Файл: Pavlov_A_V__Ponomarenko_E_V_Sovremennye_probl.doc

Социальная культура характеризует субъективный аспект общественной жизни людей. Это может быть экономическая культура, нравственная, религиозная, научная, политическая, правовая, художественная и т.д. Она организована социокультурной парадигмой, создающей ее внутреннюю ритмичность. Ритмы культуры выступают для людей нормами совместной жизни: экономики (например, нормы торговли), права (законы), политики (нормы государственного управления), морали (нравственные нормы), технологии (нормы производства ценностей), науки (парадигмы и методы познания) и т.д.

Для индивида цивилизация выступает как вся совокупность общезначимых норм его социальной культуры, проявляющаяся в привычках и предпочтениях определенного порядка. В разных культурах она может принимать различный облик. Так в современной России со времен СССР, а может быть, и с более древних времен, преобладает политическая технология, в США – экономическая технология. В нынешней Западной Европе доминирует гуманитарно-правовая технология, закрепленная, в частности, в «правах человека». В исламском мире сегодня господствуют теократические технологии, в Китае по-прежнему на первом месте находятся технологии бытового традиционализма.

Цивилизация образуется в ходе диалога не всех индивидов, но только тех, кто выступает субъектом культуротворчества, т.е. осознавших самих себя и других людей высшими общественными и личными ценностями. В этом диалоге объективируется их разум, он становится внутренней упорядоченностью познающего и оценивающего мышления, общей рациональностью. Цивилизация поэтому выступает системой норм рационального мышления, поведения, коммуникаций и, как следствие, общественных отношений. В этом смысле, цивилизация инвариантна для всех явлений культуры и может рассматриваться как ее закон.

Цивилизация – совокупность объективированных законов культуры и субъективно-обусловленных законов общественной жизни.

Нормы цивилизации существуют в двух основных разновидностях: исторически сложившиеся традиции и вновь создаваемые искусственные нормы, еще не успевшие сформировать своей традиции.

Люди создают предмет, например, обувную фабрику, город или политическую партию. Фабрика побуждает к появлению сопутствующих производств по выделке кожи, по изготовлению деревянных колодок, обувных гвоздей. Жители узнают, что есть такая фабрика, начинают собственные производства и везут свои изделия, а фабрика дает им заказы. Вокруг нее появляются целые кварталы кожевников, кузнецов и пр., у каждого свои производственные секреты и, по прошествии 2-3 столетий, в этих кварталах выделка кожи и ковка гвоздей становится традицией, в которой воспитываются великолепные мастера. А фабрика начинает традиционно славиться своей обувью. Ее покупают по всему свету, у фабрики появляется личная марка лучшего в мире обувщика. Носить ее обувь престижно. Пусть потом будут сотни таких фабрик, но престижна именно эта марка. Пусть другие фабрики делают лучше, но только у этой фабрики престижно покупать из-за традиционности ее марки.

Если построен город на берегу моря, он традиционно может прославиться городом рыбаков. Если создана партия защиты домашних сверчков и озерных лягушек, как бы за столетия ни поменялись ее цели, она традиционно известна любовью к сверчкам и лягушкам.

Цивилизация является единством материальных и интеллектуальных ценностей, норм и институтов, воспроизводящих друг друга как целостную и устойчивую систему.

Общество представляет собой некий надындивидуальный организм, впрочем, берущий начало в индивидах и помимо них невозможный. Поэтому культура и цивилизация в общественной жизни дополняют друг друга, позволяя обществу одновременно и оставаться целостной системой, и непрерывно изменяться.

Цивилизация, неотъемлема от общественной жизни и социальной культуры, это их форма - скелет, придающий им целостность. Общественная жизнь - бурно волнующееся море, химическая реакция, кипящая вода, а цивилизация - берега и дно, законы реакции, физические законы кипения. Цивилизация – причина и форма устойчивости общественного организма, а культура – способ его изменчивости. Думается, что О.Шпенглер, показавший цивилизацию как завершающий этап в развитии культуры, на самом деле подчеркнул противоречие между культурой и цивилизацией, а так же, дисбаланс, характерный для завершающего периода в эволюции общественного организма, когда культура угасает и цивилизация со своими нормами выходит на поверхность. Так иногда происходит в старости, ткани высыхают, и в глаза бросается скелет, обтянутый кожей.

1.2.4. Современность как незавершенный и открытый процесс творчества будущего.

Если эпоха обладает цивилизационной формой, то современность как субъективный взгляд на эпоху и ее нормы представляет собой чрезвычайно динамичный процесс межсубъектных взаимодействий, коммуникаций и ситуаций. В отличие от необходимых законов эпохи, современность носит во многом случайный характер и связана с культурой.

Согласно сегодняшним представлениям (Ю.Хабермас, Ж.-Ф.Лиотар и др.) современность (модерн) и, соответственно, модернизм как взгляд, преодолевающий Просвещение, начинается с признания плюрализма в социокультурном творчестве. Современность нацелена на будущее, как на всегда открытый и незавершенный проект, моделируемый в ходе взаимодействия множества различных, в том числе, и противоположных взглядов.

Ю.Хабермас, выводя свое представление о современности из гегелевской философии, считает, что она характеризуется: 1) индивидуализмом; 2) правом на критику и свободой совести; 3) автономией поведения и независимостью от традиций, 4) идеализмом, неизбежным при творческом конструировании будущего. В его концепции, современность, это – выражение спонтанного и постоянно актуального духа времени, через деятельность отливающегося в рациональных формах осмысления.

Современность, это активная индивидуалистическая позиция, побуждающая человека к непрерывной деятельности по гуманизации его жизненного мира в соответствии с его изменяющимися представлениями о человеческом достоинстве.

Таким образом, «эпоха» и «современность» являются двумя взаимно противоположными и дополняющими друг друга личностными позициями: поступай в соответствии с требованиями общества и поступай в соответствии с собственным здравым смыслом.

Эпоха трактуется как предпосылка, определяющая тип современности и как материал для конструирования людьми собственных жизненных миров, а через них и всего мира общественной культуры. Современность же представляется как переживаемый субъективно исходный пункт творчества эпохи.

1.2.5. Законы природы и законы свободы.

Эпоха и современность являются двумя противоположными и взаимосвязанными способами теоретического описания общественной жизни людей. Каждый из них по-своему правомерен, однако, взятый абстрактно от другого и без учета его требований, каждый становится односторонним. Их корректное соотнесение позволяет их применять в качестве ограничений друг для друга. Только совместно они получают возможность с необходимой для практики точностью характеризовать общественную жизнь как непрерывно изменяющуюся целостность, состоящую из множества быстротекучих и взаимосвязанных явлений и процессов, но, при этом, обладающую относительно устойчивыми признаками.

Унаследованная современной Россией советская культурологическая мысль традиционно рассматривала общественную жизнь как проявление объективной материи и, в конечном счете, абсолютизировала законы природы. Мало от нее отличалась и западная мысль XIX века, склонная объяснять и конструировать социальные процессы на основе господствовавших в эпоху Просвещения идей той же материальной природы, либо на основе идеи Абсолютного Разума, столь же абстрактной и суперреальной, как и материя.

С конца XIX века в науку возвращается понимание природы не только как суперреальной и целостной громады мироздания, но и как целостной, конкретной вещи, как единичного процесса, входящего в состав мира. Тогда появилась возможность трактовать природу как то, что при-рождено вещам и процессам, то есть, а) как внешнюю природу - необходимую совокупность факторов, обусловливающих появление и существование отдельной вещи (процесса) в ее конкретности и б) как внутреннюю природу - собственное качество вещи, обеспечивающее ее данность и самобытность. В первом случае в науке выходит на передний план идея традиции, во втором случае – самобытности.

Сегодняшнее понимание природы позволяет рассматривать общественную жизнь в виде целостности (общество как самодостаточная система) и в виде многообразия (индивиды, составляющие общество). Как следствие изменения представлений о природе, в социальных и гуманитарных взглядах начинает преобладать плюрализм и мультикультурализм, мультипарадигмальный и диалогический подходы, оппонирующие традиционным монизму и монологизму. В правовых и политических концепциях, при этом, возросла роль идеи консенсуса.

Заметим, что изменение представлений о природе не перечеркивает ее традиционное понимание как единого мироздания, но усиливает значение и роль отдельных и конкретных явлений. Это же, в свою очередь, позволяет рассматривать законы природы не как одинаковые правила, которым всё по Вселенной соответствует, а как продукт комплементарности, взаимодополнимости внутренне различных вещей. Целостность мира при этом понимается не как единство и взаимосвязь на базе повсеместной одинаковости, но скорее в смысле соборности многообразия.

Представление об эпохе как супериндивидуальном целом позволяет использовать понятие законов природы в их социальной модификации, трактуя их как законы истории, обусловливающие общественную жизнь.

Представление о современности как непосредственно переживаемом предмете исследований вводит в научный оборот понятие законов свободы, которые рассматриваются двояко:

1. Законы свободы, это – законы истории, не обусловливающие общественную жизнь, но складывающиеся в ее процессе;

2. Законы свободы, это – система норм индивидуальной жизни, ограничивающая произвол индивидов, но предоставляющая для него строго очерченное пространство.

В отличие от законов природы, предписывающих человеку типы поведения (биологические законы жизнедеятельности организма, физические законы тяготения и т.п.), законы свободы не обладают столь диктаторским характером, но указывают, что их нарушение влечет за собой негативные последствия, способные перевесить любой ожидаемый субъектом результат.

1.2.6. Законы права.

Представление о законах природы и свободы позволило придать точный смысл и понятию законов права. Они, как правило, трактуются как юридические акты, принятые высшим представительным органом государственной власти либо непосредственным волеизъявлением населения (3. – С.232) и оказываются законами общественной природы.

Выступая же внешними по отношению к индивидам волевыми регулятивными актами, законы права становятся их законами свободы.

1.3.Право и рациональность.

1.3.1. Хаотичность внерационального.

Эпоха в силу своего всеобъемлющего характера непосредственно воспринимается и осознается как цивилизация: институты, обряды, ритуалы, программы, ясно и отчетливо артикулированные и обращенные к человеку экспектации. В той мере, в какой она доступна исследованию, она видится наукой как общепринятая рациональность.

Современность же не столько рациональна, сколько разумна частным и живым человеческим разумом (7. – С.28-29, 58-60). В отличие от рациональности, разум опирается на интуицию и выступает формой проявления целостного внутреннего мира вовне, способом мышления, преодолевающим многообразие конкретных жизненных ситуаций и решающим экзистенциальную проблематику.

Идея интуиции как необходимой для познания стороны мысли появляется еще в Средние века в борьбе номинализма с реализмом. Уже в ту пору было ясно, что рациональная теория не может средствами логики определить главного – свой собственный предмет в его реальном бытии, а не в понятийном выражении. Реальное бытие предмета констатируется и постигается интуитивно, в том числе, и через органы чувств. И лишь потом, после констатации факта предметности, появляется понятие, и начинаются интеллект и логика. Интуиция понадобилась, чтобы понятия ума имели смысл и не были пустыми (15. – С.33), она ставит вопрос о том, что на самом деле обозначают слова.

После того, как в Новое время утвердилось понимание предмета естественных наук, обязательно воспринимаемого через органы чувств, и позднее, когда социальное познание рационализировало интуицию с помощью понятия рефлексии, она по сей день остается в философии и гуманитаристике. И по-прежнему интуиция выполняет задачу осмысления рациональных теорий.

Но в отличие от естествознания, исследующего всеобщую природу и от социальных наук, изучающих всеобщий социум, гуманитарная наука исследует человека, а люди – разные, различны и ситуации, в которые они попадают. Отсюда и различие между их индивидуальными разумами.

Живой человеческий разум лишь отчасти рационален, большей же частью он внерационален, то есть, интуитивен в том смысле, что обрабатывает уникальный личностный опыт и выступает моментом осознанности в реакции целостного и многогранного человека на ситуацию. Поэтому экзистенциальный диалог в действительности обозначает разумный, но принципиально не рационализируемый до конца полилог множества индивидов.

Благодаря существенной внерациональности диалога, формирующего общественную жизнь, в ней так же образуется огромная внерациональная сфера, которая воспринимается как любым отдельным человеческим разумом, так и общепринятой рациональностью в виде неизбывного хаоса.

Общественная жизнь оказывается всегда хаотичной и ставит перед людьми вечную проблему ее рационального упорядочивания. Одной из форм общественной жизни и одним из способов ее упорядочения выступает право.

1.3.2. Право как воспроизводство и творчество формы общественной жизни людей.

Для человеческого восприятия то, что не имеет формы, не имеет и бытия. Бесформенность хаотична, в ней растворяются вещи, души, общественные институты, всё в ней плавится и превращается в хаос^³. Вместе с этим, хаос еще является и возможностью появления новых форм, творческим потенциалом. Поэтому перед разумом всегда стоит проблема преодоления хаоса и такого его оформления, чтобы он сохранялся в качестве внутреннего ресурса общественной жизни, необходимого для решения новых проблем и выхода из новых ситуаций. В этом заключается проблема оптимального соотношения хаоса и порядка: как найти их меру, позволяющую сохранять порядок, но не ликвидирующую творческий потенциал? Как воспроизводить форму общественной жизни в качестве упорядоченной системы, канализирующей творческую активность и направляющей ее во благо, а нее во вред?

Абсолютный хаос губителен, но абсолютный порядок безжизнен. Поэтому право как одна из форм общественного порядка и способов его поддержания тоже не может быть абсолютным. Оно сохраняет в себе правотворческий потенциал и является конкретным, воспроизводящим типичные, общепринятые правовые формы для типичных ситуаций, но и создающим новые формы, регулирующим новые ситуации. Для этой цели, в частности, используется законотворчество, прецедент, суд присяжных и т.д.