Файл: Pavlov_A_V__Ponomarenko_E_V_Sovremennye_probl.doc

Предпосылки же для ценностно-смыслового ядра выступают культурографическим горизонтом мировосприятия, пространством, охваченным и осмысленным «Я» и пределом этого пространства. В идеале личность сама определяет свой горизонт, так как осознает и подбирает предпосылки, индивид же имеет горизонт как данность и формируется им. То, что для личности – именно предпосылки, то для индивида – непреложные условия. В реальности, конечно, личностные и индивидные качества присущи каждому и можно говорить лишь о том, какие из них доминируют. В плане научной объективности правомерно обнаруживать действительную и мнимую личность, тех, кто владеет собою, и тех, кому это только кажется, но кто, на самом деле, подчинен физиологическим, географическим, историческим или социокультурным компонентам своего горизонта.

В гуманитарных науках складываются разные представления о пространстве и времени, но все они характеризую социокультурную мерность общественной жизни.

Так, например:

Социальное пространство и время в целом представляет собой социальную структуру в ее историческом аспекте, включая совокупность ее внутренних связей и отношений, в которые субъект вступает осмысленно, и которые являются ориентирами, предпосылками, формами и структурами его существования.

Политическое пространство и время – совокупность политических связей и отношений в плане их возникновения и развития.

Правовое пространство: система юридических связей и отношений между субъектами и условиями их существования. Это понятие охватывает все юридические аспекты общественной жизни. Одна из проблем, какая может быть поставлена средствами методологии правового пространства, это проблема легитимности самого закона.

По-своему выражая меру упорядоченности общественной жизни, понятие правового пространства позволяет рассматривать место и роль социального явления по отношению к субъекту порядка, например, по отношению к государству. Поскольку представления о порядке у субъектов различаются, то понятие правового пространства и права в целом нередко напрямую закрепляются за властью и его законотворчеством. Думается, что это – чрезмерно узкий взгляд. Вокруг закона, его творчества и интерпретации всегда идет диалог, временами переходящий в противостояние и борьбу. Это позволяет использовать понятие пространства и времени для определения степени легитимности действующего законодательства в глазах различных субъектов, анализировать с их точек зрения легитимность правового поведения их партнеров, в том числе, и власти.

Конструктивно применять понятие пространства и времени для анализа и соотношения правовых субъектов, для оценки степени легитимности их поведения и для разработки такой системы ограничений законотворчества, какая позволила бы ввести в его поле возможно большее число участников и сделало бы законодательство легитимным для большинства с целью достижения и воспроизводства оптимального порядка.

Взаимное различение и самоопределение субъектов выступает одним из источников правового пространства. И отсюда следует, что использовать это понятие объективистски и безотносительно к его участникам не имеет смысла. Объективистски уместнее применять понятие системы и системный подход.

Пространство и время в социальных и гуманитарных науках представляют собою не просто упорядоченность, но – порядок с точки зрения субъекта, они непременно включают в себя субъекта, выбранного в качестве точки отсчета.

5.4. Специфика гуманитарного прогнозирования.

Как и вся современная наука, гуманитарная тоже обладает прогнозным потенциалом и практической нацеленностью. Однако ее креативный характер существенно изменяет понятие прогнозирования.

Во-первых, ее прогнозы осуществляются через творчество новой предметной области и посредством новых интерпретаций существующих ценностей. Ученый, способный убеждать, умеет, тем самым, и создавать образ того, в чем он убеждает науку. Таковы, по сути, «идеи, овладевшие массами» и разработанные в гуманитарных науках: демократия, коммунизм, состояние постмодерна, индустриальное общество, глобализация, модернизация, вестернизация и т.д. Так, при недобросовестном использовании своего дара и знаний, ученый может создать действенный образ «тайного масонского правительства», «летающих тарелок» или особой злокозненности какой-либо нации или страны. В Средние века, когда специфика гуманитарного познания не была изучена, таким путем был создан миф о бесах, и впрямь, заполонивших пространство европейских культур. Спастись от бесов помогло в ту пору производство святой воды в промышленных масштабах.

Во-вторых, гуманитарные прогнозы нередко служат предостережениями о нежелательном развитии событий. В таком случае, их эффективность заключается в несбыточности. Негативный прогноз хорош тогда, когда прогнозируемое событие не происходит.

Для прогнозов в социальной и гуманитарной области сегодня применяются, например, сценарный подход, анализ альтернатив, экспертная оценка перспективы и т.д.

Гуманитарная наука нацелена не на внешнюю, объективную реальность природы, а на сознание, на социальную и индивидуальную субъективность и на формы ее проявления в культуре. Практическая применимость гуманитарных наук распространяется только на сферу культуры и состоит в целенаправленном и рациональном изменении ценностей общественного сознания, в создании новых институтов и разрушении старых.

Отсюда вытекает и повышенная степень ответственности ученого, работающего в области этих наук. История влияния науки на общественную жизнь показывает, что по мере приближения познания к внутреннему миру человека, скачкообразно возрастает цена ошибки, невежества и абстрагирования от неизученных явлений. В этом смысле, самая безопасная наука, это – физика, в ее экспериментах пострадало не слишком много людей. Что касается средств массового уничтожения или Чернобыля, то это больше относится к политическому применения физических открытий. Ошибка в социологии или в политических расчетах только в нашей стране привела к многомиллионным жертвам в 30-40-е и в 90-е гг. Широкое же распространение психологических технологий сегодня прослеживается в глубоких деформациях массового сознания в целом.

ВЫВОДЫ

Объективность здесь понимается, главным образом, как устойчивость экзистенциального состояния, всесторонность представлений о предмете, нейтральность предмета по отношению к исследователю, его независимость от личных желаний, вкусов и пристрастий.
Объективность познания обосновывается соотнесенностью с традициями, устоявшимися школами, научной картиной мира, общими идеалами познания, устойчивостью, способностью саморазвития в критике, внутринаучным диалогом.
В социальных и гуманитарных науках истина указывает на самобытность субъекта и то место в мире, какое он сам себе определяет. Истина обладает осмысленностью и является диалоговой по происхождению, она проверяется средствами верификации и фальсификации.
Методология пространства и времени предполагает определение точки отсчета, числа измерений, градуировки осей пространственно-временных координат, обозначения параметров и единиц измерения.
В пространственно-временной методологии социальных и гуманитарных наук выделяются: ценностно-смысловое ядро, горизонт, предпосылки, ценностная структура пространства и времени между ядром и предпосылками.
Прогнозирование в современной гуманитарной науке осуществляется посредством творчества новых социокультурных процессов и новой интерпретации сложившейся культуры.

ЛИТЕРАТУРА

Сартр Ж.-П. Экзистенциализм – это гуманизм. // Сумерки богов. – М..: Изд-во полит. Литер., 1989.
Поппер К. Нищета историцизма. – М.: Прогресс, 1993.
Фейерабенд П. Против методологического принуждения. ,, Избранные труды по методологии науки. – М.: Прогресс, 1986.
Делез Ж., Гваттари Ф. Что такое философия? – Москва.: АЛЕТЕИЯ, СПб, 1998.
Лиотар Ж.Ф. Состояние постмодерна. – М.: АЛЕТЕЙЯ, СПб, 1998.
Жижек С. Добро пожаловать в пустыню Реального II: Размышления о Всемирном торговом центре - третья версия. - http://www.lacan.com/reflections.html.
Бадью А. Апостол Павел. Обоснование универсализма. – Интернет.
Бадью А. Зло. – Интернет.
Бадью А. Делез «Шум Бытия». – М.: Логос-Альтера», 2004.
Современный философский словарь. – М.: Академический проект, 2004.
Лакатос И. Фальсификация и методология научно-исследовательских программ. //Т.Кун. Структура научных революций. – М.: АСТ, 2002.
Поппер К. Нормальная наука и опасности, связанные с ней. //Т.Кун. Структура научных революций. – М.: АСТ, 2002.
Кемеров В. Введение в социальную философию. – М.: Академический проект, 2001.
Бурдье П. Социальное пространство и символическая власть. – Интернет.
Хайдеггер М. Бытие и время. – М.: Фолио, 2003.
Бродель Ф. Время мира (лекция 3 из цикла "Динамика капитализма") – Интернет.
Ганопольский М. Региональный этос. Истоки, становление, развитие. – Тюмень, 1998.
Этика. Энциклопедический словарь. – М.: Гардарики, 2001.
Сигалов К.Е. Пространственно-временной континуум права. – Интернет.
Можейко М.А. Переоткрытие времени. // Всемирная энциклопедия: философия XX век. – М.: АСТ, Мн.: Харвест, Современный литератор, 2002.
Бурдье П. Социальное пространство и символическая власть. – Интернет.
Павлов А.В., Еманов А.Г., Богомяков В.Г., Чистякова М.Г. Культурология. – Тюмень.: Изд-во Тюменского гос. Ун-та, 2004.
Августин Аврелий. Исповедь. – М.: Renessance, 1991.
Кант И. Критика чистого разума. – М.: Мысль, 1994.

Глава 7. Современное российское самосознание

Самосознание как источник бытия субъекта. Россия и ее Мир. Ойкуменальность как принцип существования в повседневности. Мессианство европейских культур. Европейское Просвещение. Специфика российского Просвещения. Российская революция. Межцивилизационная эпоха в России. Диалог как межкультурная коммуникация.

7.1. Самосознание как источник бытия субъекта.

Самосознание субъекта характеризует его способность к самоопределению и самоформированию. Любой субъект, будь то человек или общество, существует лишь тогда, когда обладает собственной отличающей его формой. С одной стороны, форму он приобретает, располагаясь во внешних условиях среды и приспосабливаясь к ней. Так например, воздух в воздушном шарике принимает форму, благодаря шарику. Однако в случае с разумным субъектом, источником формы выступает не только объективная среда, но в гораздо большей степени субъект сам придает себе форму, опираясь на свой разум.

Основным источником самоформирования выступает воля к бытию, то, что еще во второй половине XIX века Ф.Ницше назвал «волей к жизни». Она побуждает к тому, что субъект, вступая в отношения со средой жизни, придает своему первоначально спонтанному мышлению ясность и определенность. Его живое разумное мышление, являясь по существу простым осознанием факта существования внешней предметности и своего отличия от нее, удивлением, любопытством и воображением скрытой от осознания стороны вещей, становится методологически мыслящим и познающим разумом.

Разум появляется в синтезе внерациональности и рациональности. Если разум дает человеку личный экзистенциальный опыт, то рациональность дает опыт отрефлектированный, объективированный и коллективный. Рациональность становится субъективной формой частного разума, которую субъект создает в себе путем образования и, в первую очередь, самообразования. У каждого человека рациональность своя, учитывающая его природные задатки, его личные предпочтения и особенности условий жизни, но в любом случае, все частные формы рациональности являются продуктами межчеловеческого сосуществования, со-бытия и экзистенциального диалога.

Становясь методологическим мышлением, разум превращает простую активность в рационально определенную деятельность, организует чувства, эмоции и наполняет весь внутренний мир субъекта смыслами и значениями. Субъект получает возможность рассматривать мир ценностно.

Этот аспект, в котором сознание обладает способностью и возможностью само себя создавать и воспроизводить обозначается термином самосознание. Оно придает человеческой жизни характер лично определенного самобытия. Оно заставляет человека устанавливать границы самобытия, обозначая свое место под солнцем, проводить различие между собой и всеми другими субъектами и прокладывать четко оформленные каналы коммуникации. Создавая себе место каждый из нас наполняет его своим личностным смыслом. Собственно говоря, место и есть то, что мы называем своей личностью, нами самими созданной формой жизни среди других. При внешнем же восприятии, место характеризуется как тело, объективированная личность.

Тело же является не только биологической плотью, но и всей совокупностью символов, с помощью которых мы различаем друг друга и отличаем самих себя. Оно характеризуется в понятиях игры, моды, провоцирующей оригинальности, духовной искренности. Собственно говоря, в отличие от философии, наука занимается именно телесностью^⁴, и измеряет ее в параметрах пола, возраста, профессии, национальности, гражданства, образования, легитимности ее поступков и т.д.

Самосознание выступает основой самоидентификации субъекта и его самобытия, позволяет говорить о нем как о «Я» и «Другом», анализировать коммуникации, их диалогический или монологический характер и т.д.

Обладая самосознанием, субъект, прежде всего, понимает, кто он таков и каково его место под солнцем. Он знает свои пределы, жизненные задачи и границы, в которых он эти задачи решает. Он видит, чем он отличается от других субъектов, свои достоинства, недостатки и способен формировать свои жизненные планы (3. – 696-697).

Понятие самосознания может применяться к любому субъекту, как к индивидуальному, так и к коллективному, вплоть до общества в целом. В первом случае, оно пересекается с понятием мировоззрения, а в последнем случае - с понятием ментальности как ценностно-смысловом содержании культуры. Личное самосознание является источником и оправданием поступка, социальное самосознание служит источником осмысленного, и в пределе - целенаправленного саморазвития общества.

Субъектом современного гуманитарного познания, осуществляющегося в России, является российское самосознание, оно побуждает наши науки рассматривать и интерпретировать свою предметность под углом зрения нашего самобытия. Их контуры и необходимо очертить в этой главе. А для этого придется воспользоваться рассмотренной выше пространственно-временной методологией. Вопрос о самосознании неотрывен от вопроса о самобытии и самоидентификации, он позволяет поставить проблему возможности самосохранения российской культуры в условиях глобализации и ее гармоничной интеграции с другими мировыми культурами.

7.2.Россия и ее Мир

В соответствии с принятой методологией, абстрагируемся от истории, понятой как процесс эволюции и последовательность стадий развития. Прошлое в контексте этой главы представлено односторонне, в нем выбраны только те тенденции, какие привели к современности и вошли в ее структуру. Таким образом, история здесь – момент современности, характеризующий ее внутреннюю необходимость. Проще говоря, здесь задается вопрос: почему мы такие, какие есть и мыслим так, как мыслим.

Эта тема напрямую соприкасается с так называемой «национальной идеей», с «судьбой нации» и строго говоря, она была актуальна для России в конце XIX века, когда характеризовалась тремя основными понятиями: «Просвещение», «Миссия» и «Революция». Однако иногда бывает полезно вернуться к старым темам и посмотреть на них с новых позиций. Если взглянуть на нее с точки зрения современности, то эта тема позволяет определить перспективу эволюции культуры, обнаружить скрытые в ней проекты дальнейшего развития, и если не раскрыть какие-либо объективные законы, то, по крайней мере, критически отнестись к этим проектам, указать на те из них, какие наиболее оптимальны для самосохранения и самоутверждения культуры в глобальном мире. На таком пути можно искать точки соприкосновения и расхождения разных культур.