Файл: Guzhalovsky_Muzey_mira.doc

Примером подобного «интеллектуального» музея может быть Дворец науки и промышленности, который находится в Париже, в парке Ла-Вилле. На сегодняшний день — это крупнейший в мире му­зей данного профиля. Его экспозиция занимает площадь в 5000 м2 на семи этажах ультрасовременного здания, которое освещается естественным светом с помощью двух гигантских зеркал, установленных на крыше.

В центре комплекса — отдел «Эксплориана», насыщенный мультимедийным компьютерным оборудованием. Центральная идея отдела, который подразделяется на четыре секции (планета, жизнь, индустриальное общество, коммуникация) — взаимосвязь между наукой и техникой. Следующий отдел под названием «С Земли во Вселенную» демонстрирует роль человека во Вселенной, структуру последней. «Приключения жизни» — название отдела, который рассказывает об отношениях человека с окружающей средой, биологической эволюции, проблеме сохранения биосферы. Отдел «Материя и труд человека» знакомит с историей и современным пониманием человеком материи и производства от первобытного молотка до робототехники. «Языки и коммуникация» — название отдела, посвященного различным аспектам наступления века ЭВМ.

Кроме постоянной экспозиции, посетители знакомятся с временными выставками, посещают информационный центр, зал для проведения международных конференций, библиотеку. Кроме того, в музее оборудованы «Инвенториум» (игровой зал для детей), три кинозала, планетарий, научный клуб, зал экспериментального искусства, сувенирные магазины, ресторан.

Следует отметить, что Ла-Вилле выделяется среди прочих музеев науки и техники глубоким философским осмыслением проблематики, а также высоким уровнем художественного исполнения экспозиции.

Возникновение музейного менеджмета как самостоятельного направления работы в музее — весьма примечательная тенденция в музейной жизни последнего времени. В 70-е гг. ХХ в. на Западе были относительно благоприятные финансовые условия для развития музеев, но в 80-е гг. они ухудшились. Если в 70-е гг. большинство музеев расширяло свои штаты, причем не только в количественном, но и в качественном отношении (привлекались представители новых научных дисциплин), то в 80-е гг. наблюдалось сокращение постоянных штатных сотрудников, а вместо них к выполнению все возрастающего количества рабочих операций привлекаются специалисты на контрактной основе. Одновременно наблюдалось увеличение количества музеев, имеющих коммерческого директора, главной задачей которого являлось формирование бюджета своего учреждения. В контексте сказанного нужно рассматривать и появление серьезных теоретических и прикладных работ по музейному менеджменту.

В этих работах впервые низкие финансовые показатели музеев объяснялись отсутствием комплексной политики продажи музейных услуг на основе маркетингового анализа. С точки зрения маркетинга для формирования положительного образа, популярности и престижа музейного учреждения важное значение имеет каждый из его компонентов.

Известный американский музеолог С. Уайл предложил понимать музейный менеджмент в рамках целей, ресурсов и методов музейной работы. Разные цели достигаются за счет использования разных ресурсов и с помощью разных методов.В отличие от менеджмента коммерческих учреждений и предприятий в данном случае деньги являются не целью музейной деятельности, а средством достижения в ней успеха. По мнению ученого, каждому современному музею в условиях жесткой конкуренции на рынке культурных услуг необходимо иметь:

• аналитический обзор рынка культурных услуг данного региона;

• концепцию собственной оригинальной деятельности в этой сфере;

• план формирования спроса населения на предлагаемую музеем культурную продукцию;

• схему технического обеспечения потребления посетителями услуг, предлагаемых музеем.

Такой подход к музейной деятельности приобретает все больше сторонников и призван дать рецепт успеха музеям XXI века.

Отличительной тенденцией последних десятилетий стала музеефикация «немузейных» учреждений. Сегодня музей не является единственным учреждением, которое собирает и демонстрирует памятники истории и культуры. Расценивая антикварный рынок как фондовую биржу, а артефакты как акции, финансовые магнаты целенаправленно вкладывают деньги в исторические и художественные памятники, создавая частные депозитарии. Кроме того, ряд музеев (прежде всего художественных) выходят с предложениями на крупные частные компании об использовании их офисов и вестибюлей в качестве экспозиционных залов. Подобное сотрудничество взаимовыгодно: компании поднимают свой социальный престиж, а музеи получают от них финансовую помощь. В качестве иллюстрации последней тенденции можно привести практику Музея американского искусства «Уитни», сделавшего ряд успешных «вестибюльных» экспозиций в Нью-Йорке, Мюнхенского художественного музея, который использует холл типографии «Зюддойче ферлаг», Берлинского музея транспорта, разместившего свои экспонаты в здании вокзала.

Не меньшей популярностью пользуется музей, экспозиция которого размещена на станции стокгольмского метро «Кунгстредгарден». Этот музей, олицетворяющий собой демократизм в силу своей общедоступности, воплотил символы науки и техники нашей эпохи в панно, скульптурах, макетах, размещенных на площади станции.

Интересным примером выхода музея за традиционные рамки может служить деятельность одного из наиболее популярных музеев Берлина — Активного музея фашизма и сопротивления. Он интересен прежде всего своей концепцией, которая не предусматривает жесткой границы между экспозицией (для широкого посетителя) и фондовыми коллекциями (для специалистов). Размещенный в здании штаб-квартиры СД—СС—Гестапо, основной упор в своей деятельности музей делает на передвижные выставки, которые организуются на местах нацистского террора, а иногда и просто в местах массового скопления людей. Подобные выставки сориентированы на диалог с аудиторией, их девиз: «Посетители — не потребители истории, а ее создатели». Большой популярностью пользовалась выставка, посвященная жертвам коммунизма в бывшей ГДР.

Своеобразный способ интерпретации музейных предметов предложили шведские музеологи, которые совместно с археологами, технологами и военными историками произвели реконструкцию шведского военного корабля «Ваза», затонувшего в XVII в. и поднятого с морского дна в 1961 г. Во время реставрационных работ в док приглашалась публика, которая могла получить уникальную живую информацию по кораблестроению в XVII в. После окончания реставрационных работ в мельчайших подробностях были восстановлены интерьеры «Ваза», украшенные восковыми фигурами моряков в различные моменты их жизни. Этот прием позволил приоткрыть завесу над повседневностью службы на флоте три столетия назад. Сразу же после открытия «Ваза» стал туристической меккой. Он дал пример музейного отношения к памятникам, обнаруженным в гидросфере — ранее ценность затонувших кораблей определялась количеством золота, найденного в их трюмах. Когда в 1982 г. английские подводные археологи обнаружили флагман флота Генриха VII «Мэри Роуз», сомнений относительно его судьбы уже не было и вскоре в г. Портсмуте появился новый необычный музей.

8.2. Основные тенденции развития музеев в социалистических странах

В ходе второй мировой войны музеи СССР и Восточной Европы понесли значительные потери: исчезли ценные коллекции, были разрушены музейные здания, погибли или не вернулись в музей многие сотрудники. Во время оккупации в 1941—1944 гг. на территории Молдавской, Украинской, Белорусской, Литовской, Латвийской, Эстонской советских республик и ряда западных областей РСФСР разграбили и уничтожили 427 музеев. Из-за отсутствия помещений на полной консервации находились Дарвиновский музей и Музей народов СССР — в Москве, Музей Революции и Музей сельского хозяйства в Ленинграде. По этой же причине на территории СССР были законсервированы десятки областных и сотни районных краеведческих музеев. Необходимость обновления и возвращения к жизни многочисленных музеев СССР и стран Восточной Европы в условиях послевоенных трудностей, нехватка средств усложняли развитие музейного дела и требовали пристального внимания к нему со стороны властей.

Основным документом, которым руководствовались музейные работники при решении задач восстановления и развития музеев в первые послевоенные годы в СССР, стал закон о пятилетнем плане, принятый в марте 1946 г. Выдвинутую в нем задачу обновления довоенной музейной сети должен был решить новый управленческий орган, созданный в 1945 г., — Комитет по делам культурно-просветительных учреждений СССР. Перевод музеев, находившихся в системе Наркомпроса, в подчинение Комитета по делам культурно-просветительных учреждений закрепил за большинством советских музеев статус культпросветучреждений.

По советскому образцу строилась сеть музеев с соответствующими управленческими органами в большинстве социалистических стран. Вместе с тем существовал ряд локальных особенностей. Так, например, в Польше деятельность управленческого органа — Главной дирекции музеев и охраны памятников при Министерстве культуры — сочеталась с деятельностью демократического выборного органа — Союза музеев. В Болгарии методическое управление музеями осуществлял Государственный комитет по культуре, административное — местные власти, а научное — Академия наук. Деятельность государственного органа по управлению музеями Чехословакии сочеталась с деятельностью музеологических кабинетов при национальных музеях в Праге и Братиславе.

В целом организация музейного дела в странах Восточной Европы отличалась от советской большим демократизмом и более высоким уровнем научного обеспечения.

То же можно сказать о Кубе, где управление, координация и научное обеспечение музейной сферы было разделено между Национальной комиссией памятников истории и культуры и Национальным центром консервации, реставрации и музеологии.

В СССР тяжелая для музеев послевоенная ситуация (отсутствие помещений, нищенские ассигнования, нехватка кадров) усложнялась политикой ложных приоритетов. Комитет по делам культурно-просветительных учреждений произвел раздел музеев на категории, которые обусловливали размеры государственного финансирования. К высшей категории были отнесены крупнейшие столичные и историко-революционные музеи. Основная же масса местных краеведческих музеев, где хранилось большинство национальных реликвий, оказалась на низшей ступени. Государственную политику в области музеев можно проследить по следующим фактам. Во второй половине 40-х гг. в Москве теряют свои помещения Музей нового западного искусства, Музей народов СССР, Дарвиновский музей, Литературный музей. Только вмешательство группы крупнейших деятелей культуры (И. Грабаря, К. Симонова, Дм. Шостаковича, И. Орбели и др.) вынудило власти ассигновать средства на реставрацию пригородных дворцов- музеев Ленинграда, остановленную в 1949 г. В то же время ускоренными темпами завершалась реставрация Музея обороны Царицына- Сталинграда им. Сталина, в центре Москвы открывается новый Музей М.И. Калинина.

Во время второй мировой войны на территории Беларуси были уничтожены музейные здания и коллекции Барановичского, Могилевского областных музеев, Оршанского районного музея, Литературного музея А. Мицкевича в Новогрудке. Были повреждены здания Минского, Витебского, Пинского, Брестского, Гродненского и Бобруйского музеев. Небольшую часть коллекций с востока БССР, в частности из Витебского и Гомельского музеев, успели эвакуировать в глубь РСФСР. Все наиболее ценные памятники, оставшиеся на оккупированной вермахтом территории, были вывезены в Германию.

В 1945 г. Совет Народных Комиссаров БССР принял специальное постановление «О восстановлении областных историко-краеведческих музеев в городах Гомель, Бобруйск, Пинск и Брест». В постановлении говорилось о необходимости быстрого восстановления областных музеев с предоставлением им соответствующих помещений. Исполняя постановление, сотрудники музеев основное внимание сосредоточили на сборе материалов, отражающих события второй мировой войны на территории Беларуси, а также их популяризации через стационарные и передвижные выставки. Витебский историко-краеведческий музей в июле 1945 г. организовал выставку «Витебская область в годы Великой Отечественной войны». Большую работу в послевоенные годы проводил Слонимский историко-краеведческий музей, который не прекращал своей работы и в годы войны. Экскурсии обычно проводил директор и единственный сотрудник И.И. Стабровский.