ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 31.10.2020
Просмотров: 1963
Скачиваний: 5
56
Г
ЛАВА
6
ПРАВОВАЯ
КУЛЬТУРА
6.1.
П
РАВОВОЙ И НЕПРАВОВОЙ ТИПЫ КУЛЬТУРЫ
6.1.1.
М
НОГОЗНАЧНОСТЬ ТЕРМИНА
“
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА
”
Выражение “правовая культура” используется в юриспруденции в нескольких значениях.
Во-первых, правовая культура рассматривается как особый тип
культуры
. Имеется в виду культура как ис-
кусственный, создаваемый людьми мир, противостоящий естественному состоянию человека и природной среде
обитания. Правовая (государственно-правовая) культура, или культура
правового типа
, – это такой тип культуры
(социокультуры), при котором достигается и для которого характерна правовая свобода.
В этом смысле различаются правовой и неправовой типы
мировой культуры
. Различение обозначенных таким
образом типов культуры, по существу, тождественно различению двух типов цивилизации (цивилизация – это куль-
тура обществ с производящей экономикой, принципиально развитая в сравнении с примитивной культурой перво-
бытного общества). С точки зрения юриспруденции, правовая культура характеризует цивилизации персоноцентри-
стского (гражданского) типа, а цивилизации системоцентристского (общинного) типа следует рассматривать как не-
правовой тип культуры.
В каждой цивилизации можно выделить центральный принцип ее социальной организации. В западной ци-
вилизации таковым является право, но этого нельзя сказать о других цивилизациях. Государственно-правовая дей-
ствительность и правовая мысль развивались на почве западной культуры, а не китайской, индийской, японской
или африканских культур. Это произошло не из-за того, что право означает какое-либо превосходство в области
духовных или интеллектуальных достижений, или из-за некоего культурного превосходства Запада, но потому,
что право и его институты играли центральную роль в специфической исторической действительности Запада, в
то время как в других культурах эта роль принадлежала другим принципам
80
.
Во-вторых, термином “правовая культура” обозначаются отдельные культуры прошлого и современности (в
отдельных цивилизациях, локальных цивилизационных общностях), различаемые в рамках правового типа куль-
туры. В этом смысле правовая культура формируется отдельным народом (особенная правовая культура) или не-
сколькими народами, близкими по своей культуре (общая правовая культура).
В этом контексте можно, например, различать правовые культуры древности, средневековья и Нового времени
или говорить о развитых и неразвитых правовых культурах. Так, римское право во времена кодификации Юстиниана
свидетельствует о развитой для того времени правовой культуре – особенно в сравнении с эпохой XXII таблиц или в
сравнении с неразвитой в правовом отношении культурой германцев, захвативших Западную Римскую империю. Но,
с сегодняшней точки зрения, правовая культура Древнего Рима относится к исторически неразвитым правовым
культурам.
Сравнение современных правовых культур показывает разный уровень их развитости, разную степень разви-
тия правовой свободы у разных народов. С одной стороны, заметны правовые культуры, определяющие междуна-
родные стандарты прав человека (западноевропейская, североамериканская правовые культуры). С другой стороны,
есть правовые культуры, в которых ценность правовой свободы принижена. Современная российская правовая куль-
тура (и культура большинства посттоталитарных стран), во многих отношениях является отсталой и неразвитой в
сравнении с западноевропейской правовой культурой.
В-третьих, речь идет уже не о культуре и ее разновидностях, а о праве – о сходстве и различиях националь-
ных правовых систем, об особенностях права в разных странах. При этом выражение “правовая культура” исполь-
зуется как характеристика национальной правовой системы или нескольких национальных правовых систем,
имеющих сходные черты.
В этом контексте предпочтительно использовать термин не “правовая культура”, а “правовая семья”, хотя в
этом вопросе нет устоявшейся терминологии. В этом значении можно говорить о континентальной европейской
правовой семье (культуре) или о семье (культуре) общего права, имея в виду общие черты правовых систем в соот-
ветствующих странах.
В третьем значении правовая культура включает в себя: 1) особенности правовых норм и институтов, дей-
ствующих в одной или нескольких странах; 2) особенности правосознания, правовой идеологии и правовой психо-
логии, юридического мышления в стране (странах); 3) уровень развитости юридической науки, особенности пра-
вовой доктрины и разрабатываемых ею правовых понятий; 4) характерные для национальной правовой системы
(правовой семьи) источники права; 5) особенности юридической практики, способы правоустановления и реализа-
ции права, особенности юридической техники.
В-четвертых, этим термином обозначается то, что иначе можно назвать правовая культурностью. Это мера
приобщенности людей к существующей правовой культуре, уровень их правовой развитости и просвещенности,
юридической образованности. Этот уровень можно характеризовать, например, как высокую или низкую правовую
культуру индивида или социальной группы.
80
Подробнее см.:
Сурия Пракаш С.
Юриспруденция. Философия права. Краткий курс / Пер. с англ. М., 1996.
57
6.1.2.
Т
ИПЫ КУЛЬТУРЫ И ДОМИНИРУЮЩИЕ ТИПЫ ЛИЧНОСТИ
Социокультура есть устойчивая система духовного производства. В сфере социокультуры человечество про-
изводит духовные ценности, духовные стандарты, нормы общественной жизни и социально-политической орга-
низации. Право и государство производятся такой социокультурой, в которой вырабатываются стандарты свобод-
ного бытия человека. Правовой тип культуры означает особую разновидность социокультуры и важнейшую со-
ставную часть персоноцентристской социокультуры.
Система ценностей современной правовой культуры выражена в идеологии естественных и неотчуждаемых
прав и свобод человека и гражданина. Приоритеты этой системы определены в следующем суждении: человек, его
права и свободы – высшая ценность.
Историческое развитие правовой культуры порождает такой доминирующий тип личности (социально-
этический и социально-психологический феномен), для которого высшей ценностью является свобода. Это право-
вой тип личности, или индивид.
Поскольку свобода в сообществе возможна лишь как
равная
свобода каждого (равная – в пределах определен-
ного круга свободных), то для правового типа личности характерна ментальная установка на уважение свободы дру-
гих, подчинение своей свободы общей норме. Правовой менталитет заставляет человека, осознающего свою свободу
в рамках некоего сообщества (территориальной общины, группы, сословия, общества, государства), видеть в других
членах сообщества субъектов, равных ему в свободе.
Человек, сформировавшийся как личность в условиях правовой культуры, относящийся к правовому типу
личности, ценит нормативный порядок свободы (и властные институты, обеспечивающие этот порядок). Он готов
защищать свою свободу от произвольного вмешательства частных лиц или публично-властных субъектов, но в то
же время он готов ограничивать свою свободу по общим для всех правилам. Ибо свобода возможна лишь тогда, ко-
гда каждый, осуществляя свои права, не нарушает такие же права других.
В развитой правовой культуре законопослушность не означает конформизм. Человек, достаточно осознающий
свои права, обычно не смиряется с нарушением его прав властными субъектами и отстаивает права всеми законными
средствами, что влечет за собой негативные последствия для должностных лиц государства, нарушающих права. По-
этому в условиях развитой правовой культуры, во-первых, выработаны институты и процедуры, позволяющие эф-
фективно защищать нарушаемые права, а, во-вторых, для должностных лиц государства, даже для рядовых полицей-
ских, характерна относительно высокая правовая культурность.
В правовой культуре собственность (частная собственность) имеет столь же высокий ценностный статус, как и
любые другие аспекты правовой свободы (личная свобода, политическая и т.д.). Частная собственность является не-
обходимым условием правовой свободы в целом и составляет экономическую основу, на которой формируется пра-
вовой тип личности. Поэтому в либеральных конституциях XIX в. частная собственность провозглашалась священ-
ной и неприкосновенной. В развитой правовой культуре сфера отношений собственности образует неполитическое
гражданское общество, отделенное от политической сферы, государства.
Институциональным выражением развитой правовой культуры служат либеральная демократия и правовое
государство. Только в этих государственно-правовых формах достигается и максимально реализуется политиче-
ская свобода, а государственный аппарат, контролируемый избирателями, действительно занимается общими де-
лами граждан.
Атрибутом правового типа личности является правосознание. Феномен правосознания в собственном смыс-
ле существует только в правовой культуре. В неправовых культурах существует не
право
сознание, а
иное
общест-
венное сознание (моральное, религиозное, потестарное и т.д.), для которого характерен
правовой нигилизм
.
В цивилизациях системоцентристского типа преобладают неправовые способы социальной регуляции, пре-
жде всего – силовой способ. В этом смысле общую культуру системоцентристских цивилизаций следует опреде-
лять как неправовой тип культуры. Эта культура порождает соответствующий доминирующий тип личности.
Для неправовой культуры характерны коллективизм, безусловное подчинение приказам (непременное усло-
вие коллективизма) и ограничение личной инициативы, нивелирование отдельных индивидов, уравнительность, со-
лидарность, высокая мобилизационная способность населения, особенно в кризисной ситуации. Неправовой тип
личности отвергает ценность свободы в пользу общинности, коллективизма, тотальной властной организации обще-
ственной жизни, которая дает ощущение стабильности бытия.
Неправовому типу личности присуща рабская покорность в ответ на деспотическое насилие или угрозу его
применения. Деспотизм и сервилизм (раболепство, прислужничество, рабская угодливость) – это два проявления од-
ной и той же сущности: человек, не знающий свободы, не уважающий достоинство личности в самом себе, радостно
демонстрирующий свою преданность хозяину (вождю, хану, царю, генеральному секретарю, баши, президенту или
иному “первому лицу”), в то же время стремится унизить человеческое достоинство и даже уничтожить, растоптать
личность того, кто окажется в его власти, особенно если тот мнит себя свободным.
Собственность (частная собственность) в неправовой культуре имеет низкий ценностный статус. Ибо, во-
первых, возможность индивидуального присвоения порождает противоречия интересов индивида и коллектива,
разрушает общинный строй. Во-вторых, и это вытекает из первого обстоятельства, здесь собственность – в той ме-
ре, в которой она допускается легально или полулегально – не гарантирована даже для представителей высших,
элитных групп
81
.
Общая культура России – традиционная и современная – занимает срединное положение между культурами
Европы и Азии, Запада и Востока. Соответственно, ее нельзя однозначно характеризовать как культуру правового
или неправового типа
82
.
81
Например, в императорском Китае чиновники полулегально присваивали часть собираемых ими налогов. “Полулегально” – так как, с одной
стороны, такое присвоение являлось хищением, но, с другой стороны, чиновники получали заведомо недостаточное жалованье из императорской
казны – очевидно, с расчетом на то, что они непременно будут воровать. Понятно, что такое положение делало статус, да и саму жизнь чиновников,
абсолютно не гарантированными: любой из них мог быть казнен, а имущество конфисковано.
82
Подробнее см.:
Дзодзиев В.
Проблемы становления демократического государства в России. М., 1996. С. 89–136;
Оболонский А.В.
Драма рос-
58
С одной стороны, за тысячелетнюю историю России был всего лишь полувековой период (от шестидесятых
годов XIX в. до 1917 года), когда не было социальной несвободы. Поэтому для российской культуры характерен
коллективизм в самых разнообразных исторических формах: общины, артели, колхоза, трудового коллектива
предприятия, коммунистической партии, тоталитарно организованного советского народа и т.д. В современной
России сохраняются невысокий ценностный статус частной собственности, негативное отношение большинства к
индивидуализму. Посткоммунистическая российская культура демонстрирует такие явления неправового типа
культуры как покорность перед власть имущими, сервилизм, унижение человеческого достоинства, слабое осоз-
нание прав личности, декларированных в конституции и законах (Россия – “страна рабов, страна господ”). В рос-
сийском массовом сознании свобода традиционно понимается как
воля
– анархия, отсутствие внешних ограниче-
ний, “озорничество”, но не как правовая свобода, не как формально равная возможность выбора в рамках общих
для всех правил.
Что касается российской государственности, то здесь никогда не было даже подобия либеральной демокра-
тии. Для российской политической культуры характерны авторитаризм и патернализм. В российском массовом
сознании государство (аппарат государственной власти) закономерно воспринимается как нечто отделенное, от-
чужденное от “остального народа”, от “общества”. Сохраняется и вера в “доброго царя”, способного защитить народ
от произвола “злых бояр”.
С другой стороны, в истории России были периоды, когда страна в своем развитии поворачивалась в сторо-
ну правовой культуры, после которых, однако, всегда наступала антиправовая реакция.
В этом отношении российская история в ХХ в. особенно трагична. Демократическая революция 1917 г. про-
изошла во время тяжелейшей войны, а поэтому любые демократические правовые преобразования в этот момент
были обречены на провал. Для сохранения политического порядка в условиях войны, для выхода революционной
страны из войны с наименьшими потерями была нужна диктатура. И такую диктатуру закономерно установили не
разрозненные демократически ориентированные элиты, а политическая сила, отвергающая правовую свободу,
наиболее последовательная в осуществлении диктатуры – большевики. Они сумели использовать коллективист-
ское начало российской культуры, доведя его до крайней, гипертрофированной формы, превратили все общество в
огромный деспотически организованный коллектив – жесткую тоталитарную систему, функционирующую на ос-
нове коммунистической идеологии. Сталин воспитал людей, не имевших даже представлений о свободе (“народ,
не сознающий своего рабства”). Поэтому и сегодня коммунизм с его преступлениями против человечества не оце-
нивается большинством населения страны как однозначно негативное явление.
В период посттоталитарного развития в России произошел качественный переход от принципиально непра-
вовой культурно-политической ситуации к принципиально правовой, от системы, которая в принципе отрицала
правовую свободу, к системе, которая в принципе допускает правовую свободу. Но, несмотря на этот переход, пра-
вовой тип личности отнюдь не стал и не мог стать доминирующим. (Моисей водил свой народ по пустыне сорок
лет, пока не произошла необходимая смена поколений и люди, духовно сформировавшиеся в условиях несвободы,
не перестали доминировать). Неразвитость российской правовой культуры объективно сдерживает процесс фор-
мирования в стране демократического правового государства.
6.2.
П
РАВОВОЕ СОЗНАНИЕ
–
ФЕНОМЕН ПРАВОВОЙ КУЛЬТУРЫ
6.2.1.
П
ОНЯТИЕ И ФУНКЦИИ ПРАВОСОЗНАНИЯ
Правосознание – это способ бытия права (бытие права в сознании). Правосознание формируется как психи-
ческое отражение правовой действительности. Но правовая действительность не существует помимо воли и созна-
ния субъектов права. Именно правосознание позволяет субъектам права воздействовать на эту специфическую со-
циальную действительность, изменять ее, создавать новую правовую действительность, вырабатывать новые пра-
вовые нормы в процессе взаимодействия с другими субъектами права.
Правовые нормы (правила правового общения) возникают как продукт сознательно-волевой деятельности ин-
дивидов, вырабатываются правосознанием – сознанием взаимодействующих субъектов права, объективируются в об-
щественном правосознании (см. 4.3.3.). В этом контексте правосознание не есть нечто внешнее по отношению к пра-
ву: право – это объект, порождаемый сознанием и существующий в сознании субъектов права.
Однако правовые нормы объективируются не только в правосознании, но и в правоотношениях и в офици-
альных текстах (невозможно право, объективированное лишь в сознании людей). Правовые нормы – это общеобя-
зательные правила, существующие в форме обычая или закона (позитивное право). В этом качестве они возникают
и существуют как специфическая социальная действительность и являются объектом познания для субъектов пра-
ва. И если рассматривать соотношение права (правовых норм) и правосознания в этом контексте, то уже не право-
вые нормы оказываются продуктом правосознания, но правосознание выступает как результат познания, осозна-
ния, осмысления отдельных правовых норм, правовых явлений и права в целом.
Правосознание следует отличать от
правопознания
. Правосознание формируется на основе правопознания, в
процессе и в результате познания права, осознания сущности правового общения. Функцию познания права вы-
полняет сознание как таковое, хотя и в контексте правовой культуры. Вне правовой культуры правопознание не-
возможно.
Бытие права в сознании – это представления о праве, а также о государстве (правовой организации власти).
Более точно – это представления, существующие в сознании субъектов права. Поскольку таковыми являются, пре-
жде всего, свободные индивиды, то правосознание – это представления о праве
свободных
. В сознании несвобод-
ных либо, вообще, нет места для
право
сознания, либо существуют искаженные представления о праве. У рожден-
сийской политической истории: система против личности. М., 1994.
59
ных несвободными и не знающих, что такое свобода, не может быть адекватных представлений о праве. Точно так
же не может быть
право
сознания в условиях неправовой культуры, деспотии. Правосознание людей, сформировав-
шихся как личности в условиях тоталитарного режима, является ущербным. Им непонятны идеология прав чело-
века, смысл частной собственности.
Правосознание складывается из нескольких компонентов. По меньшей мере, это знание (информация) о суще-
ствующем праве, оценка существующего права и установки на определенное поведение в соответствии с этой оцен-
кой, а также представления о должном быть праве. Все эти компоненты взаимосвязаны. Так, с одной стороны, оценка
существующего права предполагает некую нормативную позицию оценивающего субъекта, выражающую его пред-
ставления о должном быть праве. С другой стороны, такая нормативная позиция вырабатывается на основе знания о
существующем праве. Нормативно-
правовая
позиция не может быть выработана на основе каких-то
неправовых
цен-
ностных устремлений, убеждений и ориентаций.
Эти компоненты позволяют говорить о трех функциях правосознания – информативной, регулятивной и
правоформирующей. Вряд ли можно говорить о самостоятельной оценочной функции правосознания, ибо оце-
ночный элемент присутствует и в регулятивной, и в правоформирующей, и даже в информативной функции, ко-
гда индивиды оценивают информацию как имеющую или не имеющую юридическое значение, нужную или не-
нужную, воспринимают или отвергают, отбирают, сортируют информацию в соответствии со своими ценностны-
ми установками.
Информативная функция
правосознания позволяет знать право, иметь представления о существующем пра-
ве. Сюда входят представления о действующих правовых нормах и о субъективных правах и юридических обязан-
ностях, которые существуют у субъектов права или возникают в правовых ситуациях. Причем это не только ра-
циональное знание, но и чувственные представления, ощущения, мнения, образы. Все эти представления могут
быть более или менее адекватными, истинными или ложными.
Регулятивная функция
осуществляется под воздействием, прежде всего, информативной функции правосоз-
нания. Она ориентирует, настраивает индивида в конкретных правовых ситуациях в соответствии с его знанием пра-
ва и ценностными ориентирами. Имея информацию о существующем праве и оценивая его с позиции своих интере-
сов (а иногда и с позиции представлений о должном быть праве), индивиды вырабатывают установки на определен-
ное юридически значимое поведение. Причем это могут быть установки не только на правомерное, но на противо-
правное поведение.
Правоформирующая функция
осуществляется в процессе взаимодействия индивидов в масштабе националь-
ной правовой культуры. Осознание сущности, смысла правовой регуляции и, на этой основе, оценка законов и су-
ществующих норм права позволяет индивидам трансформировать их интересы в ценностно-нормативные сужде-
ния о правовой действительности, т.е. в представлениях о должном быть праве. Сюда входят, правовые идеи, ожи-
дания, требования официального признания некой меры правовой свободы и т.д. Причем эти оценки, ожидания,
требования могут быть обоснованными и безосновательными.
6.2.2.
К
ЛАССИФИКАЦИЯ ПРАВОСОЗНАНИЯ
Правосознание принято структурировать и классифицировать по различным основаниям.
По субъектам различаются
индивидуальное
,
групповое
и
общественное
правосознание. Разумеется, реаль-
ными субъектами (носителями) правосознания являются только индивиды, но не коллективные субъекты (груп-
пы, сословия, народы и т.д.). Групповое правосознание и общественное правосознание – это обобщенная характе-
ристика правосознания отдельных индивидов, образующих социальные группы и, соответственно, население
страны. В том же смысле можно говорить о правосознании, характерном для определенной исторической эпохи
или правовой культуры.
Групповое правосознание – это представления о праве, характерные для определенных социальных групп,
демонстрирующие различия и специфику правосознания этих групп. При этом имеются в виду реальные социаль-
ные группы (местные сообщества, общественные формирования, формальные и неформальные коллективы), а
также условные группы, различаемые наукой именно по причине различий правосознания (разные половозраст-
ные группы, служащие правоохранительных органов и правонарушители, работодатели и наемные работники,
группы с существенно разным уровнем доходов и т.п.).
Общественным (по существу – национальным) правосознанием называются представления о праве, прису-
щие большинству членов общества, точнее – большинству индивидов, интегрированных в государство и соответ-
ствующую национальную правовую культуру. Правовые нормы объективированы в правосознании не просто от-
дельных индивидов, а множества людей, формирующих национальную правовую культуру (национальную право-
вую систему).
По уровню юридической образованности, информированности принято различать
массовое
, или
обыден-
ное
, и специализированное правосознание, в частности,
профессиональное
правосознание юристов. По существу
речь идет о групповом правосознании – в больших условных группах. Массовое правосознание формируется в по-
вседневной жизни при недостатке точной информации о праве. Поэтому в массовом правосознании, особенно в
неразвитой правовой культуре, существуют заблуждения относительно права и государства, безосновательные
мнения, требования, ожидания, неточные и даже искаженные представления о правовых нормах. Для профессио-
нального правосознания юристов такие заблуждения не характерны, хотя они возможны даже в развитой правовой
культуре (
errare humanum est
).
В зависимости от характера правопознания различаются
эмпирический
и
теоретический
уровни правосоз-
нания.
Теоретическое (научное, доктринальное) правосознание формируется путем научного изучения права и го-
сударства. Оно накапливает и систематизирует знание о праве и государстве, выражается в виде юридических по-
нятий, теорий, доктрин и т.п. Понятно, что теоретическое правосознание не может проявляться как общественное
правосознание. Оно может быть индивидуальным или групповым – общим в рамках одной научной школы. В то
60
же время в доктринальном правосознании выработаны правовые принципы, общие для всех правовых культур
(см.8.1.; 8.2.; 8.3.).
Эмпирическое, практически ориентированное правосознание складывается в процессе практической дея-
тельности субъекта и служит ему повседневным средством ориентации в его культурной среде. Оно формируется
в процессе переживания и осмысления
конкретных
юридически значимых ситуаций, правовых отношений, в ко-
торых участвуют индивиды. При этом источником информации о праве обычно являются не нормативные тексты,
а индивидуальные акты, юридически значимые действия (правомерные и неправомерные). Иначе говоря, субъект,
постигающий право эмпирическим путем, вырабатывает представления о праве преимущественно на уровне пред-
ставлений о субъективных правах и юридических обязанностях в типичных ситуациях, точнее – в ситуациях, ко-
торые он считает типичными. Поэтому для эмпирического правосознания характерно ситуативное, конкретное
правовое мышление, ориентированное на ситуации, с которыми у субъекта связаны определенные переживания.
Кроме того, в структуре правосознания различаются
правовая идеология
и
правовая психология
. Правовая
идеология – это рациональные, логико-понятийные представления о праве, в основе которых лежат правовые зна-
ния и навыки правового общения. В сфере правовой идеологии вырабатываются и используются абстрактно-
логические правовые понятия, принципы, конструкции и т.д. Правовая психология – чувственно-эмоциональное
восприятие права и, соответственно, иррациональные представления о праве, слагающееся из ощущений, пережи-
ваний, образов, символов, настроений. В неразвитом правосознании преобладает восприятие права на уровне пра-
вовой психологии. Однако и теоретически развитое правосознание включает в себя не только правовую идеоло-
гию, но и элементы правовой психологии – чувственно-образное отражение права.
В контексте регулятивной функции различают
законоодобряющее
,
законопослушное
и
закононарушающее
правосознание
83
.
Законоодобряющее правосознание существует тогда, когда представления о должном быть праве в общем и
целом совпадают с представлениями о существующем (официально выраженном, законном праве). Для носителей
законоодобряющего правосознания типичны установки на правомерное поведение. При этом авторитет закона или
страх наказания не играют определяющей роли.
В условиях развитой правовой культуры должностные лица, применяющие законы, особенно судьи, вос-
принимают законы как должное быть право. Например, судья, применяющий законы, должен быть убежден в том,
что его представления о надлежащем праве в общем и целом совпадают с представлениями законодателя. В про-
тивном случае судья должен уйти в отставку, и, уже как частное лицо, он может требовать изменения законов.
Законопослушное – это прагматичное правосознание, в котором установки на законопослушное поведение
вырабатываются в силу привычки, под влиянием авторитета закона и страха наказания. При этом положительные
или отрицательные оценки содержания конкретных законов (существующего права) не имеют большого значения
для установки на законопослушное поведение. В отдельных случаях носители законопослушного правосознания мо-
гут совершать правонарушения, даже серьезные, – если, с одной стороны, интересы такого субъекта в конкретной си-
туации вызывают у него соблазн нарушить право, а, с другой стороны, он почему-либо убежден, что в этой ситуации
он останется безнаказанным.
Закононарушающее – это правосознание, в котором вырабатываются установки на закононарушающее пове-
дение. Есть множество вариантов закононарушающего правосознания.
Во-первых, законы могут отставать от уровня развития национальной правовой культуры, от прогрессивных
правовых требований большинства социальных групп. Такое возможно в предреволюционной ситуации, когда пред-
ставления о должном быть праве (истинные или ложные) могут существенно расходиться с оценками существующих
законов (противопоставление права и закона).
Во-вторых, законы могут опережать уровень национальной правовой культуры, уровень правосознания боль-
шинства социальных групп. Такое возможно при трансферте развитого правового законодательства в неразвитые пра-
вовые культуры. В результате многие законоположения оказываются фиктивными, не акцептируются правосознани-
ем большинства населения. В этом варианте правосознание выступает как закононарушающее постольку, поскольку
оно еще “не доросло” до законодательства развитых правовых культур. Причем закононарушающие мотивы присут-
ствуют и в массовом правосознании, и в официально-должностном (специальном) правосознании. Например, в Рос-
сии некий уровень коррупции воспринимается правосознанием большинства групп как фактическая норма, в преде-
лах которой законы не действуют.
В-третьих, в условиях нормального правового развития, когда законы в общем и целом соответствуют уровню
правовой культуры, всегда есть маргинальные группы с отклоняющимся, девиантным правосознанием. Это люди,
почему-либо не вписывающиеся в существующую общую правовую культуру, или просто люди с низкой правовой
культурой. Если выполнение правовых предписаний существенно противоречит их интересам, они совершают пра-
вонарушения. Причем, взвешивая возможные преимущества и недостатки, выгоды и невыгоды, положительные и от-
рицательные последствия законопослушного и закононарушающего поведения, эти люди все-таки выбирают по-
следнее. Здесь тоже может быть противопоставление права и закона, но на основе девиантных или просто ложных
представлений о праве и справедливости.
Закононарушающее
правосознание
маргиналов нельзя отождествлять с
правовым нигилизмом
, характерным
для особых маргинальных групп – криминальных. Поскольку закононарушающее правосознание – это все же пра-
вовое сознание, в нем непременно присутствуют хоть какие-то правовые ценности. Человек может мотивировать
собственное закононарушающее поведение своей якобы исключительностью и в то же время считать действующее
право обязательным для всех остальных, ценить собственную правовую свободу и хотя бы в этом усматривать цен-
ность права.
Криминальное маргинальное сознание – это тоже закононарушающее сознание, но это уже не
правосозна-
ние
, а разновидность
правового нигилизма
. В криминальном сознании отрицаются ценность права вообще, цен-
ность человеческой жизни, собственности, неприкосновенность личности и другие правовые ценности.
83
См.:
Нерсесянц В.С.
Общая теория права и государства. М., 1999. С. 270–271.