Файл: Guzhalovsky_Muzey_mira.doc

Частные исторические собрания и музеи становились доступными для широкой публики постепенно. На этот процесс воздействовали господствовавшие общественные и философские взгляды. Музея как социальный институт возникал в тот момент, когда общественная группа, организация или учреждение создавало коллекцию с ясным намерением сделать ее осмотр доступным публике.

Не случайно первые публичные исторические музеи появились в государствах с республиканским устройством (Венеция, Швейцария и т. д.). Так, представители патрицианской семьи Гримани — кардинал Доменико и его племянник патриарх Джованни — подарили собранные ими коллекции Венецианской республике. Эти коллекции легли в основу современного археологического музея в Венеции.

В Швейцарии в ходе реформаторского движения муниципалитеты нескольких городов приобрели собрания древностей и рукописей для общественного пользования. Эти коллекции стали фундаментом современного Земельного музея в Цюрихе и Исторического музея в Берне.

В 1662 г. муниципалитет Базеля приобрел ценную коллекцию гражданина Амербаха с целью предотвращения ее вывоза из города. Вскоре эта коллекция была расположена в новом здании университета, а с 1671 г. стала доступной для широкой публики.

Первый прототип исторического музея во Франции был открыт в Безансоне в аббатстве Сен-Венсен (1694). Согласно завещанию аббата его собственная коллекция древностей, книг, медальонов должна была стать общественным достоянием.

В 1726 г. во Флоренции была основана Этрусская академия, члены которой проводили археологические раскопки в Тоскане. При академии существовала публичная галерея, где выставлялись произведения искусства и обнаруженные в ходе раскопок предметы материальной культуры.

В эпоху Просвещения публике предлагаются различные формы визуального представления исторических сюжетов. Широкое распространение в исторических музеях получила панорама (циклорама) — большое циркулярное замкнутое полотно с изображением битвы или другого впечатляющего события, которую зритель осматривает из центра. На переднем плане панорамы обычно находились трехмерные предметы. Картина часто располагалась в ротонде (круглом помещении) и освещалась сверху.

В 1792 г. к идее панорамы пришел художник Роберт Баркер. Большой популярностью в Лондоне пользовалась выполненная им панорама «Британский флот между Портсмутом и островом Уайт».

В этот же период формируются паноптикумы, или кабинеты восковых фигур, первоначально в Германии (Фридерицианум в Касселе), затем во Франции. В 1770 г. уроженец Германии Филипп Курциус основал в Париже паноптикум. После смерти Курциуса (1794) паноптикум получила в наследство его ученица и племянница мадам Тюссо. В 1802 г. она перевезла свою коллекцию в Великобританию. Во время турне по стране мадам Тюссо приняла решение об открытии стационарного музея в Лондоне.

Создатели панорам и паноптикумов в дальнейшем нашли своих последователей в других городах Европы и Северной Америки.

* * *

В XVII—XVIII вв. музей как социальный институт приблизился к человеку. Это было следствием распространения идей Просвещения, манифестацией права всех людей на культурное развитие. Успехи естествознания и техники не только освобождали ум людей, но и давали больше возможностей для проведения свободного времени. Это в свою очередь содействовало формированию музейной аудитории.

К вопросу о праве всех людей осматривать предметы коллекций владельцы собраний относились по-разному. Коллекционеры-гума­нисты видели меру всех ценностей в неповторимости личности. В то же время они считали, что делиться приобретенными знаниями и эмоциями, в том числе предметами коллекций, можно только со знатоками. Похожие взгляды разделяла большая часть знати эпохи Возрождения, которая демонстрировала свои коллекции преимущественно близким по социальному статусу.

В отличие от коллекционеров-гуманистов большинство коллекционеров-просветителей, среди которых было немало знатных людей, желали помочь образованию широких масс населения и содействовать их постоянному развитию и совершенствованию. Осмотр собраний проводился в форме диалога или дискуссии. Диалог проходил между теми, кто планировал размещение музейных предметов, и теми, кто их осматривал. Получая информацию, они реагировали на них сразу же или позже, вслух или молча. Когда зрителей было много, диалог становился дискуссией.

В конце XVII в. количество людей, осмотревших различные частные коллекции, в Европе стало увеличиваться, расширяется и их социальный состав. Результаты этого процесса оказались непредвиденными: многие владельцы коллекций и значительная часть посетителей оказались разочарованными. Коллекционеры, открывшие двери своих собраний, убедились, что часть публики ответила им неблагодарностью, а многие посетители были растеряны и даже разозлены увиденным. Они испытали унизительную процедуру проверки, чтобы получить разрешение посетить то место, которое называли «страной сказок»; попав же туда, понимали, что они там чужие. Некоторые находили выход своим эмоциям в недостойном и раздраженном поведении при осмотре экспозиций. Следуя непонятным объяснениям, которые посетители получали в частных кабинетах и галереях, они переходили от одного предмета к другому в поисках их смысла. В большинстве случаев у широкой публики не было не только специальных знаний, с которыми можно было бы совместить новый опыт, но и общего образования, которое бы помогло адекватно воспринять информацию о музейных предметах.

Коллекционеры и создатели музеев этого периода при показе собраний рассчитывали в первую очередь на знатоков и специалистов, но иногда демонстрировали их и отдельным группам широкой публики. Делалось это непоследовательно.

Известно, что с момента основания Британского музея плата за осмотр его экспозиций не бралась. Однако, чтобы получить входной билет в этот музей, приходилось ждать несколько недель. Посетителей во время экскурсии все время подгоняли, поскольку музей нужно было осмотреть не более чем за час. Доступ в музей детям был вообще запрещен. За посещение и осмотр коллекций Тауэра в конце XVI — начале XVII в. приходилось платить гинею. Эштон Левер требовал за вход в свой музей довольно высокую плату — от 5,5 до 11 шиллингов.

Все это делало доступ в музей для широких масс населения ограниченным. Малоимущим слоям населения более доступными были университетские музеи, которые существовали в разных городах Европы. Однако и в них приоритет отдавался знатным, богатым и образованным посетителям.

Коллекционеры продолжали работу по разработке научной классификации предметов в своих собраниях. В частности, Уле Ворм делил предметы на «земли, соли, глины, каменные предметы, металл, стекло, дерево» независимо от того, сделаны они природой или человеком. Каспар Нейкель предложил следующую классификацию музеев:

1) шатскамера — сокровищница ценных предметов, произведений искусства и природоведческих предметов;

2) галерея — длинный зал со шкафами для предметов небольшого размера, с предметами на подиумах и картинами на стенах;

3) кунсткамера — кабинет искусства и художественного ремесла, керамики, изделий из стекла, слоновой кости, монет, медалей, научных инструментов, гипсовых медалей, графики;

4) антиквитетенкамера — кабинет античных древностей;

5) студио-музеум — хранилище книг, рукописей, произведений искусства;

6) раритетенкамера — собрание редких предметов (рог единорога, мумии и т. д.);

7) натуралиенкамера — природоведческий кабинет, посвященный животному миру, растениям, минералам.

К. Нейкель рекомендовал расставлять предметы коллекций в каждом помещении вдоль стен на шести полках. Вдоль одной стены предлагалось располагать «натуралии» (предметы природного происхождения), вдоль другой — «артифициалии» (творение человеческого ума и рук). Расстановку «натуралий» следовало начинать с человеческих скелетов, затем необходимо было располагать препараты животного, растительного и минерального происхождения, а «артифициалии» — делить на древние и современные предметы. Над полками оставалось место для размещения портретов известных людей.

Некоторые собиратели «артифициалий» рассматривали произведения изобразительного искусства только как иллюстрации к мифологии (Ф. Коспи) или оценивали их по информационной ценности (Кальчолари), К. Нейкель относился к скульптурам и картинам как к способу иллюстрации событий, идей или как к декоративному приложению к придворным коллекциям курьезов.

Существовали и исключительно абстрактные системы группировки музейных предметов. Английский коллекционер Чарльз Таунли предлагал рассматривать в качестве ведущих принципов их расстановки «символическую ценность» и «мистическую систему эманации (излучения)». Ведущими в экспозиции он предлагал считать статуи высшей триады римских богов: Юпитера, Плутона, Нептуна как олицетворение сил «зарождения», «сохранения» и «разрушения». Автор книги «Советы ученым-путешественникам» (1762) И. Д. Кёллер рекомендовал собирателям делить статуи на те, которые «стоят» и «сидят», «голые» и «одетые».

Возникает моделирование многоцелевой мебели для хранения и экспонирования предметов коллекций. В 1604 г. баварский дипломат Филипп Хайнхофер основал кунсткамеру, где экспонировал раковины, монеты, медали. Его многоцелевая музейная мебель делалась дюжиной умелых художников и столяров. Образцы этой мебели продавались в Упсалу, Флоренцию, Амстердам, Штеттин, Вену. Конструкция музейных шкафов Ф. Хайнхофера предусматривала в размещении постепенный переход от природных предметов к предметам, созданным руками человека.

Один из наиболее ранних авторов, пробовавших в конце XVII в. осмыслить феномен музея и его экспозиции, немецкий ученый И. Майор писал: “У входа в музей взгляд посетителя должен остановиться на немногих предметах, что бросаются в глаза, таких, как крокодил, чучело медведя, тигра или льва, — все они должны воздействовать на людей «красотой», «спокойным характером» или «лютым взглядом»”.

Со второй половины XVII в. делаются первые попытки осмыслить феномен музея, формируется, хоть и довольно медленно, представление о музеографии как описании музеев и музейных предметов.

Постепенно из числа музеев смешанного типа начинают выделяться отдельные специализированные музеи, однако этот процесс не получил широкого развития, и в большинстве музеев существовали отделы, которые представляли разные области научных знаний и искусства.

Большая работа, проведенная коллекционерами в XVII—XVIII вв., содействовала дальнейшему развитию музея как социального института в XIX в.