Файл: Pavlov_A_V__Ponomarenko_E_V_Sovremennye_probl.doc

Цивилизация, это – форма представления устойчивой стороны реальной человеческой жизни, сам порядок жизни в мире, способы и средства формирования и воспроизводства устойчивого порядка. Вероятно, квазиобразование доминирует на излете цивилизации: в позднем эллинизме, в средневековом треченто, на закате Просвещения. При этом сохраняется преемственность между образовательными институтами периода расцвета цивилизации, где эти институты выполняют одинаковую функцию условий для формирования действительной личности, не теряющей чувства реальности. Можно в этом плане найти сходство античной школы с классическим средневековым университетом и гуманитарным и техническим университетами XIX – середины XX веков. И можно так же заметить, что в историческом промежутке между ними доминируют мелкотемье и формализм, интеллектуальная игра в худшем смысле слова, за которыми не угадываются ни человек, ни мир.

Образование играет неоднозначную роль. Прежде всего, оно формирует культурные условия для появления личности именно тем, что создает осознанные горизонты культуры, видимую систему предпосылок. Этим оно отличается от воспитания, которое формирует неосознанные предпосылки и выступает, по сути, манипуляцией с благими или с недобрыми намерениями.

Но вместе с этим очевидно, что личность зависит от горизонта культуры и от честности образования перед лицом человека и мира. А оно, конечно же, зависит от культуры общества, будучи всего лишь одним из его институтов, от направления общественного развития. Именно здесь неоднозначность современного российского образования и обнаруживается. Прежде всего, являясь частью общеевропейского образования, пусть и не самой лучшей его частью, оно находит свои истоки в общеевропейском Просвещении, а как институт российского общества, оно происходит от российской государственности.

Специфика самого российского Просвещения состояла в том, что это – контролируемое Просвещение, и образование с первых шагов протекало по инициативе государства, под его контролем и было нацелено на формирование государственного мышления как особой системы ценностей, где предпосылки представляются гораздо более значимыми, чем «Я». Государство побуждает человека идентифицировать себя как человека лишь во вторую очередь, а в первую очереди оно вынуждает личность находить себя как часть Государства, а значит, и ставит ее в зависимость от своей государственной судьбы.

Государство заинтересовано не столько в образовании, сколько в воспитании. Образование дистанцирует человека от предпосылок, создавая условия для внутренней свободы и самостоятельности, для превращения в личность. Воспитание обусловливает человека предпосылками, формируя его как фактически зависимого индивида, мнимую личность, подчиняющую себя служению государственным интересам. Думается, что у нас по сей день образование – часть воспитания, в сравнении с Западной Европой, где – наоборот. Отсюда и разные перспективы двух наших цивилизаций.

Имея общую капиталистическую и просвещенческую природу, обе культуры движутся к одному итогу, к качественному изменению. Однако оно не обязательно должно быть трагедией. Трансформация Западной Европы для нее означает глобализацию в форме диалога с другими культурами с последующей интеграцией с ними, при сохранении личностного ценностно-смыслового ядра своих граждан и возможной трансформации части их в некую культурную элиту будущего. Трансформация России имеет такую же перспективу, но наряду с нею, из-за остающейся чрезмерно высокой роли государства в общественном устройстве и вследствие доминирования политических технологий в ее общественной жизни сохраняется и риск глобализации в форме растворения в других культурах и возможного появления театрализованной культуры-симулякра.

На будущую судьбу Запада активно работают его философия, гуманитарные науки, языки и литература, развиваемые и поддерживаемые в его университетах. На будущую судьбу России активно работает состояние ее философии, языков, литературы и гуманитарных наук в ее системе образования.

Государство, все-таки, продукт внешних и внутренних социальных антагонизмов, чем больше антагонизмов, тем активнее оно воспитывает граждан в великодержавном духе, провоцируя противостояние «своих» с «чужими». Но это возможно лишь до тех пор, пока антагонизм не вошел в стадию конфликта, который его разрешает, доводя до уровня диалога, либо уничтожая одну или обе противоборствующие стороны. Перспектива у государства проста: или разрушительный конфликт, или, все-таки, диалог, ведущий к интеграции культур. Альтернатива, стоящая перед его гражданами, тоже проста: либо их культура сохраняется в интегрированном мире, где будут преобладать не политические, а культурные границы, либо она растворяется в нем.

Чувство реальности для сегодняшнего российского разума означает понимание этих альтернатив, понимание того, что для культуры, желающей сохранить себя, приоритетным поневоле становится гуманитарное образование. И понимание того обстоятельства, что у государство – не человек, и у него нет органа, с помощью которого такие простые вещи можно понимать, а значит, перспектива российской культуры зависит от инстинкта культурного самосохранения и чувства реальности тех людей, кто сегодня занят гуманитарным образованием.

Единственно возможным оптимальным выходом из переживаемой ныне межцивилизационной эпохи становится определение нового культурного самобытия и активный диалог по поводу формирования новой российской рациональности, наследующей наш тип Просвещения, критически его переосмысляющей и создающей себе место в глобализирующемся человечестве.

1 Интуитивное понимание современности вполне соответствует его толкованию, например, в «Словаре русского языка» С.И.Ожегова: «Современность … действительность современной эпохи, то, что происходит, существует сейчас». Эта сиюминутность в значении слова не устраняется даже толкованием в упомянутом словаре слова «Современный – 1. Относящийся к одному времени, к одной эпохе с кем-чем-н. … 2. Относящийся к настоящему времени, теперешний… 3. Стоящий на уровне своего века, не отсталый. …». Современник же в этом словаре – «тот, кто живет в одно время с кем-чем-н. …».

Прим. авторов.

2 См. напр. Философский энциклопедический словарь. – М.: Советская энциклопедия, 1983.

3 Хаос (χάόσ- др. греч.) – зияющее, пропасть, тьма. Мрачное и беспредельное пространство подземного царства, первобытный мрак, предшествующий сотворению мира.

4 См. о телесности, напр., Круткин В.Л. Онтология человеческой телесности (философские очерки). - Ижевск: Изд-во Удм. ун-та, 1993.

5 И. Кант. Ответ на вопрос: что такое просвещение? // Сочинения в 4-х томах на немецком и русском языках. – М: «Ками», 1993.

6 Барт Р. Смерть автора. // Избранные работы: Семиотика: Поэтика. – М.: Прогресс, 1989. – С. 384-391.

7 О.Шпенглер. Закат Европы. – Новосибирск.: Наука, 1993.

8 Н.Я.Данилевский. Россия и Европа. – М.: Книга, 1991.

9 А.Тойнби. Постижение истории. – М.: Прогресс, 1991.

214