Файл: Гегель.doc

10 Гегель, т. III

ФИЛОСОФИЯ ДУХА

СУБЪЕКТИВНЫЙ ДУХ

как только содержание влечений и склонностей, постольку воля

действительна только как субъективная и случайная. В качестве

противоречия, осуществляющегося в обособленности, которая яв-

ляется для воли ничтожной, хотя она находит в ней удовле-

творение, от которого она вместе с тем освобождается, воля

есть вначале процесс рассеяния и снятия некоторой склон-

ности или наслаждения какой-нибудь другой склонностью, а равно

и ее удовлетворения, также уже не являющегося таковым; и

так до бесконечности. Но истиной особенных удовлетворений

является всеобщее удовлетворение, которое мыслящая воля в ка-

честве счастья ставит своей целью.

ч) СЧАСТЬЕ

§ 479

В этом, силой рефлектирующего мышления порожденном пред-

ставлении всеобщего удовлетворения влечения, соответственно

их особенности, положены отрицательно и частью должны быть

приносимы в жертву одно другому в интересах упомянутой цели,

частью же прямо ради этой цели - полностью или отчасти. Их

взаимное ограничение, с одной стороны, есть смешение количе-

ственного и качественного определения. С другой же стороны,

поскольку счастье имеет утвердительное содержание исключитель-

но во влечениях, в них как раз и заключается решение; субъектив-

ное же чувство и прихоть являются решающим моментом в вопросе

о том, в чем следует полагать счастье.

§ 480

Счастье есть только представленная, абстрактная всеобщность

содержания, которая только еще должна быть. Истина же осо-

бенной определенности, которая в такой же мере есть, в какой

она снята, а также абстрактной единичности, произвола, ка-

ковая единичность в такой же мере ставит себе целью счастье,

в какой она его не ставит, является всеобщей определенностью

воли в ней самой, т. е. самоопределением ее самой, свободой.

Произвол есть, таким образом, воля лишь в качестве чистой субъек-

тивности, которая потому является одновременно и чистой и кон-

кретной, что своим содержанием и целью она имеет только упо-

мянутую бесконечную определенность, самое свободу. В этой

истине своего самоопределения, в которой понятие и предмет

тождественны, воля есть действительно свободная воля.

с.

СВОБОДНЫЙ ДУХ

§ 481

Действительная свободная воля есть единство теоретического

и практического духа; свободная воля, которая сама для себя

существует в качестве свободной воли, поскольку формализм, -

случайность и ограниченность до сих пор рассмотренного прак-

тического содержания, - снял сам себя. Вследствие снятия опо-

средствования, которое заключалось в этом формализме, воля есть

посредством самой себя положенная непосредственная единич-

ность, равным образом очищенная, однако, до степени всеобщего

определения, до самой свободы. Этим всеобщим определением воля

обладает в качестве своего предмета и цели, лишь поскольку она

себя мыслит, знает это свое понятие, представляет собой волю

как свободную интеллигенцию.

§ 482

Дух, который знает себя в качестве свободного и желает себя,

как этот свой предмет, т. е. имеет свою сущность своим определе-

нием и целью, - этот дух есть прежде всего разумная воля во-

обще, или в себе, идея и потому только понятие абсолютного духа.

В качестве абстрактной идеи она, в свою очередь, существует

только в непосредственной воле, она есть поэтому сторона на-

личного, бытия разума, единичная воля как знание того своего

определения, которое составляет ее содержание и цель и коего

только формальной деятельностью она является. Идея прояв-

ляется таким образом только в воле, которая есть конечная воля,

но представляет собой деятельность, состоящую в том, чтобы эту

идею развить и полагать ее саморазвивающееся содержание как

существование, каковое в качестве наличного бытия идеи есть

действительность - объективный дух.

* Ни об одной идее нельзя с таким полным правом сказать, что

она неопределенна, многозначна, доступна величайшим недоразу-

мениям и потому действительно им подвержена, как об идее сво-

боды, и ни об одной не говорят обычно с такой малой степенью

понимания ее. Поскольку свободный дух есть действительный дух,

постольку связанные с ним недоразумения имеют громадные прак-

тические последствия, ибо с того момента, когда индивидуумы

и народы ввели в круг своего представления абстрактное понятие

для-себя-сущей свободы, ничто другое не имеет такой непрео-

долимой силы именно потому, что свобода есть подлинная сущность

10*

ФИЛОСОФИЯ ДУХА

духа, и притом как его действительность. Целые части света,

Африка и Восток, не имели этой идеи и не имеют ее до сих пор;

греки и римляне, Платон и Аристотель, а также стоики, тоже не

имели ее; они, напротив, знали, что человек действительно сво-

боден по своему рождению (в качестве афинского, спартанского

и т. д. гражданина) или вследствие силы своего характера, бла-

годаря образованию, философии (мудрец свободен будучи рабом

II в цепях). Эта идея пришла в мир благодаря христианству,

согласно которому индивидуум как таковой имеет бесконечную

ценность, поскольку он является предметом и целью любви бога

и тем самым предназначен к тому, чтобы установить к богу как

к духу свое абсолютное отношение, дать этому духу поселиться

в себе, другими словами, что человек в себе предназначен для

высшей свободы. Если в религии как таковой человек знает

отношение к абсолютному духу как свою сущность, то в дальней-

шем он имеет дело с непосредственным присутствием божествен-

ного духа также и в качестве такого, который входит в сферу

мирского существования^ - в качестве субстанции государства,

семьи и т. д. Эти отношения под влиянием упомянутого духа в такой

же мере развиваются и оформляются в соответствии с ним, в какой

единичному существу становится присущим нравственный образ

мыслей вследствие присутствия в нем этого духа, и индивидуум

тогда в сфере своего особого существования, непосредственного

ощущения и воления действительно свободен.

Если знание об идее, т. е. знание людей о том, что их сущ-

ность, цель и предмет есть свобода, является спекулятивным, то

сама эта идея как таковая есть действительность людей, не та, кото-

рую они, в силу этого, имеют) но та, каковой они суть. Христианство

достигло, например, в лице своих последователей того, что не быть

рабами стало для них действительностью. Если бы они были сде-

ланы рабами, если бы решение вопроса об их собственности было

предоставлено прихоти, а не законам и судам, то они сочли бы,

что субстанция их наличного бытия потерпела ущерб. Это воле-

ние свободы не есть уже более влечение, требующее своего удов-

летворения, но характер, - духовное сознание, ставшее бытием,

чуждым всяких влечений. - Однако свобода эта, которая заклю-

чает в себе содержание и цель свободы, сама прежде всего есть

только понятие, принцип духа и сердца, и сама определяет себя

k развитию до степени предметности, до степени правовой, нрав-

ственной и религиозной, а также и научной действительности.

ВТОРОЙ ОТДЕЛ

ФИЛОСОФИИ ДУХА

ОБЪЕКТИВНЫЙ ДУХ

§ 483

Объективный дух есть абсолютная идея, но сущая лишь в себе;

поскольку он тем самым "стоит> на почве конечности, постольку

его действительная разумность сохраняет в себе сторону внешнего

проявления. Свободная воля первоначально имеет различия не-

посредственно в себе, так что свобода является ее внутренним

определением и целью и относится к внетней, уже найденной в ка-

честве данной, объективности; а эта последняя расщепляется на

антропологическую сторону частных потребностей, т. е. на внеш-

ние вещи природы, существующие для сознания, и на отношение

одних единичных воль к другим единичным волям, являющимся

самосознанием свободы в качестве различных и частных воль, -

эта сторона образует внешний материал для наличного бытия

воли.

§ 484

Однако целевая деятельность этой воли состоит в том, чтобы

реализовать свое понятие, свободу во внешне объективной стороне

действительности так, чтобы свобода существовала как определен-

ный этой волею мир и воля в нем была бы при себе и с самой собой

сомкнута, и тем самым понятие было бы завершено до идеи. Сво-

бода, приобретшая форму действительности некоторого мира,

получает форму необходимости, субстанциальная связь которой

есть система определений свободы, а ее проявляющаяся связь

в качестве мощи есть факт признания, т. е. ее значимость для со-

знания.

§ 485

Это единство разумной воли с единичной волей, являющейся

непосредственной и своеобразной стихией проявления деятель-

ФИЛОСОФИЯ ДУХА

ОБЪЕКТИВНЫЙ ДУХ

ности первой, составляет простую действительность свободы.

Так как свобода и ее содержание принадлежит мышлению и есть

нечто всеобщее в себе, то это содержание имеет свою подлинную

определенность только в форме всеобщности. Содержание, по-

ложенное для сознания интеллигенции в этой форме, с определе-

нием его как действующей мощи, есть закон; освобожденное от

нечистоты и случайности, которыми оно обладает как в практи-

ческом чувстве, так и во влечении, и равным образом не проявляясь

уже более в их форме, но в своей всеобщности усвоенное субъек-

тивной волей в качестве ее привычки, образа мыслей и характера,-

это содержание существует как нравственное (81ие).

§ 486

Эта реальность вообще как наличное бытие свободной воли

есть право, которое следует понимать не только как ограниченное

юридическое право, но как право, которое обнимает наличное

бытие всех определений свободы. Эти определения в отношении

к субъективной воле, в которой они должны и единственно только

и могут иметь свое наличное бытие в качестве всеобщих, суть ее

обязанности, в качестве же привычки и образа мыслей этой субъек-

тивной воли они составляют нравы. То самое, что есть право,

есть также и обязанность, а что есть обязанность, то есть и

право. Ибо всякое наличное бытие есть право только на основе

свободной субстанциальной воли; это и есть то самое содержание,

которое в его отношении к воле, различающей себя в качестве

субъективной и единичной, есть обязанность. Постольку конеч-

ность объективной воли есть видимость различия прав и обя-

занностей.

* В сфере явлений право и обязанность коррелативны прежде

всего в том смысле, что некоторому праву с моей стороны соот-

ветствует в другом некоторая обязанность. Но, соответственно

понятию, мое право на известную вещь есть не только владение,

но в качестве владения известного лица оно есть собственность,

правовое владение; и владеть вещами как собственностью, т. е.

быть лицом, есть обязанность. То, что полагается в отношении

явления, в отношении к другому лицу, - развивается до обязан-

ности другого уважать мое право. Вообще моральная обязанность

во мне как в свободном субъекте есть в то же время право моей

субъективной воли, моего образа мыслей. Но в сфере морали раз-

личие только внутреннего определения воли (образ мыслей, наме-

рение), имеющее свое наличное бытие только во мне и являющееся

только субъективной обязанностью, выступает против осущест-

вления намерения в действительности, вместе с чем обнаружи-

вается случайность и неполнота, составляющие односторонность

исключительно моральной точки зрения. В сфере нравственного

то и другое достигло своей истины, своего абсолютного единства,

хотя с такой же необходимостью обязанность и право, через опо'

средствование, переходят друг в друга и сливаются между собой.

Права отца семейства над его членами суть в такой же мере обязан-

ности в отношении к ним, как и обязанность послушания детей

есть их право стать благодаря воспитанию свободными людьми. Ка-

рательное правосудие правительства, его права на управление и

т. д. суть в то же время его обязанность наказывать, управлять

и т. д., равно как и то, что граждане данного государства испол-