Файл: Pavlov_A_V__Ponomarenko_E_V_Sovremennye_probl.doc

Ограничение теории представляет собою тот горизонт познания, какой высвечивается типом субъекта и поставленной целью. Так например, одна и та же ситуация общественной жизни может быть изучена субъектами экономической науки, правоведения, философии, социологии, культурологии, истории, этики, политологии и т.д., и результаты непременно окажутся различными. Различными они будут и тогда, когда в пределах одной научной дисциплины исследования проводятся с позиций разных теоретических подходов: теория цивилизации, теория формации, концепция тотальной истории, концепция диалога и т.д. Поэтому теория ограничивается другими теориями, изучающими тот же предмет, но под углом зрения иной проблематики и иных субъективных целей.

Другая разновидность ограничений заключается в том, что теория описывает свой предмет и решает проблему обобщенно, а действительность, создающая проблемные ситуации, всегда конкретна. Поэтому переход от теории к действительности и к практике представляет собой особую проблему, требующую своих методов. Теоретическое знание, когда его применяют на практике, содержательно изменяется и становится знанием о конкретном предмете. Например, знание о психике вообще нельзя напрямую переносить на психику конкретного человека, его следует переработать и совместить с особенностями конкретной личности. Поэтому научное и философское знание дополняются прикладными исследованиями, а так же личной культурой и опытом, а между теоретической наукой и практикой всегда помещается промежуточная сфера прикладной науки.

Современная ситуация в познании ставит и проблему особого типа, связанную с рефлексией принципиальной недопознанности предмета практики и субъекта исследований (см. рис. 3). Во второй половине XX . утвердились взгляды о роли бессознательного в общественной жизни, о ее стихийности и хаотичности, о невозможности описания ее непознанной сущности в категориях структуры и принципиальной конструктивности признания ее сущностной ризоматичной бесструктурности для человеческого восприятия, о спонтанности ее самоорганизации и т.д.

Накладываясь на усвоенную от французского экзистенциализма предпосылку культуротворческой и проективной роли человеческой индивидуальности, ситуация современности переносит акцент ответственности за человеческую судьбу с общества и государства на каждую отдельную личность. Получается, что человек и живет, и действует в условиях, которые ему никогда не бывают известными до конца, но при этом, он сам несет ответственность за свои поступки.

В этих условиях существенно возрастает роль личной нравственности. Поступок становится возможным не потому, что он детерминирован объективными обстоятельствами, а потому, что он предпочтителен для поступающего индивида из-за его взглядов на смысл поступка. Человек делает то, в чем находит смысл, объективные же условия становятся для него не более чем материалом, из которого он конструирует желательный результат и средой, где результат достигается. Это означает, что смысл оказывается основным интеллектуальным мотивом действия, а его регулятором становятся личные представления о нравственности или безнравственности поступка, или же отсутствие таких представлений.

Поскольку, научное исследование, это – разновидность поступка, то необходимо считаться не только с предметными, проблемными и субъектными его ограничениями, но и с нравственными. В современном познании появляется проблема своего рода «этического агностицизма», суть которого в том, что

Все можно познавать и практически преобразовывать, но по нравственным причинам не все нужно исследовать и изменять.

Так например, возможны исследования и практика в области генетических изменений растений, животных и людей, в области трансплантации органов, клонирования, изучения и эксплуатации скрытых возможностей стволовых клеток, создания искусственного интеллекта, продолжения исследований в области ядерного, биологического, химического вооружения, манипуляций человеческой психикой и массовым сознанием и т.д. Но при этом не решен вопрос нравственного и правового регулирования такой практики и изыскательских работ.

ВЫВОДЫ

3. Научное исследование является умением получать опытное знание и осмыслять его теоретическими средствами в рамках сложившейся научной культуры.

4. Исследование осуществляется одновременно в формах теории и опыта.

5. Социальное и гуманитарное исследование обладает неформализованным, рефлективным, креативным и оценочным характером и имеет моральное значение.

6. В основе познания находится картина мира.

7. Научное исследование требует: постановки проблемы, определения предметной области, применения методологии, использования научного языка, получения теоретических и практических результатов, осознания границ исследования.

8. Проблематика современной социальной и гуманитарной науки предполагает анализ предметности и определение познающего субъекта.

9. Основная проблематика современной социальной и гуманитарной науки связана с зарождением нового типа рациональности и формированием новой предметности, новой методологии и новых конкретных проблем. Она в том, чтобы в новой рациональности сохранить предпосланный монизм Средневековья и Просвещения не путем формулирования догматической аксиоматики и ее предписательного характера, а путем определения границ единого пространства различных взглядов, подходов и логик. Она ставится в плоскости раскрытия ценностей, смыслов и тех значений, какие получает система знаков от познающих субъектов и для них.

10. Предметная область социальной и гуманитарной науки о современности является областью не столько знаков, сколько значений.

11. Современная социальная и гуманитарная наука имеет регионально-культурный характер, и в общечеловеческой культуре, в ее истории выделяет в качестве предметной области такие процессы, какие обусловливают нынешнее состояние изучаемого культурного региона.

12. Метод позволяет представить сущность предметности теоретически, как некоторый невидимый внутренний порядок. Но при этом, каждый отдельный метод представляет сущность односторонне и позволяет субъекту воспринимать не порядок как таковой, а ту его сторону, какая соответствует целям субъекта.

13. В гуманитарных и социальных науках язык, наряду со своими общенаучными характеристиками, обладает и специфическими чертами: образностью, метафоричностью, провокационностью и конструктивной символичностью.

14. В отличие от естествознания, нацеленного на объективную реальность природы, гуманитарные и социальные науки нацелены на культуру. Их практический смысл состоит в творчестве, воспроизводстве, развитии, преобразовании, интерпретации, переосмыслении и переоценке тех или иных ценностей и институтов культуры.

15. О проблема современной науки в том, чтобы в новой рациональности сохранить предпосланный монизм Средневековья и Просвещения не путем формулирования догматической аксиоматики, а путем определения границ единого пространства множества различных взглядов, подходов и логик. А для этого надо ответить на вопросы: Как объединяются эти взгляды в рамках общего пространства, достигая комплементарности? В чем мера комплементарности и каковы пределы, за которыми она становится невозможной?

16. Научное исследование современности ограничено предметной областью, проблематикой, типом и целями субъекта и его нравственными представлениями.

ЛИТЕРАТУРА.

1. А.В.Павлов, А.Г.Еманов, В.Г.Богомяков, М.Г.Чистякова. - Культурология. – Тюмень.: Изд-во тюменского гос. ун-та, 2004.

2. Современный философский словарь. – М.: Академический проект, 2004.

3. Всемирная энциклопедия: Философия XX век. – М.: АСТ, Мн. Харвест, Современный литератор, 2002.

4. Сичивица О.М. Методы и формы научного познания. – М.: Высшая школа, 1972.

5. Репина М.Т. Новая историческая наука и социальная история. М., 1998

6. Розов Н.С. Философия и теория истории. М. 2002.

7. Румянцева М.Ф. Теория истории. – М.: Аспект-пресс, 2002.

8. Медушевская О.М., Румянцева М.Ф. Методология истории. – М., 1997.

9. Точное гуманитарное знание: традиции, проблемы, методы, результаты. – М., 1997.

10. Исторический источник: человек и пространства. – М., 1999.

11. Скалон Н.Р. Понятие природы и картины мира. – Ишим.: Изд-во ИГПИ, 1999.

12. Гуревич А.Я. Категории средневековой культуры. – М.: 1972. 2-е доп. и перераб. изд. М.: Искусство,1984.

13. Степин В. С., Кузнецова Л. Ф. Научная картина мира в культуре техногенной цивилизации. М., 1994.

14. Жижек С. Добро пожаловать в пустыню Реального II: Размышления о Всемирном торговом центре - третья версия. - http://www.lacan.com/reflections.html.

15. Бахтин М.М. Проблема текста в лингвистике, филологии и других гуманитарных науках. Опыт философского анализа. // М.М.Бахтин. Эстетика словесного творчества. – М.: Искусство, 1979.

16. Гадамер Х.-Г. Что есть истина? – Логос. Философско-литературный журнал. Вып. 1. – М.: 1991.

17. Парфенов И.Д. Методология исторической науки. – Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 2001.

18. Фуко М. Слова и вещи: Археология гуманитарных наук. – СПб., 1994.

19. Точное гуманитарное знание: традиции, проблемы, методы, результаты. – М., 1999.

20. Теория метафоры. – М.: «Прогресс», 1990.

21. Библер В.С. К философской логике парадокса. – Вопросы философии, 1988, №1.

22. Ле Гофф Ж. Интеллектуалы в Средние Века. – М.: Аллегро-Просс Долгопрудный, 1997.

23. П.Бурдье. О производстве и воспроизводстве легитимного языка. – Отечественные записки, 2005, № 2.

24. С.Аверинцев. Символика раннего Средневековья. (К постановке вопроса). – Интернет.

25. И.Кант. Пролегомены. – Соч. в 6-и тт. Т.4, ч. 1. – М.: «Мысль», 1965.

26. И Кант. Критика чистого разума. – М.: «Мысль», 1994.

Глава 5. Некоторые методологические проблемы социальной и гуманитарной науки о современности

Проблема предметности и объективности в гуманитарном познании. Проблема истины и достоверности в современном познании. Проблема пространственно-временной определенности предметной области социальных и гуманитарных наук. Специфика социального и гуманитарного прогнозирования.

5.1.Проблема предметности и объективности в гуманитарном познании

Различие между естественной, социальной и гуманитарной науками во многом условно. Скорее можно говорить о разнице между научным и ненаучным взглядами: основой признак научности заключается в методологии, а признак ненаучности - в отсутствии метода. При этом, оба типа взглядов могут распространяться на любую предметность и по-своему оформляться в зависимости от типа предметной области.

Сложившееся различение отраслей наук имеет более социокультурную причину, чем оно обусловлено предметом познания или природой познающего разума. Причина такого различения заключается в том, что оно оформляется и закрепляется научной институцией и организацией науки: университетскими факультетами, научными лабораториями, специализированными издательствами, тематическими журналами, диссертационными советами, учеными степенями, в нашей стране, еще – структурой министерства образования и науки и утвержденной им номенклатурой научных дисциплин. По поводу институции складываются научные сообщества и присущие им взгляды, формируются картины мира.

Приоритет естествознания, появившийся еще в XVIII веке и сохраняющийся по сей день, обусловлен, на мой взгляд, исключительно очевидностью его практических результатов. Естествознание создало бомбу, с которой не поспоришь, и сомневаться в которой опасно. В отличие от гуманитарной науки, которая создает далеко не очевидную культуру. Существующая научная институция и ее влияние на общественную жизнь обусловила, в частности, предложение П.Фейерабенда отделить науку от государства так же, как отделена церковь.

Различие естественной и гуманитарной науки обусловлено разной предметностью в рамках субъект-объектной парадигмы. Естествознание исследует объективную реальность, а гуманитарная наука – субъективную. Что до социальных наук, то они занимают промежуточное положение между естествознанием и гуманитаристикой. Социальная наука сходна с естественной потому, что у нее есть своя объективность общественной стихии, сложившегося социального устройства и исторического прошлого. Но в то же время, общество слагается как интеграл множества частных действий, к которым людей побуждает их личная субъективность. И в этом аспекте социальная наука вполне гуманитарна.

Исторически рефлексия особого статуса гуманитарной науки именно как науки, а не философии, начинается, вероятно, в конце XIX века, с разделения В.Дильтеем, В.Виндельбандом и Г.Зиммелем «наук о природе» и «наук о духе», первоначально по поводу истории, и с постановки ими вопроса о специфической исторической методологии. В. Виндельбанд в конце XIX века предлагает различать два типа методологии: номотетическую и идеографическую. Первый тип характеризует естествознание и предназначен для формирования обобщающих законов и утверждений, второй – гуманитарный – нацелен на констатацию единичных исторических фактов и их описание их уникального содержания. Чуть позднее и на этой основе, Г.Риккерт предлагает свою классификацию: «науки о природе» и «науки о культуре», а так же свое видение метода – «генерализующий» (обобщающий) и «индивидуализирующий» (формирующий такие понятия, в каких нет ничего, кроме индивидуально воспринятого опыта).

В рамках нашего подхода, и зиммелевские науки о духе, и риккертовские науки о культуре являются науками о субъективности как проявлении духовности и объективном основании культуры. Позднее развивающийся индивидуализм, особенно экзистенциализм Ж.-П.Сартра показал, что источником культуры является конкретная живая человеческая экзистенция. С этого момента гуманитарная наука как познание человека получает обоснование. Возможно, Ж.-П.Сартр для европейских культур превратил в явную и очевидную предметность довольно абстрактные размышления Дильтея, Зиммеля и Риккерта, причем сделал это больше своей художественной прозой и драматургией, чем философскими сочинениями. Хотя утверждение, что живой человеческий индивид - творец истории, а общество возникает во взаимодействии таких индивидов является исходным пунктом социально-философской, социологической и экономической теории К.Маркса, а несколько раньше И.Фихте выступил с философией, позволявшей выделять общественную духовность в особую предметную область.

Предметная область гуманитарной науки не обладает такой устойчивостью, как у естествознания и зависит от состояния субъективности и типа рациональности. Меняется рациональность, меняется и представление о гуманитаристике. Сегодняшнее состояние культуры и общественной жизни заставляет заново пересматривать гуманитарную методологию. Причина проблематичности гуманитарного познания заключается в изменении взглядов на то, что такое человек и его мир и в периодическом кризисе человеческой самоидентификации. Только за этой причиной следует специфичность отдельных предметных областей.

Основная проблема социальных и гуманитарных наук, побуждающая их к непрерывному изменению, заключается в следующем: Предмет и результат науки должен быть объективным. Как может быть объективной субъективность, являющаяся предметом гуманитарного познания? Какие объективные результаты может давать наука о субъективности, и чем они подтверждаются?

Можно предполагать, что решения такой проблемы состоят в особой интерпретации объективности.

В науке XIX – первой половины XX века широко распространен взгляд, согласно которому объективность, это – независимость от сознания, подтверждаемая, в конечном счете, ощущениями. Такое понимание вполне правомерно для естественных наук. В гуманитарных же через органы чувств могут быть восприняты только знаки, смысл которых чувственно не воспринимаем. Поэтому, соглашаясь с некоторой ролью ощущений в своем познании, гуманитаристика акцентирует, в первую очередь, объективность в смысле независимости от личного произвола. А такая независимость уже не исключает субъективного характера сознания и зависимости объекта от него.

Отчетливая рефлексия субъекта и объекта и их взаимообусловленность, обозначаемая формулой «нет субъекта без объекта, нет объекта без субъекта» принадлежит классической философии Германии. Там показано, что оба эти представления относятся к сфере сознания. Этот подход позволил трактовать объективность как независимость от данного конкретного сознания. Дальнейший ход рассуждений привел гуманитарное познание к мысли, что всё зависит от того, что именно считать данным, конкретным сознанием. Так, по отношению к личной субъективности общественная ментальность рассматривается как объективная.