Файл: Pavlov_A_V__Ponomarenko_E_V_Sovremennye_probl.doc

Как справедливо пишет Ю.Г.Ершов: «Общественное отношение приобретает юридический характер не потому, что уже имеется разработанная норма права, регулирующая поведение людей в его рамках, но потому, что в самом содержании общественного отношения есть признаки права. Правовые нормы и принципы выступают специфической формой фактических общественных отношений. Они призваны закреплять, освящать и охранять объективно необходимые порядки, в которых всегда присутствует, как определенный масштаб свободы действий человека, возможность выбора целей и средств их достижения, и определенный масштаб ограничения этого выбора» (5. – С.540).

Каждая цивилизация, имея свою рациональность, рассматривает общественную жизнь под своим углом зрения и создает собственный тип правопорядка. Это побуждает пересматривать и изменять правовые идеи, выдвинутые в другие эпохи и в других обществах, по крайней мере, давать им свою интерпретацию.

Любая правовая система и правотворчество адекватны только в рамках своей культурно-исторической эпохи и своего социума. Распространение правопорядка за их пределы требует уже межкультурного и межцивилизационного диалога и совмещения ценностно-нормативных систем.

1.3.3. Право и рациональность.

Право выражает волю субъекта конкретно-исторической общественной жизни к порядку.

Действительный субъект – всегда конкретный человек. Однако в силу социально-исторических условий права субъекта организации и управления интенционально передаются абстрактным субъектам, которыми чаще всего оказываются: лидер (вождь), общество (народ) и его институты, Абсолют. Лучшим примером права лидера служит, вероятно, абсолютная монархия, выражающая волю монарха или диктатура; примером народного права выступает демократия, а абсолютного права – религиозный закон.

Воля характеризует скорее политику, чем право, но, в силу их взаимосвязи, право выступает рациональной системой, публично демонстрирующей политическую волю, делающей ее зримой и доступной для исполнения.

При этом воля индивидов не элиминируется из общественной жизни, но превращается в правосознание и соответствующее поведение. Право оказывается системой норм, посредством которых субъект воли адресует индивидам свои экспектации порядка. Для индивидов же его нормы становятся провокациями, побудительными мотивами и ориентирами, по которым индивиды корректируют собственное поведение как легитимное, так и девиантное.

Общественная жизнь, непрерывный экзистенциальный диалог и его сущностная внерациональность, многообразие ситуаций и неизбежных личностных интуиций, ведет к несовпадению общего права и частного правового поведения. Поведение всегда глубже, емче и содержательнее закона, а общественная жизнь многограннее своей правовой формы.

Право выступает непосредственно регулирующей общественную жизнь стороной рациональности, а не разума, оно имеет в виду всех, а не каждого и обладает как предписывающим, так и ограничивающим поведение характером. Поведение же индивида, будь то глава государства, будь то сотрудник правоохранительных органов или любое частное лицо, никогда полностью с правом не совпадает и выступает источником хаотичности.

Так, например, простая прогулка по улице превращает человека в «участника дорожного движения» даже если он идет по тротуару или по двору, но соответствующий закон не может ни предписать ему, как гулять, ни ограничить его желание съесть по пути конфету. И хотя выброшенный фантик, не попав в урну, превращает человека в правонарушителя, Закон вынужден такие нарушения игнорировать. Ему даже придется не обращать внимания на множество пластиковых стаканчиков, брошенных во время футбольного матча болельщиками себе под ноги. До тех пор, пока это не пустые бутылки, и пока они не летят на поле, да и в этом случае, одну-две бутылки Закон не заметит, если они ни в кого не попали. Но, накапливаясь, эти нарушения способны превратиться в массовые беспорядки, или, оставшись единичными, привести к серьезным последствиям. И тогда «Закон вступает в свои права». Известная поговорка: «Кто сегодня любит джаз, завтра – родину продаст», если убрать из нее советские идеологические коннотации, окажется формулой, выражающей движение от единичного и несерьезного к общему и серьезному. Возможность такого превращения всегда настораживает правовую систему, учитывается ею и вызывает желание всё взять под контроль. Так появляется тенденция к паноптизму (всеподнадзорности), декларированная еще английским юристом и экономистом И.Бентамом (1748 - 1832), и подробно описанная во второй половине XX века французским философом М.Фуко в книге «Надзор и наказание». В том же, что эта тенденция, по мере совершенствования средств контроля, склонна воплотиться в жизнь, сегодня легко убедиться, глядя на антитеррористические меры в США и аналогичные законопроекты в России.

Таким образом, право, это – рациональность, а не разум. Оно является формой упорядочения общественной жизни и способом организации и целенаправленной ориентации ее творческого потенциала.

ВЫВОДЫ

Фундаментальной методологией современных социальных и гуманитарных наук выступают философские идеи.
Объектом социальных и гуманитарных наук является общественная жизнь человека.
Одной из основных проблем современных социальных и гуманитарных наук является поиск оптимального соотношения хаоса и порядка в общественной жизни.
Порядок является одной из форм проявления рациональности.
Содержание общественной жизни и представление о порядке меняется в зависимости от эпохи и цивилизации.
Современность представляет собой новую смену типа рациональности и порядка.
Одной из перспектив изменения типа рациональности выступает его гуманизация и высвобождение внутреннего потенциала личности.

ЛИТЕРАТУРА

Ф.Ницше. Рождение трагедии из духа музыки. // Рождение трагедии, или Эллинство и Пессимизм. – Ф.Ницше. Соч. в 2-х тт. Т.1. – М.: Мысль, 1990. – С. 47-158.
М.Фуко. Порядок дискурса. – М.Фуко. Воля к истине. – М.: Касталь, 1996. –т С. 47-97.
Большой юридический словарь. 3-е изд. / Под. ред. проф. А.Я.Сухарева. – М.: ИНФРА-М, 2007.
Всемирная энциклопедия: философия XX век. – М.: АСТ, Мн.: Харвест, Современный литератор, 2002.
Современный философский словарь. – М.: Академический проект, 2004.
К.Маркс и Ф.Энгельс. Немецкая идеология. – Соч., 2-е изд. Т.3. – М.: Гос. изд-во полит. литер., 1055. – С. 7-544.
А.В.Павлов, А.Г.Еманов, В.Г.Богомяков, М.Г.Чистякова. - Культурология. – Тюмень.: Изд-во тюменского гос. ун-та, 2004.
Теория метафоры. – М.: Прогресс, 1990.
Ж.-Ф.Лиотар. Состояние постмодерна. – М.: «Алетейа», 1998.
В.Фурс. Критическая теория современности (анализ формирования одной социально-философской концепции). – Логос, 2004, № 1 (41).
Ю. Хабермас. Философский дискурс о модерне. — М.: Весь Мир, 2003.
В.Декомб. Современная французская философия. – М.: Весь Мир, 2000.
А.Филиппов. Социология пространства: общий замысел и классическая разработка проблемы. - "Логос" (1991—2005). Избранное. Т. 2. М.: ИД "Территория будущего", 2006.
А.Климов. Пространство и общество. – Логос, 2005, №1 (46).
Ле Гофф Ж. Интеллектуалы в Средние века. – М.: Аллегро-Пресс Долгопрудный, 1997.
Керимов Т.Х. Социального обмена теория. - Современный философский словарь. – М.: Академический проект, 2004

Глава 2. Субъект-объектная парадигма как общий источник постановки проблем в социальных и гуманитарных науках.

Понятие парадигмы. Субъект-объектная социокультурная парадигма. Субъект. Виды новоевропейского субъекта. Признаки субъекта. Объект. Виды объекта. Признаки объекта.

В социальных и гуманитарных науках источником научных проблем является состояние общественной жизни, обусловленный им тип рациональности и оформленные рациональностью способы познания.

Состояние и динамичность общественной жизни выражается в многообразии уникальных ситуаций, в которые непрерывно попадает человек (1. – С.27-29). Накапливаясь и интегрируясь, ситуации вступают в противоречие со сложившейся рациональностью и с методологией, которые перестают справляться со своей ролью и становятся проблематичными.

Таким образом, можно выделить две группы проблем: проблемы действительности и познания. Первая группа представляет собою противоречия самой общественной жизни и новые в ней ситуации, имеющие всеобщее значение. Вторая группа является противоречием между традиционными методами, формами и идеями и принципиально новыми предметами и условиями. Первая группа составляет проблемные ситуации, а вторая – проблемы.

Противоречия и ситуации общественной жизни напрямую, непосредственно наукой не отображаются. Чтобы познавать, наука должна преобразовать и обобщить их многообразие, оформив его как свою проблематику и рациональную предметность. Научное познание нуждается в предварительном построении своей предметной области и в рациональной постановке проблематики.

Уже в этом заключается особая проблема: рациональность отдаляет познание от реальности. Первая проблема любой науки в том, чтобы доказать сам факт существования своего предмета. Естествознание для этой цели использует эксперимент, гуманитарная наука прибегает к рефлексии. Эксперимент позволяет констатировать предмет как чувственный опыт и, после накопления необходимого числа опытов, обобщать и строить теории. Рефлексия позволяет констатировать его как внутренний опыт ученого и строить теории в диалоге с опытами других людей.

Задача этой главы в том, чтобы смоделировать социокультурную парадигму как общую форму гуманитарной предметности и проблематики, присутствующую в реальной культуре общественной жизни, охарактеризовать ее современное состояние и наметить обусловленные ею проблемы социального и гуманитарного познания.

2.1. Субъект-объектная парадигма как онтологическое основание культуры общественной жизни.

2.1.1. Понятие парадигмы

Идею парадигмы предложил Т.Кун. После его ставшей классической монографии «Структура научных революций», под парадигмой чаще всего понимается общепризнанный образец, предписывающий нормативы познания или практики. Распространено следующее ее определение, парадигма, это - «совокупность устойчивых и общезначимых норм, теорий, методов, схем научной деятельности, предполагающая единство в толковании теории, в организации эмпирических исследований и интерпретации научных исследований» (3. – С.512). Сам Т.Кун указывал: «Парадигма – это то, что объединяет членов научного сообщества, и, наоборот, научное сообщество состоит из людей, признающих парадигму» (2. – С.226).

Со времен выхода книги Т.Куна, появилась возможность расширить это понятие, опираясь на представление о том, что любая человеческая деятельность включает в себя момент рационального познания (4). Рациональность опосредует межчеловеческие отношения, а следовательно, способна как разделять, так и объединять людей. Выступая формой, объединяющей человеческое общество, она приобретает качество социокультурной парадигмы.

Такая парадигма образуется в межсубъектном общении и взаимодействии, и обусловливает повседневную систему норм общественной жизни. Сегодня рационально очерченной структурой и формой современности выступает повседневность (13, 14).

В экзистенциальном диалоге в повседневности складывается своеобразная кластерная или полифокальная социология, восходящая к индивидуальному поступку личности (рис. 1). Действуя на основе присущих ему представлений, человек встречается с встречными поступками и представлениями других людей. Необходимость совместного бытия разных индивидов обусловливает интеграцию представлений и их последующую объективность в смысле независимости от личных предпочтений. Объективируясь, представления в итоге совместно формируют парадигму, превращающуюся в абстрактный субъект нормотворчества и организации общественной жизни, в субъект рациональности.

Рис. 1. Парадигма полифокальной социологии

- индивиды

- взгляды, представления, убеждения

- социокультурная парадигма

- Исторические предпосылки, социальные и географические условия.

Под социокультурной парадигмой мы понимаем не просто образец или эталон научного познания и практики, а то, что служит основным принципом нормотворчества, то есть, свойственное культуре общественной жизни и в той или иной степени разделяемое каждым членом общества представление о человеке, мире и их соотношении.

Таким образом, парадигма в нашей работе рассматривается не гносеологически, а онтологически, как реальное основание любой социальной системы.

2.1.2. Субъект-объектная социокультурная парадигма

Какою же парадигмой предпосылаются общезначимые типы человеческого мышления, поведения и общения, порождающие в итоге социальные институты и устойчивые общепризнанные структуры общественной жизни?

В течение всей новоевропейской эпохи человек выступает субъектом, а мир, в котором живет субъект, является для него объективной реальностью, объектом.

Раздвоение действительности на субъект и объект началось еще в первобытные времена, когда человек отделился от природной среды, осознал ее и противопоставил себя предметам своей среды, то есть, стал отчужденным от природы. В течение истории менялись культурные эпохи, в каждую из них люди по-разному выступали в качестве субъекта и объекта, в иные эпохи они даже забывали, что именно они являются действительными субъектами. Однако, разделение на субъект и объект фундаментально для любого рационального познания, для практики и общественной жизни в целом.

Любая человеческая культура опирается на парадигму, обладающую субъект-объектными признаками, однако наиболее явно они господствуют в культурах европейского типа.

Субъект-объектную парадигму глазами не увидишь, она не очевидна, и ее надо строить теоретически. На рис. 2. изображена модель субъект-объектной парадигмы в период ее расцвета (XVIII – первая половина XX века).

Рис.2. Модель субъект-объектной парадигмы европейской культуры Нового времени.

Познание в европейской культуре опирается на представление о том, что действительность, раздвоена на субъект и объект. Познающий человек исходит из того, что есть он как субъект, и есть объект его познания, и что субъект от объекта отличается и ему противостоит. Отличие субъекта от объекта предзадается разумом и устанавливается потому, что человек сам отличает себя от вещей объективного мира, не желая быть таким же, как они.

В литературе существует множество теоретических описаний субъект-объектной парадигмы (см. 6,7). Каждое из них выражает одну из граней этой сложной идеи. Повторимся, в нашей работе говорится не только об общих теоретических представлениях, но и о действительных субъекте и объекте, скрытых за этими представлениями, о фундаментальных характеристиках культуры, присущих всем ее ценностям и выступающих нормативными требованиями, предъявляемыми к человеческому поведению. Их признаки можно обнаружить, сравнивая различные взгляды и находя общее между ними.