условия проведения данного следственного действия, как показывает практика, характеризуются высокой степенью напряженности и повышенной конфликтностью;

противодействие установлению истины со стороны подозреваемого (обвиняемого) и его защитника, а иногда и гражданского истца (их представителей) и свидетелей. Исследования показывают, что если руководители кредитной организации имеют непосредственное отношение к расследуемому деянию, то, как правило, работники данной кредитной организации отказываются под благовидным предлогом давать показания (чаще всего ссылаются на большой объем работы либо на давность произошедшего события) либо дают показания, не соответствующие действительности;

благоприятное течение расследования. В тех случаях, когда в качестве потерпевшего выступает кредитная организация, процесс сбора доказательств происходит при более благоприятных условиях, т.к. руководство данной организации в первую очередь заинтересовано в исходе расследования. В процессе такого расследования незамедлительно предоставляются необходимые следствию банковские и иные документы, даются развернутые и, насколько возможно, полные показания работников и руководства кредитной организации, а иногда оказывается помощь в организации производства других процессуальных действий;

усилия органов расследования, направленные на изменение следственной ситуации в благоприятную для следствия сторону. Данные усилия напрямую зависят от вышеперечисленных факторов;

последствия ошибочных действий органа расследования, оперативного работника, эксперта, специалиста, понятых и других участников уголовного процесса. Исследования показали, что характерными ошибками при производстве следственных действий при расследовании преступлений, совершаемых с использованием банковских технологий, являются: нарушения процедуры изъятия (выемка, представление) банковских документов в кредитной организации, а также исследования изъятых документов и приобщения их к материалам уголовного дела. Так, нередки случаи, когда: на одно постановление о производстве выемки банковских документов составляется два и более протокола выемки; изъятые документы осматриваются с нарушением установленных уголовно-процессуальным законом правил (в отсутствие непосредственно при осмотре документов понятых, неправильное указание в протоколе осмотра на вид и форму банковского документа, а также их реквизитов); бессистемно формируются и передаются документы для производства судебно-экономических экспертиз и т.п. последствия разглашения данных предварительного расследования;

непредвиденные действия гражданского истца (его представителя), подозреваемого (обвиняемого), защитника или иных лиц, не являющихся участниками уголовного процесса, в связи с расследованием преступлений, совершаемых с использованием банковских технологий.

Сочетание и результаты воздействия всех или части этих факторов обусловливают индивидуальность следственной ситуации в момент расследования, ее содержание, т.е. конкретную совокупность условий, в которых приходится или предстоит действовать органу расследования.

Содержание первоначального этапа временной структуры частных криминалистических методик применительно к различным видам преступлений неодинаково. Оно обусловлено разнообразием следственных ситуаций, которые требуют индивидуального подхода к оценке их особенностей и определению задач расследования.

Естественно, что ни уголовно-процессуальное право, ни криминалистика не могут предусмотреть, соответственно, правовые требования и рекомендации, рассчитанные на каждую конкретную следственную ситуацию. Речь может идти только о типичных следственных ситуациях и принимаемых органами расследования с их учетом оптимальных решений: процессуального и тактического характера, материального и организационно-технического характера, информационного и психологического характера.

В условиях объективной действительности наиболее актуальной стала проблема выявления и научного исследования системы реально возможных, часто встречающихся следственных ситуаций и разработки, с учетом их характеристик, предпочтительных типовых программ (алгоритмов) расследования. Как подчеркивается в литературе, алгоритмизация и программирование процесса расследования позволяют органу расследования:

усовершенствовать свою работу;

избежать многих ошибок в решении криминалистических задач;

правильно определить направление расследования и тактику отдельных следственных действий;

наиболее полно использовать криминалистически значимую информацию;

быстро принимать важные процессуальные и тактические решения;

передавать свои профессиональные знания другим следователям.

Разработка алгоритмов и программ расследования преступлений отдельных видов и групп, безусловно, остается одной из актуальных задач современной криминалистики *(506).

Следственная ситуация возникает с момента возбуждения уголовного дела до его передачи с обвинительным заключением прокурору либо прекращения уголовного дела или приостановления по нему производства. Следственная ситуация характеризуется информацией о преступлении и лицах, причастных к нему, о возможных источниках информации, в том числе полученных как до, так и после проведения процессуальных и иных действий. Следственную ситуацию характеризует также поведение потерпевших, подозреваемых (обвиняемых) и других лиц на всем протяжении производства по уголовному делу.

Определенный как научный, так и практический интерес представляет вопрос о классификации следственных ситуаций, которая дает возможность большое их количество систематизировать.

Одну из первых научно значимых классификаций следственных ситуаций предложил А.Р. Ратинов. Он выделил ситуации конфликтные и бесконфликтные. По его мнению, основными признаками бесконфликтной ситуации являются полное или частичное совпадение интересов участников уголовного процесса, отсутствие между ними противоречий в целях, к достижению которых направлены их усилия на данном этапе расследования. Случаи, когда между участниками процесса складываются отношения соперничества и противодействия, были определены автором как конфликтные ситуации *(507).

Предложенная А.Р. Ратиновым классификация не только прижилась в криминалистической науке, но и доказала в последующем свою большую научную и практическую значимость.

Деление следственных ситуаций, предложенное И.Ф. Герасимовым, исходило из их информационной характеристики. По этому основанию автор выделил:

ситуации, характеризующиеся отсутствием или существенной неполнотой сведений о лице, совершившем преступление;

ситуации, осложненные существенной неполнотой данных о способе преступления или других обстоятельствах преступного события;

ситуации, для которых характерна неполнота сведений о лице, совершившем преступление, и о самом преступном событии *(508).

Эта классификация в представленном виде в более современных работах практически не встречается, хотя некоторые общие черты с ней имеют деления типичных следственных ситуаций в научных разработках методик расследования отдельных видов преступлений.

Л.Я. Драпкиным было предложено несколько классификаций следственных ситуаций. Первоначально автор классифицировал следственные ситуации на простые и сложные, с последующим делением каждого из элементов по различным основаниям на подвиды, подподвиды и т.д. Также им была предложена классификация, связанная с этапами расследования, т.е. исходные, промежуточные и конечные этапы *(509).

В последующем Л.Я. Драпкин предложил дифференцировать следственные ситуации на простые (благоприятные) и сложные (неблагоприятные). Последние, в свою очередь, он делил на пять классификационных групп: 1) проблемные; 2) конфликтные; 3) тактического риска; 4) организационно-неупорядоченные; 5) смешанные *(510).

Предложенная Л.Я. Драпкиным классификация, несомненно, была не просто нова, но интересна прежде всего тем, что определяла новые направления исследований следственных ситуаций. Несмотря на то что сама система содержала ряд дискуссионных моментов, она дала существенный толчок для дальнейших научных исследований проблем следственных ситуаций. Так, например, в последней классификационной системе следственных ситуаций к разряду дискуссионных можно отнести вопросы, связанные с выделением "проблемных" и "конфликтных" ситуаций, т.к. конфликт всегда порождает проблему, а проблема, напротив, не всегда связана с конфликтом. А поэтому вызывает сомнение и выделение "смешанной" группы следственных ситуаций, куда Л.Я. Драпкин включил ситуации, которым в одинаковой мере присущи черты как проблемности, так и конфликтности.

Кроме того, неоднозначно воспринимается и выделение проблемных следственных ситуаций. В связи с этим необходимо остановиться на позиции С.Э. Воронина, который посвятил свое диссертационное исследование данному виду следственной ситуации, называя ее, как и В.К. Гавло, "проблемно-поисковые следственные ситуации" *(511). При этом, если В.К. Гавло определил ее как "сложившуюся в ходе расследования обстановку, характеризующуюся состоянием интеллектуального и иного порядка затруднений следователя, когда он не может в данный момент установить обстоятельства расследуемого события на основе имеющихся фактических и иных данных и встает перед необходимостью увеличить их объем посредством известного в целях решения задачи уголовного судопроизводства" *(512), то С.Э. Воронин проблемно-поисковую следственную ситуацию определил как "наиболее психологизированный тип следственной ситуации, характеризующий определенный уровень психической активности познающего субъекта (оперативного работника, эксперта, следователя, прокурора, судьи) в процессе постановки и решения задачи преодоления информационной неопределенности по расследуемому уголовному делу *(513).

Как несложно убедиться, обе попытки не могут быть признаны удачными, хотя разница между ними существенная. Так, любая следственная ситуация, если исходить из определения В.К. Гавло, в большей или меньшей степени связана с интеллектуальными и иного порядка затруднениями следователя, что, безусловно, влечет необходимость увеличения объема фактических и иных данных "посредством известного в целях решения задачи уголовного судопроизводства". Положенный в основу позиции С.Э. Воронина психологический подход также не может быть признан приемлемым, т.к. включение в определение таких понятийных конструкций, как "наиболее психологизированный тип" или "уровень психологической активности", не вносит ясности в рассматриваемую проблему, а порождает все новые вопросы. Например, насколько этот вид следственных ситуаций в отличие от других наиболее психологизирован? Какой уровень психологической активности соответствует данному виду следственных ситуаций?

Кроме того, малоубедительной является аргументация С.Э. Воронина, обосновывающая выделение проблемно-поисковой следственной ситуации в самостоятельный вид, основанная только на том, что теоретические конструкции для того и существуют, "чтобы дать возможность при изучении однородных криминалистических явлений выделить и актуализировать ... проблему познания и поиска решений (в проблемно-поисковой следственной ситуации)" *(514).

Действительно, любая классификация, систематизируя имеющиеся знания об объекте, способствует целенаправленному его исследованию, но только в том случае, если она сама построена на научно обоснованных правилах (принципах, законах). Нарушение таких правил ведет к нарушению процедуры исследования объекта, а значит - к невозможности правильно выделить и актуализировать те его свойства (стороны), которые являются предметом исследования.

До настоящего времени ни один из сторонников положительного решения вопроса об обоснованности классификации следственных ситуаций по признаку проблемности не сформулировал, что казалось бы логичным, понятие беспроблемной следственной ситуации, что не позволяет проанализировать составляющие это понятие признаки и, как следствие, определить его объем. Такое положение может объясняться только одним - ни один из ученых-криминалистов не может привести хотя бы один пример расследования преступления, когда бы отсутствовала проблемная ситуация.

Одновременно следует полностью согласиться с И.М. Лузгиным, который писал: "Как показывают кафедральное исследование и следственная практика, нет и не может быть непроблемных следственных ситуаций, каждая следственная ситуация содержит одну или несколько проблем" *(515).

Т.С. Волчецкая дифференцировала следственные ситуации в зависимости от количества, характера и содержания формирующих ситуацию факторов на следующие виды:

1) ситуации познавательного типа;

2) ситуации организационно-упорядоченного типа;

3) конфликтные ситуации;

4) ситуации тактического риска *(516).

Как представляется, Т.С. Волчецкая повторила ошибку, аналогично Л.Я. Драпкину, связанную с правилами построения классификационной системы. Так, например, бесспорным является положение о том, что ситуации тактического риска могут носить также и конфликтный характер, а сама ситуация тактического риска свойственна расследованию любого преступления, т.к. в большей или меньшей степени существует риск утраты доказательств.

Классификация следственных ситуаций на исходные, промежуточные и конечные также порождает дискуссии. Так, по мнению В.П. Лаврова, исходная следственная ситуация может быть ограничена периодом от момента поступления сообщения о преступлении в правоохранительные органы до завершения неотложных следственных действий, задержания подозреваемого, появления обоснованной версии о личности преступника или иного обстоятельства, знаменующего собой резкое изменение исходной ситуации.

В.К. Гавло определяет это понятие как ситуацию, складывающуюся в момент возбуждения уголовного дела, отличая от нее проверочную ситуацию, складывающуюся до возбуждения уголовного дела *(517). Такую же позицию высказал Н.Г. Шурухнов *(518). Аналогичное определение использует и Н.В. Выдрина, заменяя термин "проверочная" на "доследственная" *(519). Термин "доследственная" использует также B.C. Зеленецкий, понимая под такого рода ситуацией предварительную проверку поступившего сообщения о преступлении *(520).

Как известно, предварительное расследование начинается с момента возбуждения уголовного дела, о чем орган расследования выносит соответствующее постановление, которое должно быть согласовано с прокурором (ч. 1 ст. 156 УПК РФ). В связи с этим необходимо считать обоснованным мнение о том, что следственная ситуация может появиться только с момента возбуждения уголовного дела (исходная следственная ситуация) независимо от того, что деятельность органа расследования может начинаться раньше - с момента поступления заявления или сообщения о преступлении.