Файл: Guzhalovsky_Muzey_mira.doc

С началом первой мировой войны объем деятельности большинства музеев стран Европы резко сократился.

Глава 7. Музеи между мировыми войнами

7.1. Новые явления в деятельности музеев либерально–демократических стран

Период между мировыми войнами, охватывающий четверть века, вобрал в себя множество событий мирового значения, центром которых стала Европа. Именно здесь с интервалом в два десятилетия произошли две мировые войны. Резко обнажился новый идейно-поли­тический раскол в Европе — либеральная демократия встретилась с агрессивным вызовом тоталитаризма и фашизма. Октябрьская революция 1917 г. вырвала Российскую империю из единого мира, уведя ее народы на путь неизведанного социального эксперимента.

Изначальная борьба человека за свободу, достоинство, за свою индивидуальность перед лицом государственного деспотизма приобрела особое значение и смысл в первой половине ХХ в. Народы на разных континентах вырабатывали общезначимые ценности, которые становились достоянием всего человечества. Именно в «передовой» Европе европейская цивилизация оказалась в первой половине ХХ в. перед угрозой утраты культурных, нравственных и политических достижений, обретенных в ходе многовековой истории. Эта угроза исходила от европейских тоталитарных теорий и режимов, которые отвергли пути демократического и эволюционного преобразования общества, стали насильственно создавать структуры в соответствии с умозрительными проектами, принудительно унифицировать человека, согласно своим идеям.

В межвоенный период мы находим исходный пункт кардинального поворота в развитии общества, заложившего основы его современной структуры. Именно в это время на базе сложившегося, корпоративного капитализма возникает необходимость внесения решительных изменений в структуру классического капитализма XIX в.

С одной стороны, лозунг «Сделать так, как в России» получил широкое распространение во многих странах Западной Европы, с дру­гой — разрушительный экономический кризис 1929—1933 гг. до крайности ухудшил положение широких масс населения, поставив многих из них буквально на грань голодной смерти. Это создало серьезную угрозу социальной стабильности западного общества и заставило лидеров западных стран выдвинуть принцип социальной ответственности государства и провести серию важных реформ с целью создания системы социальной защиты членов общества.

Вторая мировая война 1939—1945 гг. стала кульминационной точкой раскола Европы. Поражение фашизма в войне означало закат тоталитарного варианта решения проблемы модернизации общества. Если в межвоенный период имело место наступление тоталитаризма, то после второй мировой войны процесс демократизации становился определяющим.

После культурного застоя в странах Западной Европы, Америки и Азии в годы первой мировой войны началась активизация деятельности музеев. Это объяснялось и демократизацией общественной жизни, и либерализацией политики властей, которые боялись социальных революций в своих странах, и экономическим подъемом в странах Антанты, выигравших войну.

В проигравших войну странах с давними музейными традициями (Германия, Австрия, Венгрия) в условиях послевоенных экономических трудностей на рынках появилось много культурных ценностей, которые имели музейное значение и перераспределялись среди владельцев частных собраний. Ряд музеев и коллекций мирового значения, принадлежавших правящим династиям (Романовых в России, Габсбургов в Австро-Венгрии, Гогенцоллернов в Пруссии, баварских королей Виттельсбахов и др.), свергнутым в ходе революций, были национализированы.

В период между двумя мировыми войнами наблюдается небывалый рост количества музеев. Только в США оно выросло с 600 до 2 500. В Японии, где в 1872 г. в Токио возник первый Национальный музей, к 1940 г. было уже 260 музеев. Если в 1920 г. в Великобритании насчитывалось около 400 музеев, то только за период 1931—1935 гг. возникло 63 музея. В Германии в 1930 г. было более 1 500 музеев. Большую исследовательскую, реставрационную и просветительскую работу на базе 15 коллекций, которые разместились в 14 зданиях, проводили берлинские музеи. В 1931 г. музеи германской столицы вместе с Пергамским музеем, который открылся в этом же году, посетило 1,5 млн.. человек.

В 1926 г. по инициативе Анри Фасийона, профессора истории искусств университета Сорбонны, было организовано Международное музейное управление при Лиге Наций (новой международной организации по сотрудничеству стран мира и предотвращению вооруженных конфликтов). При управлении был создан Институт интеллектуальной кооперации, который организовывал конференции, способствовавшие объединению музейных работников разных стран, издавал журнал «Мусейон», а также провел в Мадриде в 1934 г. Международный музейный съезд, материалы которого под общим названием «Музеография» были изданы в двух томах. В 1938 г. Международное музейное управление представило на заседание Совета и Генеральной сессии Лиги Наций проект Международной конвенции по охране культурных ценностей.

Важную роль в решении наиболее острых проблем музейной теории и практики в рассматриваемый период играла музейная периодика. К наиболее важным музейным журналам во Франции относились «Музей» (с 1918 г.), «Музеи и коллекции» (с 1932 г.), «Научные музеи» (с 1935 г.); в Германии начал выходить журнал «Природа и музей» (с 1925 г.); в Чехословакии — «Музейный обзор» (с 1925 г.); в США — «Музейные новости» (с 1922 г.), «Публикации Американской Ассоциации музеев» (с 1925 г.), «Музеолог» (с 1935 г.); в Японии — «Музеологические этюды» (с 1927 г.). Сотрудники музеев европейских, североамериканских и дальневосточных стран принимали участие в работе этих изданий, а также своих национальных музейных союзов.

Расширилась география распространения не только музеев, но и музеологических исследований. Возросло количество монографий и пособий по музейному делу (чаще всего освещавшие практические его вопросы), издававшихся в разных странах, в том числе в Италии, Великобритании, Японии, на Цейлоне (сейчас Шри Ланка), в Британской Малайе (сейчас Малайзия) и Вест-Индии, Австралии, США.

Период между двумя мировыми войнами мало способствовал реализации проектов международного музейного сотрудничества. Одним из неосуществленных международных проектов было создание музея при запланированном к открытию в Женеве Международном интеллектуальном штабе. Архитектору Ле Корбюзье было поручено проектирование здания этого музея. Оно планировалось в форме ступенчатой пирамиды, внутри которой экспозиция должна была иллюстрировать эволюцию человеческой культуры.

Очередная попытка приобрести конкретный опыт международного сотрудничества в области практической музейной деятельности все же увенчалась успехом летом 1939 г. — в Муниципальном музее Женевы была открыта Международная художественная выставка. К этому времени Швейцария уже имела опыт временного хранения более 1 300 картин и других музейных ценностей, вывезенных из Испании во время гражданской войны в этой стране в 1936—1939 гг. Эвакуация культурных ценностей осуществлялась по инициативе Международного музейного управления. После окончания военных действий эти ценности были возвращены Испании.

Дальнейшее развитие международного музейного сотрудничества было прервано гитлеровской агрессией в Европе.

В большинстве западноевропейских стран, не исключая Германию до прихода к власти нацистской партии во главе с Гитлером (1933), музейное дело развивалось в традиционных направлениях. К немногочисленным новациям следует отнести значительное увеличение количества музеев современного искусства. Наиболее известным среди них был Национальный музей нового искусства в Париже (1937), переведенный в 70-е гг. в новый Центр Жоржа Помпиду (район Бабур).

Со страниц периодики тех лет не раз раздавались голоса тех, кто указывал на недостатки в экспозициях музеев западноевропейских стран. Критики считали, что многочисленные фондовые коллекции крупных европейских музеев стали преградой для их дальнейшего развития. В день открытия Музея Прадо в Мадриде в нем хранилось 300 картин, а через столетие — уже более 3 000. В 1793 г. коллекция Лувра насчитывала 650 предметов, а каталог 1933 г. перечислял уже 173 тыс. произведений искусства.

В подобных музеях-гигантах предметы коллекций часто экспонировались в бессмысленном сочетании. В лучшем случае они располагались однообразными типологическими рядами, аннотации в большинстве экспозиций страдали излишней лаконичностью.

Для улучшения работы музеев предлагалось:

1) установить между ними сотрудничество, которое помогло бы освободить крупные музеи от излишка предметов и создать новые возможности для провинциальных музеев;

2) централизовать администрацию музеев на общенациональной основе;

3) ввести новую внутреннюю структуру музеев: а) хранилище, б) галерея для ученых; в) выставка для широкой публики;

4) четко определить цель существования каждого музея, деятельность малых музеев ограничить изучением и экспонированием специальных тем, которые относятся к данной местности.

Музейные эксперты осуждали стремление руководства большинства музеев приобрести как можно больше предметов, называя это «собирательской манией», и считали главной задачей музеев «дать человеку с улицы возможность осознать свою причастность к художественным ценностям мира».

На практике эти смелые реформаторские идеи нашли ограниченное воплощение. Нововведения, отмечаемые в ряде музеев рассматриваемого периода, касались преимущественно экспозиционной практики. Так, широкие зоны делились на отсеки, экспозиция таким образом «прореживалась», в результате чего экспонаты обретали большую выразительность.

При экспозиционной подаче экспоната преимущество отдавалось простому одноцветному фону, наложенному краской или созданному из ткани. Там, где была возможность, витрины делались так, чтобы не притягивать к себе внимания, располагались вдоль стен. Размещение предметов по хронологическому либо географическому принципу способствовало лучшему пониманию посетителями замысла создателей экспозиции.

Отдавая должное немногочисленным попыткам улучшения музейной практики, критики того времени настаивали на отсутствии общего прогресса в музейном деле. Один из них писал: «Пассивность, запущенность, упадок — все это черты, присущие нашим провинциальным музеям и художественным галереям».

Немногие музеи делали свою информацию полезной для рядовых посетителей, приводили ее в соответствие с требованиями времени. К числу последних следует отнести Музей барокко в Вене, расположенный в одном из дворцов этой эпохи. Он совмещал в своих экспозициях картины, скульптуру, мебель и другие памятники декоративно-при­кладного искусства, которые позволяли понять австрийскую культуру эпохи барокко, а именно: суть утонченных придворных манер, римско-католического мистицизма и уникального художественного темперамента народа, который жил на границе Западной и Восточной Европы. Даже на непосвященного Музей барокко производил впечатление «послания из прошлого».