Файл: Nikomah.doc

бающи. Таковы и дела (erga) его, ибо так затрата бу-

дет великой и подобающей. Следовательно, дело должно

стоить траты, а трата - дела или даже быть чрезмер- 5

ной. Великолепный пойдет на эти траты во имя пре-

красной цели (ибо это общее свойство добродетели),

причем с удовольствием и расточительно (потому что

точный расчет мелочен). И он будет больше смотреть

за тем, чтобы [все] было как можно красивее и

(устроено) самым подобающим образом, чем за стои-

мостью, и за тем, чтобы потратить возможно меньше. 10

Таким образом, великолепный с необходимостью также и

127

щедр, потому что и щедрый станет тратить то, что

следует, и так, как следует. [Щедрость] проявляется

в этом, а великолепный добавляет размах (to mega),

или величие (megethos), что даже при равных затратах

сделает предпринятое (ergon) великолепней. Ведь не

одна добродетель у собственности и у дела, на кото- 15

рое тратишь23, ибо для собственности самое ценное -

стоить как можно дороже, например как золото, а

[самое ценное] для дела, на которое потратились, -

величье и красота; ибо созерцание этого поражает, а

великолепию свойственно поражать; и добродетель

предприятия (- великолепие -) заключается в величии.

5. Среди затрат есть такие, которые мы считаем

почетными24, например затраты на [почитание] бо- 20

гов, посвятительные дары, постройки и жертвоприноше-

ния, так же как и все вообще связанное с божеством,

а также все то, что охотно делают из честолюбия на

общее благо25, например когда думают, что нужно бли-

стательно снарядить хор или триеру или устроить пир

для всего города.

Во всех этих случаях, как уже было сказано,

учитывается действующее лицо: кто это такой и чем он 25

располагает. Ведь затраты должны быть достойны того

и другого, т.е. подобать не только делу, но и дея-

телю. Поэтому бедняк не сможет быть великолепным: у

него ведь нет средств, чтобы потратить подобающе

много; и кто возьмется - глупец, ибо это вопреки и

достоинству, и должному, а только то, что правильно,

сообразно добродетели. Подобают же такие траты тем, 30

у кого имеются достаточные [средства, безразлично],

сами ли они нажили их или получили от предков или

друзей, а также тем, кто благороден, знаменит и тому

подобное, потому что во всем этом присутствуют ве-

личие и достоинство.

Итак, великолепен преимущественно такой человек

и великолепие [проявляется] в таких затратах,

о которых было сказано: ведь они самые вели- 35

чественные и почетные. В частных же делах ве-

ликолепно то, что бывает единожды, например свадьба 1123а

или еще что-нибудь такое, а также то, о чем хлопочет

весь город или высокопоставленные [граждане];

кроме того, великолепны бывают встречи и про-

воды чужеземных гостей, подарки и отдаривания. Вели-

128

колепный тратит, конечно же, не на себя само- 5

го, но на общие дела, а подарки чем-то похожи на по-

священия богам26.

Убранство дома, подобающее богатству, - также

признак великолепного (ведь и дом этот служит своего

рода украшением города); кроме того, великолепный

тратится больше на такие дела, которые сравнительно

долговечны (а это и есть самое прекрасное), и на то,

[наконец], что подобает каждому отдельному случаю,

потому что не одно и то же подобает богам и людям, 10

храмам и гробницам. И поскольку каждая из затрат ве-

ликолепного в своем роде величественна, ве-

ликолепнейшей (безусловно) является великая [трата]

на великое [дело], а великолепной постольку - по-

скольку - великая для данных обстоятельств, причем

различается великое с точки зрения самого дела или

вещи и с точки зрения затрат; ведь самый красивый

мяч или лекиф27, конечно, обладает великолепием как 15

подарок ребенку, но цена [этого подарка] ничтожная и

скупая. Поэтому признак великолепного человека -

делать великолепно, какого бы рода ни было дело (ибо

такое не легко превзойти), и затрачивая по достоин-

ству. Таков, стало быть, великолепный.

6. Кто преступает меру и безвкусен, преступает 20

ее, как было сказано, издерживаясь против должного.

На что затраты [должны быть] малыми, на это он из-

держивает много и блистает роскошью невпопад: на пи-

рушке в складчину угощает, как на свадьбе, а будучи

хорегом в комедии, приносит для парода пурпурный

[ковер], словно мегарец28. И все это он станет делать

не ради прекрасной цели, но показывая свое богатство 25

и надеясь вызвать этим удивление; и где следует пой-

ти на большие издержки, он тратит мало, а где на не-

большие - много.

У мелочного же во всем недостаток; даже издер-

жавши очень много, он из-за мелочи погубит

[красоту], и, что бы ни делал, он колеблется и при- 30

кидывает, как бы издержать поменьше, и все равно со-

крушается, будучи уверен, что все делает велико

[лепней], чем следует.

Итак, эти склады [души] являются пороками,

но они все же не вызывают [сурового] порицания, по-

129

тому что не вредят окружающим и не слишком не-

приглядны.

7(111). Проявлять себя в великом величавости

подобает уже по самому названию, мы же прежде всего 35

рассмотрим, в чем [именно]; а исследовать ли [сам 1123б

душевный] склад или его обладателя - это без-

различно29.

Величавый же - это, по-видимому, тот, кто счи-

тает себя достойным великого, будучи этого достой-

ным. Ведь вопреки достоинству так считает только

глупец, а ни глупцов, ни неразумных (anoetoi) нет

среди добродетельных. А значит, величавый [именно

таков], как сказано. В самом деле, достойный малого 5

и считающий себя достойным малого благоразумен, но

не величав, ведь величавость состоит в величии, так

же как красота бывает в большом теле, а малорослые

изящны н хорошо сложены, но не прекрасны.

Кто считает себя достойным великого, хотя не

достоин, спесив, но спесив не всякий, [кто считает

себя достойным] большего, нежели [действительно]

достоин30.

Приниженный же - это тот, кто считает себя дос-

тойным меньшего, [чем он достоин]; велики ли его 10

достоинства или незначительны, он все равно считает

себя еще менее достойным, и тот, кто достоин велико-

го, [а считает себя достойным малого],- тот кажется,

пожалуй, самым приниженным: каким же он считал бы

себя, если б не был достоин столь [великого]?!

Величавый поэтому - крайний с точки зрения ве-

личия и срединный с точки зрения должного [ поведе- 15

ния], ибо ему свойственно ценить себя по достоин-

ству, а те, [другие], отклоняются в сторону излишка

или недостатка.

Если человек считает себя достойным великого,

этого достоин, и особенно если он достоин величайше-

го, то этим величайшим в первую очередь бывает что-

то одно. [Понятие] достоинства (he axia) относится к

внешним благам31, а величайшим из таких благ мы при-

знаем, видимо, то, что воздаем богам, то, к чему бо-

лее всего стремятся высокопоставленные люди, и на-

граду, присуждаемую за самые прекрасные [деяния]; 20

это и есть честь, ибо именно она величайшее из внеш-

них благ. Величавый, стало быть, как должно относит-

130

ся к чести и бесчестью. Что величавые имеют дело с

честью, ясно н без рассуждения: они ведь считают са- 25

мих себя достойными прежде всего чести, причём по

достоинству.

Что касается приниженного, то ему недостает как

чувства собственного достоинства, так и [понимания]

достоинства величавого человека. Спесивый преступает

меру применительно к самому себе, но все же не при-

менительно к величавому.

Но величавый, коль скоро он достоин самого ве-

ликого, будет, пожалуй, и самым добродетельным: дей-

ствительно, большего всегда достоин более добро-

детельный и величайшего - самый добродетельный. Сле-

довательно, поистине величавый должен быть доб-

родетельным и величие во всякой добродетели можно

считать признаком величавого32. Разумеется, вели- 30

чавому ни в коем случае не подобает ни удирать со

всех ног, ни поступать против права (adikein). В са-

мом деле, чего ради совершит постыдные поступки тот,

для кого нет ничего великого? 33. Если внимательно

рассмотреть [все] по отдельности, станет ясно, что

величавый, если он не добродетелен, предстанет во

всех отношениях посмешищем. Как дурной человек, он

не был бы достоин чести, ибо честь - это награда, 35

присуждаемая за добродетель, и воздается она добро-

детельным34.

Итак, величавость - это, видимо, своего рода 1124а

украшение добродетелей, ибо придает им величие и не

существует без них. Трудно поэтому быть истинно ве-

личавым, ведь это невозможно без нравственного со-

вершенства (kalokagathia). Величавый, таким образом, 5

имеет дело прежде всего с честью и бесчестьем. При

этом удовольствие от великих почестей, воздаваемых

добропорядочными людьми, будет у него умеренное, как

если бы он получал положенное или даже меньше: дело

ведь в том, что нет чести, достойной по всех отноше-

ниях совершенной добродетели; он тем не менее примет

эту честь, затем что нет ничего большего, чтобы воз-

дать ему. Но он будет совершенно пренебрегать че- 10

стью, оказываемой случайными людьми и по ничтожным

[поводам]. Не этого он достоин. Соответственно он

отнесется и к бесчестью, ибо по праву оно не может

его коснуться.

Итак, величавый проявляет себя прежде всего,

131

как было сказано, в отношении к чести: вместе с тем

и в отношении к богатству и к власти государям и во-

обще ко всякой удаче и неудаче он, как бы там ни бы-

ло, будет вести себя умеренно и не будет ни чрезмер- 15

но радоваться удачам, ни чрезмерно страдать от не-

удач, ведь даже к чести он не относится как к чему-

то величайшему; а между тем и власть государя, и

богатство избирают ради чести, во всяком случае, об-

ладая ими, хотят за это быть в чести, а для кого да-

же честь - пустяк, для того и все прочее [ничтожно]. 20

Вот почему величавые слывут гордецами (hyperoptai).

8. Принято считать, что удачные обстоятельства спо-

собствуют величию. Действительно, достойными чести

считаются благородные, государи или богачи, ибо они

обладают превосходством, а всякое превосходство в

благе заслуживает большей чести. Потому подобные об-

стоятельства и делают более величавыми: ведь некото-

рые почитают таких людей.

Однако только добродетельный поистине заслуживает 25

чести, а у кого имеется и то и другое, [и добро-

детель, и удачные обстоятельства], те более достойны

чести. Но кто, не будучи добродетелен, обладает по-

добными благами, не по праву считает себя достойным

великого и неправильно именуется он величавым, ибо

без добродетели, совершенной во всех отношениях,

[величие] невозможно. Гордецами и наглецами

(hybristai) также становятся обладатели этих благ, 30

потому что нелегко без добродетели пристойно перено-

сить удачи. Не способные переносить их и мнящие о 1124б