Файл: vse_lektsii_za_1_polugodie.docx

Важным разделом музыкальной психологии явля­ется психология музыкального обучения и воспитания. Эта ветвь музыкальной психологии тесно связана с музыкальной педагогикой, которая, исходя из реко­мендации психологии, находит наиболее точные ме­тоды работы с учеником. Например, развитие точных и координированных движений у музыканта-инстру­менталиста может быть достигнуто только при опоре на знания в области психологии движения. Успех пе­дагога в развитии у своих учеников памяти сильно воз­растает после использования специальных знаний по психологии (например, после логической структури­зации материала).

Рассматриваемая ветвь музыкальной психологии помогает учителю музыки найти правильный стиль взаимоотношений с учениками, равно как и дириже­ру хора и оркестра с оркестрантами и хористами. По­скольку многие виды музыкальной деятельности яв ляются коллективными, то знание психологических принципов организации коллективной деятельности представляются совершенно необходимыми. Известно много случаев, когда музыканты оркестра в буквальном смысле губили того дирижера, который им не понра­вился и которому не удалось найти с ними необходи­мый творческий контакт. Психология управления му­зыкальным коллективом поэтому становится одной из важных составных частей подготовки дирижеров и ор­кестрантов.

Важным аспектом музыкальной психологии явля­ется психология музыкальной пропаганды и музыкаль­но-критической деятельности. В задачи музыкальной критики входит не только адекватная эстетическая оценка того или иного музыкального произведения, нахождение в нем исторических связей и параллелей, но и правильное убеждение слушателя в правоте сво­его квалифицированного мнения, а также в том, что он должен потратить свои духовные силы на воспри­ятие и понимание данного произведения, с тем чтобы стать более развитым в личностном плане. Это невоз­можно без использования музыковедами знаний в области психологии пропагандистского воздействия, методов структурирования и подачи информационно­го сообщения в данной конкретной аудитории.

Использование музыки в прикладных целях мы видим в так называемой функциональной музыке, с помощью которой осуществляется эстетическое на­полнение повседневного быта, и особенно в сфере производства, где такого рода музыка обеспечивает оп­тимальный ритм трудовых процессов в целях повыше­ния производительности труда. Использование музы­ки в трудовых процессах имеет свои закономерности, связанные с особенностями протекания нервно-пси­хических процессов в течение рабочего дня. Подбор музыки соответствующего характера помогает реше­нию производственной проблемы «врабатываемости» в ритм трудового процесса, повышению его произво­дительности, снятию накопившегося утомления.

Использование музыки в оздоровительных целях изучает музыкальная психотерапия, которая предла­гает для этого музыку для слушания, исполнения и творчества. В нашей стране эта область музыкальной психологии почти не исследована, ибо требует от ис­следователя серьезных знаний как в области меди­цины, так и в области музыки. Возможность музыки непосредственно влиять на эмоциональное состояние человека, катарсический эффект глубокого музыкаль­ного переживания в процессе ее восприятия и испол­нения — благодатная область для научных исследо­ваний.

Социологические исследования в области музыкаль­ного искусства связаны с выявлением музыкальных вкусов слушателей в зависимости от их принадлежно­сти к тому или иному региону, от их возраста, уровня образования, пола и других социально-демографиче­ских факторов. В одном из таких исследований было установлено, что у слушателей, имеющих более высо­кий уровень образования, отмечается повышенная тяга к серьезной классической музыке, причем у гу­манитариев эта тенденция выражена сильнее.

Социологические исследования в области музы­кальных вкусов слушателей необходимы специалистам по музыкальной пропаганде для выработки соответ­ствующих рекомендаций. Зная социально-психологи­ческие характеристики своей аудитории, они могут более точно построить и организовать свое выступле­ние перед ней.

В самом общем виде цели и задачи музыкального искусства в обществе сводятся к содействию его гу­манизации и участию в эстетическом наполнении об­щественной жизни. Музыкальная психология позво­ляет специалистам делать это с наибольшим эффектом.

Личность музыканта

Что представляет собой личность музыканта? Ка­ковы ее отличительные черты? Какие качества нужно в себе культивировать, чтобы стать хорошим музыкан­том и на что надо обращать внимание педагогу, воспи­тывающему начинающего музыканта?

Прежде чем ответить на эти вопросы, мне хотелось бы привести слова известной песенки Булата Окуджа­вы «Музыкант», в которой ответы на эти вопросы даны в поэтической форме и в то же время очень глубоко и содержательно.

Музыкант играл на скрипке, Я в глаза ему глядел, Я не то чтоб любопытствовал — Я по небу летел.

Я не то чтобы от скуки — Я надеялся понять — Как умеют эти руки Эти звуки извлекать.

Из какой-то деревяшки, Из каких-то грубых жил, Из какой-то там фантазии, Которой он служил.

Да еще ведь надо в душу К нам проникнуть и поджечь, А чего же с ней церемониться — Чего ее беречь.

Счастлив дом, где пенье скрипки Наставляет нас на путь И вселяет в нас надежды, Остальное — как-нибудь.

Счастлив инструмент, прижатый К угловатому плечу, По чьему благословенью Я по небу лечу. Счастлив тот, чей путь недолог, Пальцы злы, смычок остер.

Музыкант, соорудивший

Из души моей костер,

А душа — уж это точно —

Ежели обожжена,

Справедливей, милосерднее

И праведней она.

Наставить на путь и вселить надежду, обжечь душу красотой, чтобы она стала праведнее и милосерднее — вот что люди ждут от музыкантов и что они обязаны им давать, чтобы иметь право называться музыканта­ми. И если мы посмотрим на историю музыки — от Баха и Палестрины, а лучше — от Апполона и Орфея до Бернстайна и Шостаковича, то мы увидим, что все великие музыканты — и композиторы, и исполните­ли — стремились решать именно эти задачи.

Признаки музыкальности

Было бы, наверное, банальностью и тавтологией утверждение, что сущностью музыканта является его музыкальность. Под этим термином мы будем по­нимать способность «омузыкаленного» восприятия и видения мира, когда все впечатления от окружаю­щей действительности у человека, обладающего этим свойством, имеют тенденцию к переживанию в форме музыкальных образов. «Меня волнует все, что происходит на белом свете, — политика, лите­ратура, люди, — писал о себе Р. Шуман, — обо всем этом я раздумываю на свой лад, и затем все это про­сится наружу, ищет своего выражения в музыке».

Стремление переводить каждое жизненное явле­ние на язык звуков, которое отмечал в своем характе­ре этот великий немецкий музыкант, было присуще не только ему, но всем музыкантам, внесшим сколько- нибудь значительный вклад в историю культуры.

Подобное восприятие жизни всегда связано с на­личием у человека специфических способностей. Как было установлено Б.М. Тепловым, это — способность чувствовать эмоциональную выразительность звуковысотного движения: способность произвольно опе­рировать музыкально-слуховыми представлениями; способность чувствовать эмоциональную выразитель ность музыкального ритма и точно воспроизводить последний.

Обычно, говоря о наличии музыкальности у того или иного человека, мы одновременно подразумеваем на­личие у него и музыкального слуха, связанного с более или менее тонким различением звуков по высоте. Од­нако известны случаи, когда острое слуховое восприя­тие оказывается не связанным с эмоциональной отзыв­чивостью на музыку. Так, Стендаль в книге «Жизнь Россини» описывает двух любителей музыки. Один из них, военный экспедитор, обладал совершенным любо­пытным слухом и мог называть такт за тактом ноты, из­даваемые инструментом в оркестре или шарманкой на улице, записать нотами арию, которую только что про­пели. И в то же время этот человек проявлял фантасти­ческое равнодушие к музыке. Если ему посылали биле­ты одновременно в оперу и в театр, он всегда выбирал театр. «Звуки для него только шум, — пишет Стен­даль — музыка — язык прекрасно слышимый им, но не имеющий никакого смысла». «Мне кажется, — пи­шет далее автор жизнеописания Россини, — что музыка не доставляет ему никакого удовольствия, кроме того, что дает упражнение его таланту определения звуков; это искусство не говорит решительно ничего его душе».

В противоположность этому военному экспедито­ру другой меломан, некий граф Ч., не мог пропеть четыре ноты подряд без того, чтобы не сфальшивить ужасающим образом. Но при таком фальшивом пении граф любил музыку со страстью, исключительной даже в Италии.

В этих двух описаниях один персонаж имеет тонкий слух, но не обладает эмоциональной отзывчивостью на музыку, другой — при плохом музыкальном слухе без­мерно любит ее. Стендаль отдает предпочтение второму герою, и в этом есть, на наш взгляд, глубокий смысл, ибо если звуки музыки не говорят нам ничего, то внимание к ним было бы пустой тратой времени.

Особенности личности музыканта

Изучая особенности личности мастеров искусст­ва, — будь то музыкант, актер, артист балета или ху­дожник, — нельзя не заметить, что они все необъяснимым образом группируются вокруг пяти «Т». Это — Та­лант, Творчество, Трудолюбие, Терпение, Требователь­ность. Как правило, большинство выдающихся мастеров обладают не только выдающимися специальными способ­ностями, но и целым рядом других, которые говорят о раз­носторонности их дарования. В начале XX в. английский психолог Спирмен выдвинул двухфакторную теорию интеллекта, основанную на предположении о существова­нии фактора общей одаренности и фактора специаль­ных способностей. Очень часто эти два фактора оказы­ваются связанными — чем выше уровень развития специальных способностей, тем чаще и сильнее проявля­ются способности и к другим видам деятельности.

Если говорить о собственно музыкальных способ­ностях, то здесь выдающиеся музыканты показывали уровень достижений несоизмеримо более высокий по сравнению с уровнем рядовых музыкантов. Ярче все­го феномен музыкальной одаренности проявляется в музыкальной памяти. Юный Моцарт, прослушав в Ватикане всего два раза сложное хоровое сочинение («Мизерере» итальянского композитора Грегорио Ал­легри), через два дня вручил написанную по памяти рукопись этого произведения папе — главе Римской католической церкви.

Знаменитый итальянский дирижер Артуро Тосканини почти весь свой репертуар дирижировал наи­зусть. При этом он помнил произведения, выученные им несколько десятков лет назад. Ференц Лист мог вы­учить сложное произведение по пути на концерт, сидя в дилижансе и внимательно изучая это произведение глазами. Подобных примеров можно было бы приве­сти еще множество. Главный показатель музыкальной одаренности — способность добиваться наивысших результатов за короткий отрезок времени и затем дол­го сохранять в сознании однажды уже достигнутый результат, воспроизводя его, когда надо, во всем блес­ке и совершенстве.