Файл: Гегель.doc

вечное, хотя и остается только во внешнем отношении к нему.

§ 569

y) В моменте единичности как таковой, - именно в моменте

субъективности и даже самого понятия, поскольку оно рассма-

тривается в смысле возвращающейся к своему тождественному

основанию противоположности всеобщности и особенности, -

раскрывается: 1) в качестве предпосылки всеобщая субстанция,

воплотившаяся, исходя из своей абстракции, в единичное

самосознание, каковое самосознание как непосредственно тожде-

ственное с сущностью переносит упомянутого сына вечной сферы

в область временного, снимая в нем зло, как оно есть в себе. Далее,

однако, это непосредственное и тем самым чувственное существо-

вание абсолютно конкретного полагает себя в суждение и отми-

рает в страдании отрицательности, в которой оно в качестве

бесконечной субъективности становится тождественным с самим

собой и тем самым в качестве абсолютного возврата из отри-

цательности и всеобщего единства всеобщей и единичной сущ-

ности превратилось в нечто существующее для себя - в идею

вечного, но живого и в мире непосредственно присутствующего

духа.

ФИЛОСОФИЯ ДУХА

АБСОЛЮТНЫЙ ДУХ

§ 570

2) Эта объективная целокупность есть в-себе-сущая пред-

посылка для конечной непосредственности единичного субъекта.

По отношению к последнему эта целокупность сначала есть по-

этому иное и данное в созерцании, но при этом созерцается в-себе-

сущая истина; в силу такого свидетельства духа в этом ином, оно,

вследствие своей непосредственной природы, определяет себя

сначала как нечто ничтожное и злое. Далее, по образцу своей

истины, посредством веры в единство всеобщей и единичной

сущности, осуществленное в нем в себе, это иное является также

движением, в котором оно стремится к отчуждению от своей непо-

средственной природной определенности и от своей собственной

воли и к слиянию в страдании отрицательности с тем образцом

и его в-себе-бытием и, таким образом, к познанию себя в един-

стве с первым существом. Таким образом 3) через это опосредст-

вование первосущество проявляет себя как имманентное

самосознанию и представляет собой действительную наличность

в-себе-и-для-себя-сущего духа как всеобщего.

§ 571

Эти три умозаключения, составляющие одно умозаключение

абсолютного опосредствования духа с самим собой, являются

его откровением, раскрывающим его жизнь в круговороте кон-

кретных образов представления. Из расхождения между собою,

а также из временного и внешнего следования друг за другом

образов развитие опосредствования концентрируется в своем

результате, в смыкании духа с самим собой не только до стадии

простоты веры и благоговения чувств, но и до высоты мышления,

в имманентной простоте которого развертывание равным обра-

зом находит свое распространение, но уже опознанное как не-

расторжимая связь всеобщего, простого и вечного духа внутри

себя самого. В этой форме истины истина является предметом

философии.

*Если полученный результат, для-себя-сущиц дух, в котором

сняло само себя всякое опосредствование, берется только в фор-

мальном, бессодержательном смысле, так что дух не опознается

одновременно и как в-себе-сущии и как объективно саморазви-

вающийся, то упомянутая выше бесконечная субъективность

является лишь формальным самосознанием, знающим себя внутри

себя в качестве абсолютного - иронией. Ирония умеет сделать

ничтожным и суетным всякое объективное внутреннее содержа-

ние и, тем самым, сама оказывается бессодержательностью и

суетностью, которая сама из себя придает себе для своего же

определения случайное и -произвольно взятое содержание, при-

чем в то же время она господствует над ним, не связана им и,

заверяя, будто она стоит на высшей ступени религии и филосо-

фии, на самом деле впадает в пустой произвол. И лишь поскольку

чистая бесконечная форма, при-себе-сущее самообнаружение,

сбрасывает односторонность субъективного, в которой она пред-

ставляет собой суетность мышления, - лишь постольку она есть

свободное мышление, которое имеет свое бесконечное определе-

ние в то же время в. качестве абсолютного, в-себе-и-для-себя-

сущего содержания, владея им как объектом, в коем оно в такой

же мере остается свободным. В этом смысле мышление само есть

только формальный момент абсолютного содержания.

С.

ФИЛОСОФИЯ

§ 572

Эта наука постольку представляет собою единство искусства

и религии, поскольку внешний по своей форме способ созерца-

ния искусства, присущая ему 'деятельность субъективного сози-

дания и расщепления его субстанциального содержания на мно-

жество самостоятельных оформлений, становится в целокупности

религией. В религии в представлении развертывается расхожде-

ние и опосредствование раскрытого содержания и самостоятель-

ные оформления не только скрепляются вместе в некоторое целое,

но и объединяются в простое духовное созерцание и, наконец,

возвышаются до мышления, обладающего самосознанием. Это

знание есть тем самым познанное посредством мышления понятие

искусства и религии, в котором все то, что различно по содержа-

нию, познано как необходимое, а это необходимое познано как

свободное.

§ 573

Соответственно этому философия определяется как познание

необходимости содержания абсолютного представления, а также

необходимости обеих его форм, - с одной стороны, непосред-

ственного созерцания и его поэзии, как равным образом и объек-

тивного и внешнего откровения, которое предполагается предста-

влением, - а с другой стороны, прежде всего субъективного вхо-

ждения в себя, затем также субъективного движения вовне и

отождесатвления веры с предположением. Это познавание является,

таким образом, признанием этого содержания и его формы и осво-

ФИЛОСОФИЯ ДУХА

АБСОЛЮТНЫЙ ДУХ

вождением от односторонности форм, возвышением их до абсолют-

ной формы, самое себя определяющей как содержание, остаю-

щейся с ним тождественной и в этом тождестве представляющей

собой познавание упомянутой в себё-и-для-себя-сущей необхо-

димости. Это движение, которое и есть философия, оказывается

уже осуществленным, когда оло, в заключении, постигает свое

собственное понятие, т. е. оглядывается назад только на свое же

знание.

* Здесь казалось бы уместным рассмотреть в специальном

исследовании отношение философии к религии. Единственное,

что здесь представляется важным, это отличие форм спекулятив-

ного мышления от форм представления и рефлектирующего рас-

судка. Но весь ход развития философии и особенно логики дал

нам возможность не только познать это различие, но и его обсу-

дить или, точнее говоря, развить и заставить природу этого раз-

личия раскрываться по ступеням этих именно категорий. Только

на основе этого познания форм можно приобрести подлинное убе-

ждение, о котором идет здесь речь, - а именно, что содержание

философии и религии одно и то же, если не касаться того даль-

нейшего содержания внешней природы и конечного духа, которое

не входит уже в сферу религии. Религия, однако, есть истина для

всех людей, вера, покоящаяся на свидетельстве духа, который

в качестве творческого начала является в человеке его духом.

Это свидетельство, в себе субстанциальное, облекается, по-

скольку оно побуждается к самораскрытию, прежде всего в ту

форму образования, которая вообще является формой его мирского

сознания и рассудка; вследствие этого истина впадает в опреде-

ления и отношения конечности вообще. Это не мешает тому, чтобы

дух свое содержание, которое в качестве религиозного, по суще-

ству, спекулятивно, прочно удерживал бы, даже при употребле-

нии чувственных представлений и конечных категорий мышле-

ния, как нечто им противоположное, применил бы к ним насилие

и был бы по отношению к ним непоследовательным. Вследствие

этой непоследовательности он исправляет их недостаточность;

для рассудка поэтому нет ничего легче, чем показать противоре-

чия в выражении предмета веры и таким образом подготовить

триумф для своего принципа, т. е. для формального тождества.

Если дух уступает этой конечной рефлексии, назвавшей себя

разумом и философией (- рационализм), то он делает религиоз-

ное содержание конечным и фактически его уничтожает. Религия

имеет тогда полное право оградить себя от такого разума и такой

философии и объявить себя им враждебной. Другое дело, однако,

если она восстает против понимающего разума и против фило-

софии вообще и в особенности против такой, содержание

которой спекулятивно и тем самым религиозно. Такое

противопоставление основывается на недооценке природы ука-

занного различия и ценности духовных форм вообще, в особен-

ности же форм мышления, а еще более на недостатке проникнове-

ния в различие содержания от упомянутых форм, которое и в тех

и в других может быть одним и тем же. Как раз соображения о фор-

ме были тем основанием, в силу которого философии делались

со стороны религии упреки и выдвигались обвинения, и, наоборот,

за свое спекулятивное содержание она подвергалась тому же са-

мому со стороны так называемой философии, равно как и со сто-

роны бессодержательной набожности; для первой философия

имела в себе слитком мало бога, для второй - слишком

много.

Обвинение в атеизме, которое прежде так часто предъяв-

лялось философии, - именно, что она слишком мало содержит

бога, стало редким, но тем распространеннее стало обвинение

ее в пантеизме, - именно, что она содержит в себе слишком много

бога; и это до такой степени, что это утверждение получает уже

значение не столько обвинения, сколько чего-то доказанного

или даже не требующего никакого доказательства, - значение

голого факта. В особенности набожность, считающая, что от нее

при ее благочестивом превосходстве вообще не требуется ника-

кого доказательства, в полном согласии с пустой рассудочной

философией (которой она себя так резко противопоставляет, хотя

в действительности полностью покоится на этой степени образо-

вания) полагается на простое заверение, как бы на простое упо-

минание уже известного факта, что философия представляет собой

учение о всеедином, или пантеизм. Нужно сказать, что набож-

ности и теологии приносило больше чести то, что они обвиняли

какую-нибудь философскую систему, например спинозизм, в ате-

изме, чем в пантеизме, хотя обвинение в атеизме на первый взгляд

и выглядит жестче и недоброжелательнее (ср. § 71, прим.). Обви-

нение в атеизме все же предполагает определенное представление

о боге, полном содержания, и возникает вследствие того, что пред-

ставление не находит в философских понятиях тех своеобразных