Файл: Guzhalovsky_Muzey_mira.doc

Британские власти создавали ботанические сады в своих заморских владениях, главным образом с целью культивирования экзотов и увеличения экономических ресурсов. В Пемплмусе на острове Святого Маврикия в Индийском океане (1735) были интродуцированы культуры мускатного ореха, перца, корицы и других приправ, привезенных из Индии, а также улучшены посевы сахара. Именем этого сада назван выведенный в нем вид цитруса. Подобные сады были созданы в Вест-Индии — на островах Тринидад (1619), Сент-Винсент (1764), Ямайка (1774). Теперешний Индийский ботанический сад в Калькутте основан в 1787 г. Р. Кидом как ферма для акклиматизации пищевых растений и приправ. Через шесть лет под руководством ботаника У. Роксберга она превратилась в настоящий ботанический сад, где позже были интродуцированы американское хинное дерево для получения хинина и другие культуры. Позже подобные «коммерческие» ботанические сады были созданы на Цейлоне, Яве, в Южной Африке, Бразилии.

В ботанических садах Европы проводилась большая работа по таксономии — систематизации, классификации и номенклатуре растений.

На материалах коллекций Г. Клифорда в Харлеме (Голландия), ботанического сада и коллекций университета в Упсале (Швеция) и собственных экспедиций Карл Линней разработал классификацию растительного и животного мира (1736), которая с некоторыми изменениями используется биологами и сейчас.

Другой выдающийся французский естествоиспытатель Джорж Луи Бюффон, руководивший Королевским ботаническим садом с 1739 по 1788 г., использовал его при составлении своей 30-томной «Естественной истории».

Большим авторитетом среди ученых пользовались два венских ботанических сада (в Бельведере и Шенбрунне). А в 1772 г. недалеко от Лондона, в г. Кью, был создан сад, который вскоре приобрел заслуженную репутацию самого большого в мире ботанического центра.

В 1714 г. был открыт Аптекарский сад (с 1735 г. «медицинский огород») на Аптечном острове в Санкт-Петербурге, где выращивались не только лекарственные растения, но и разные коллекционные травы. Кроме «медицинского огорода» с 1735 г. в столице России действовал ботанический сад Академии наук.

Крупнейший и наиболее ценный в научных отношениях ботанический сад в Беларуси имела Гродненская медицинская академия. Этот сад, созданный благодаря усилиям и заботам Ж.Э. Жилибера, оказал большое впечатление на английского ученого-путешественника В. Кокса. По словам последнего, Гродненский ботанический сад не уступал крупнейшим ботаническим садам Европы и в 1778 г. насчитывал 1,5 тыс. образцов растений. Многие из них по причине своей редкости вызывали огромный научный интерес.

Меньшие по размерам ботанические сады имелись в XVIII в. в некоторых частных владениях Беларуси (например, в усадьбе Пески Новогрудского уезда).

В XVIII в. традиционные зверинцы стали преобразовываться в зоопарки. Первый зоопарк современного типа был основан в Вене (в Шенбрунне) в 1752 г. императором Францем I. Стараясь расширить свое начинание, он посылал экспедиции для сбора животных даже в Америку. Через тринадцать лет сын Франца I открыл зоопарк для публики. Чуть позже, чем в Вене, начались работы по созданию зоопарков в Мадриде и Париже.

Природоведческие музеи, ботанические и зоологические сады позволяли естествоиспытателям упорядочивать описание природного мира, революционизировать исследования жизни животных и растений.

4.4. Научно-технические коллекции и музеи

Собираемые любителями ранние технические коллекции включали в себя широкий набор практических и научных предметов — замки, ключи, осветительные приспособления, часы, музыкальные инструменты, глобусы, астролябии, навигационные инструменты, машины, автоматы, механические часы, телескопы, микроскопы, электрическое оборудование, научную аппаратуру, инвентарь и инструментарий, который применяется в математике, медицине, астрономии, химии, физике.

Коллекционеры уже в конце Средневековья и в начале Возрождения приобретали редкости, созданные руками человека. Известно, например, что герцог Жан Беррийский имел много часов и различных механизмов. Однако до XVIII в. технический инструментарий занимал в коллекциях второстепенное место.

Оппозиция схоластике, положения которой опровергались классическими исследованиями в науке, проявлялась в общем духе любознательности и изобретательства. Зародившись в виде Реформации, она достигла высоты в новых научных открытиях. В обществе возник новый интеллектуальный климат. Буржуа, все более укреплявшие свое положение в обществе, рассматривали окружающий мир как создание не только Бога, но и человека как божеского существа. Теории И. Кеплера, Р. Декарта, Ф. Бэкона, И. Ньютона, Г. Лейбница получили отражение в практике академий, «кабинетов» и музеев, численность которых резко увеличилась на протяжении XVII— XVIII вв. Если университеты, возникшие в Европе в период расцвета Средневековья, придерживались средневековых взглядов на оформление знаний в зафиксированных терминах и понятиях, то академии как общества ученых, сформировавшиеся на волне Ренессанса, отражали новый дух развития науки и техники.

В 1470 г. во Флоренции возникла Платоновская академия, в основе деятельности которой лежало изучение литературы. В конце XVI в. в Лондоне возникло общество антикваров, которые стремились по памятникам прошлого изучать историю. В других академиях и ученых обществах преобладал интерес к природе (Общество тайн природы в Неаполе, 1560; Королевское общество в Лондоне, 1660; Академия наук в Париже, 1660 и др.). При открытии академии в Вальядолиде (Испания), к неудовольствию профессуры соседних университетов, один из главных сторонников создания этого нового центра научных знаний — герцог де Ломас — утверждал: «Цель академии — собрать вместе людей разных интересов. Лень — это чума, но худшая чума — это невежество. На заседаниях каждый из нас будет и педагогом и студентом».

В XVIII в. возникают академии наук в Берлине (1700), Мадриде (1713), Санкт-Петербурге (1724), Копенгагене (1742), Геттингене (1751), Мюнхене (1759), Брюсселе (1772), Лиссабоне (1779), Бостоне (1780), Эдинбурге (1783), Стокгольме (1786) и других городах. Упор в этих заведениях делался не на гуманитарное, а на математическое и природоведческое направления. Некоторые академии получали под свое управление музеи, как это было в Петербурге, что содействовало развитию и науки, и музейного дела. «Любопытные» и «умелые», как называли себя члены академий, рассматривали знания как средство возрастающего контроля человека над силами природы и воспитания человеческой изобретательности. Широта их интересов была энциклопедической и охватывала как экспериментальную философию (так называли моральные и природоведческие науки), так и историю, литературу, а также неоформленные в самостоятельные дисциплины археологию и этнографию. Важную роль в разработке этих наук сыграли собрания предметов, называемые «кабинетами». Эту мысль мы, в частности, находим у английского мыслителя Ф. Бэкона. В числе вспомогательных средств, необходимых для работы ученого, он называет: во-первых, «библиотеку», т. е. все то, что изобрел до этого человеческий ум, собранное в достойные книги, которые бы содействовали развитию мудрости; во-вторых, большой сад, в котором любое растение разных климатических зон, дикорастущее или выращенное человеком, может быть высажено и выращено. Около этого сада необходимо сделать помещения для редких животных и клетки для редких птиц с примыкающими двумя прудами: один — с пресной водой и другой — с соленой; в-третьих, большой кабинет, где бы было собрано и классифицировано все, что человек создал умением или инструментами, а также все, что создала природа; в-четвертых, это тихий дом, обставленный небольшими приспособлениями, инструментами, очагами и посудой, что необходимо для получения философского камня.

И сегодня для научных исследований необходимо все, перечисленное философом: библиотеки, ботанические и зоологические сады, исследовательские лаборатории и, наконец, музеи — для изучения и классификации созданного человеком и природой.

Английский ученый-аристократ Ф. Бэкон (занимал пост лорда-канцлера при английском короле Якове I) одним из первых сформулировал концепцию музея — вспомогательного научного заведения, которое резко отличалось от многочисленных «студиоло», создатели которых руководствовались соображениями социального престижа.

Даже венценосные коллекционеры привлекали к созданию своих коллекций опытных ученых и специалистов. Так, император Рудольф II пригласил с этой целью в Прагу известного мастера Эразма Хабермеля, астронома Тихе Браге и математика Иоганна Кеплера. Фридрих I использовал свою коллекцию для создания научно-исследовательского центра в Зеленых Сводах в Дрездене. Основанная в 1709 г. в Петербурге при Адмиралтействе «камера» (теперь Центральный Военно-морской музей) также предназначала свои предметы — чертежи и модели судов — для учебных и практических целей.

Особенно богатой на смешанные природоведческие и научно-технические коллекции была Италия. Иезуит Атаназиус Кирхер, родом из Германии, сформировал в Риме знаменитую коллекцию, которую вместе с лабораторией завещал иезуитской коллегии. Она содержала предметы не только по физике, но и по физиологии, музыке, языкознанию, искусству, кабалистике. «Натуралии» (произведения природы) и «артифициалии» (предметы, сделанные человеком) коллекционировали Уле Ворм и Кристиан V в Копенгагене. Этим же занимались отец и сын Трейдесканты и Королевское общество (1662) в Лондоне. Основанное в 1754 г. в Лондоне Общество развития искусств, мануфактур и коммерции (теперь Королевское общество искусств) разместило коллекции моделей в своем научном музее.

Создание кабинетов содействовало развитию в обществе просвещения, так же, как и основание академий.

Французский изобретатель и инженер Жак Вакансон, собравший в Париже коллекцию действующих машин и моделей, выставил ее в 1775 г. для всенародного обозрения. Позже он передал эту коллекцию в собственность государства.

Кабинет Голландского общества наук в Харлеме был создан в 1778 г. благодаря усилиям Питера Тейлера ван дер Хульста. Химик Мартин ван Марум создал в этом музее экспозицию, которая отразила развитие химии и физики. Сегодня Тейлеровский музей имеет ценнейшую коллекцию научных инструментов XVIII в.

В XVIII в. организовываются первые промышленные выставки, которые являются прообразом и научно-технических музеев, и музеев прикладного искусства. В 1756 г. такая выставка функционировала в Лондоне, в 1791 г. промышленную выставку провели в Праге, в 1795 г. — в Париже.

Основанное с целью изучения природных богатств и экономики России Вольное экономическое общество (Санкт-Петербург, 1765) собирало коллекции лучших образцов сельскохозяйственного и ремесленного инвентаря, продукции сельского хозяйства и пчеловодства, а также минеральные, ботанические и зоологические коллекции.

Примерно в это же время были начаты работы по созданию первых научно-технических коллекций в Беларуси. Наиболее интересное собрание такого профиля находилось в иезуитском коллегиуме в Полоцке. В 1778 г. к центральному корпусу коллегиума было пристроено помещение, где разместились кабинеты и музей для преподавателей и воспитанников. Экспонаты были сгруппированы в расписанных фресками трех больших залах следующим образом: 1) физический кабинет; 2)астрономический кабинет; 3) химический кабинет. Кабинеты дополняли картинная галерея и природоведческое собрание.