Файл: Nikomah.doc

[удовольствия - лекарства] возникают только при об-

ретении совершенного [состояния], а значит, они хо-

роши (spoydaiai) лишь привходящим образом.

Добавим, что телесных удовольствий, как сильнодейст-

вующих, ищут те, кто не способен наслаждаться иными:

эти люди, конечно, сами создают себе своего рода жа-

жду; по когда такие [удовольствия] безвредны, они не

ставятся в вину, а когда вредоносны - это дурно. И 5

ведь у этих людей нет ничего иного, чем бы они на-

слаждались, а для большинства отсутствие

[удовольствия и страдания равносильно] страда-

нию: это заложено в [самом] естестве. Действительно,

живое существо постоянно напрягается, как заявляют

природоведы, повторяя, что видеть и слышать равно-

сильно страданию, только мы, согласно их утвержде-

нию, с этим уже свыклись.78

Соответственно в молодости благодаря росту чув 10

217

ствуют себя как опьяненные вином, и молодость дос-

тавляет удовольствие79. А возбудимые от естества все-

гда нуждаются в лечении, ведь из-за [особого] соста-

ва [естества] тело у них постоянно пребывает уяз-

вленным и они всегда охвачены сильным стремлением.

Удовольствие же изгоняет страдание, противоположно

ли оно как раз данному страданию, или это первое по-

павшееся удовольствие, будь оно только [достаточно]

сильным80. Вот почему становятся распущенными и дур- 15

ными.

А в удовольствиях, которые не сопряжены со

страданием, не бывает избытка, ибо все они относятся

к естественным удовольствиям и не обусловлены слу-

чайными обстоятельствами. Под удовольствиями по слу-

чайности я имею в виду те, что исцеляют. Действи-

тельно, исцеление, кажется, потому доставляет удо-

вольствие, что оно происходит, когда в нас часть,

оставшаяся здоровой, производит известные действия,

а естественное удовольствие - это то, что заставляет 20

действовать так, как свойственно данному естеству.

Одно и то же не доставляет удовольствия посто-

янно, ибо естество наше не просто (me haple), а при-

сутствует в нас и нечто другое81. В силу этого мы

бренны (phthartoi). Так что, когда одна из [частей в

нас] делает что-либо, для другого [нашего] естества

это противоестественно, а когда достигается равнове-

сие, кажется, будто действие не доставляет ни стра- 25

дания, ни удовольствия. Если естество просто, наи- 25

высшее удовольствие всегда доставит одно и то же

действие. Поэтому бог всегда наслаждается одним и

простым удовольствием82, ведь не только для изменчи-

вого возможна деятельность, но и для неизменности, а

удовольствие в спокойствии возможно скорее, чем в

движении. Однако "перемена всего слаще" (как гово-

рит поэт)83, в силу известной "подлости" [естества],

ведь подобно тому, как подлый человек склонен к пе- 30

ремене, так и естество, нуждающееся в перемене, -

[подлое], ибо оно и не простое, и не доброе.

Итак, сказано о воздержности и невоздержности,

об удовольствии и страдании: что они собою представ-

ляют по отдельности и в каком смысле часть из них

относится к благу, [или добродетели], а часть - ко

злу, [или пороку]; еще нам осталось сказать о друже-

ственности [и дружбе].

218

КНИГА ВОСЬМАЯ (Q)

1(1). Вслед за этим, видимо, идет разбор друже- 1155а

ственности (philia), ведь это разновидность доброде-

тели, или, [во всяком случае, нечто] причастное доб-

родетели (met' aretes), а кроме того, это самое не-

обходимое для жизни1. Действительно, никто не выбе- 5

рет жизнь без друзей (philoi), даже в обмен на все

прочие блага. В самом деле, даже у богачей и у тех,

кто имеет должности начальников и власть государя,

чрезвычайно велика потребность в друзьях. Какая же

польза от такого благосостояния (eyeteria), если от-

нята возможность благодетельствовать (eyergesia), а

благодеяние оказывают преимущественно друзьям, и это

особенно похвально? А как сберечь и сохранять [свое 10

благосостояние] без друзей, ибо, чем оно больше, тем

и ненадежней? Да и в бедности и в прочих несчастьях

только друзья кажутся прибежищем. Друзья нужны моло-

дым, чтобы избегать ошибок, и старикам, чтобы ухажи-

вали за ними и при недостатках от немощи помогали им

поступать [хорошо]; а в расцвете лет они нужны для 15

прекрасных поступков "двум совокупно ищущим"2 ибо

вместе люди способнее и к пониманию и к действию.

По-видимому, в родителе дружественность к поро-

жденному заложена от природы, так же как в по-

рожденном - к родителю, причем не только у людей, но

и у птиц, и у большинства животных, и у существ од-

ного происхождения - друг к другу, а особенно у лю- 20

дей, недаром мы хвалим человеколюбивых (philanth-

ropoi). Как близок и дружествен (hos oikeion kai

philon) человеку всякий человек, можно увидеть во

время скитаний3. Дружественность, по-видимому, скре-

пляет и государства4, и законодатели усердней забо-

тится о дружественности, чем о правосудности, ибо

единомыслие - это, кажется, нечто подобное дружест 25

219

венности, к единомыслию же и стремятся больше всего

законодатели и от разногласий (stasis), как от

вражды, охраняют [государство]. И когда [граждане]

дружественны, они не нуждаются в правосудности, в то

время как, будучи правосудными, они все же нуждаются

еще и в дружественности; из правосудных же

[отношений] наиболее правосудное считается дружеским

(philikon).

[Дружба - это] не только нечто необходимое, но

и нечто нравственно прекрасное, мы ведь воздаем хва- 30

лу дружелюбным, а иметь много друзей почитается чем-

то прекрасным. К тому же [некоторые] считают, что

добродетельные мужи и дружественные - это одно и то

же5.

2. О дружбе немало бывает споров. Одни полагают

ее каким-то сходством и похожих людей - друзьями, и

отсюда поговорки: "Рыбак рыбака..." и "Ворон к воро-

ну..." и тому подобные. Другие утверждают противопо- 35

ложное: "Все гончары" - [соперники друг другу]6. Для 1155б

этою же самого подыскивают [объяснения] более высо-

кого порядка и более естественнонаучные, так Еврипид

говорит: "Земля иссохшая вожделеет к дождю, и вели-

чественное небо, полное дождя вожделеет пасть на

землю"; и Гераклит: "Супротивное сходится", и "Из

различий прекраснейшая гармония", и "Все рождается

от раздора"; этому [мнению] среди прочих противосто-

ит и Эмпедоклово, а именно: "Подобное стремится к

подобному"7.

Итак, мы оставим в стороне те затруднительные

вопросы, которые относятся к природоведению

(это ведь не подходит для настоящего исследования),

а все то, что касается человека и затрагивает 10

нравы и страсти, это мы внимательно исследуем,

например: у всех ли бывает дружба, или испорченным

невозможно быть друзьями, а также один ли существует

вид дружбы или больше. Те, кто думают, что один,

по той причине, что дружба допускает большую и

меньшую степень уверились в этом без достаточного

основания, ибо большую и меньшую степень 15

имеет и различное по виду. Об этом и прежде было

сказано8.

(II). Когда мы будем знать, что вызывает друже-

скую приязнь (phileton), вероятно, прояснятся и эти

220

[вопросы]. Ведь считается, что не все вызывает друж-

бу (phileisthai), но только ее собственный предмет

(to phileton), а это благо, или то, что доставляет

удовольствие, или полезное (agathon о hedy е

khresimon). Правда, может показаться, что полезно 20

то, благодаря чему возникает известное благо или

удовольствие, так что предметами дружеской приязни

окажутся лишь благо вообще (tagathon) и удовольствие

- в качестве целей. А в таком случае, к чему питают

дружбу (philoysi): к благу вообще или к благу для

самих себя (to haytois agathon)? Ведь иногда эти ве-

щи не согласуются. Соответственно и с удовольствием.

Принято считать, что всякий питает дружбу к благу

для самого себя, и, хотя благо есть предмет друже-

ской приязни в безотносительном смысле, для каждого

[благом является] благо для него, а дружбу каждый 25

питает не к сущему для него благом, но к кажущемуся.

Разницы тут никакой нет: предметом дружеской приязни

будет то, что кажется [приятным]9.

Есть три [основания], по которым питают друже-

скую приязнь, но о дружеском чувстве (philesis) к

неодушевленным предметам не говорят как о "дружбе",

потому что здесь невозможно ни ответное дружеское

чувство, ни желание блага для другого (наверное,

смешно желать блага вину, но если и [говорим, о та- 30

ком пожелании], то это желание быть ему в сохранно-

сти, чтобы иметь его самому); между тем говорят:

другу надо желать благ вообще ради него самого. Же-

лающих вообще благ именно таким образом называют

расположенными (eynoi), если то же самое желание не

возникает и у другой стороны, потому что при взаим-

ном расположении (eynoia) возникает дружба. Может

быть, уточнить: "при не тайном [расположении]"? Мно- 35

гие ведь бывают расположены к тем, кого не видели, 1156а

полагая, что те добрые люди или полезные [для дру-

гих]; и то же самое может испытать один из таких лю-

дей к данному человеку. Тогда эти люди кажутся рас-

положенными друг к другу, но как назвать их друзья-

ми, если для них тайна, как к ним самим относятся?

Следовательно, [чтобы быть друзьями), нужно иметь

расположение друг к другу и желать друг другу благ

вообще, причем так, чтобы это не оставалось в тайне,

и по какому-то одному из названных выше 5

[оснований]10.

221

3(111). Эти [основания для возникновения друж-

бы] отличны друг от друга по роду, а значит, отлича-

ются и дружеские чувства и сами дружбы.

Существуют, стало быть, три вида дружбы - по

числу предметов дружеской приязни; в каждом случае

имеется ответное дружеское чувство (antiphilesis),

не тайное; а люди, питающие друг к другу дружбу, же-

лают друг другу благ вообще постольку, поскольку пи- 10

тают дружбу. Поэтому, кто питают друг к другу дружбу

за полезность, питают ее не к самим по себе друзьям,

а постольку, поскольку получают друг от друга из-

вестное благо. Так и те, кто питают дружбу за удо-

вольствие; например, они восхищаются остроумными не

как таковыми, а потому, что они доставляют друзьям

удовольствие.

Итак, кто питает дружбу за полезность, те любят

за блага для них самих, и кто за удовольствие - за 15

удовольствие, доставляемое им самим, и не за то, что

собой представляет человек, к которому питают друж-

бу, а за то, что он полезный или доставляет удоволь-

ствие. Таким образом, это дружба постольку посколь-

ку, ибо не тем, что он именно таков, каков есть, вы-