Файл: Ориген.doc

XV. "Ученики Иисуса, - продолжает Цельс, - в таком очевидном деле не

имели возможности прикрыться чем-нибудь, а потому и надумали сказать, что

Он все это предвидел." Но он не обратил или не хотел обратить внимания на ту

искренность этих писателей, с какой они не скрывают даже того, что Иисус

предрек своим ученикам:

Все вы соблазнитесь о Мне в эту ночь , и что это предсказание действительно

исполнилось, когда они пришли в смущение; что Он пророчествовал также и

Петру: прежде нежедя пропоет петуи, тряжды отречешься от Мевя , и что

Петр действительно трижды отрекся. Если бы они не были любителями истины,

а - как полагает Цельс - записали ложь, то тогда не могли бы они записать

того, как отрекся Петр или как пришли в смущение ученики Иисуса. Если это и

на самом деле было, то кто же мог доказать,

т. е- предвидению Иисуса.

2 Родом из Тралд, автор (времен Адриана) нескольких сочинений, из

которых известны: 1) ' саи[пг|.Д6е5, 2) Пер! вчи^ааСшг, 3> Пер1

МакрорСыг.

3 Мф. 26, 31; Мк. 14, 27.

4 Мф. 26, 34; Мк, 14. 30; Лк. 22, 34: Иоан. 14, 38.

124

ото это действительно так и случилось ? Не естественно ди было замолчать об

этом людям, которые имели намерение научить приходящих к Евангелию с

презрением относится к смерти из-за приверженности к христианству. Но они

знали, что сила учения должна одержать победу над людьми, поэтому они и

рассказали об этих событиях, в том убеждении, может быть, что они не принесут

вреда читателям (Евангелий) и не подадут повода к отрицанию.

XVI. Уже совершенно наивно утверждает Цельс, что, "ученики, будто бы,

записали такие (события) только затем, чтобы оправдать Иисуса в том, что

говорит не в Его пользу. В этом случае они, по его мнению, поступили подобно

человеку, который считает праведником нечестивца по его же собственному

изображению, считает святым того, кого он же представляет убийцей, считает

бессмертным того, кого он изобразил уже мертвым, - и при всем этом не

забывает добавить, что все это он же и предсказал". Непригодность его

сравнения в данном случае ясна сама по себе. Ничего нет странного в том, что

(Иисус), желая в Своем лице дать пример людям, как нужно жить, в то же

время показал им, как нужно умирать за веру. Да кроме того. Его собственная

смерть за людей была спасительной для каждого из них, как об этом мы уже

трактовали в предшествующей книге. Потом Цельс думает, что самое

исповедание страдания, собственно, подтверждает (его) обличение, а не

разрушает. Но, конечно, (Цельс) не ведает, сколько глубоких мыслей об этом

(страдании) находится у Павла, сколько о нем было говорено пророками. Ему

неизвестно также, что только кто-то из придерживающихся еретического образа

мыслей говорил, что страдания Иисуса были призрачными и в них не было

ничего действительного . Ведь если бы Цельс знал все это, то он и не сказал бы

следующих слов: "вы, конечно, не должны говорить того, что Он только

нечестивым людям казался переносящим все эти страдания, на самом деле Он и

не страдал; нет вы уж прямо сознайтесь, что Он страдал." Но мыто именно и

далеки от того, чтобы признавать страдания (Иисуса) призрачными; в

противном случае нужно было бы признать обманом и Его Воскресение, между

тем как оно было истинным. Ведь кто воистину умер и воскрес,

Мысль что, при отсутствии посторонних свидетелей, ученики Прекрасно

могли скрыть и замолчать о своем смущении.

Воззрения докетов (еретиков) признающих призрачность страданий

Иисуса, Цельс, очевидно, считал общим учением всех Христиан.

125

тот воистину воскрес, и кто только казался умершим, тог не воистину и

воскрес.

Неверующие смеются над нашим учением о Воскресении Иисуса Христа. Но

мы можем привести им также рассказ Платона об Эре, сыне Армения , который

черед двенадцать дней ожил на костре и рассказал обо всем, что он видел В

преисподней. Равным образом не бесполезно будет неверующим указать,

кстати, и на рассказ Гераклида о бездыханной женщине . Существуют также

рассказы о многих умерших, которые вышли из гробов - и не только в самый

день погребения, но и позднее. Что же удивитель-ного, если и Иисус несмотря

на Свои чудесные деяния настолько многочисленные, настолько превышающие

(разумение) человека и настолько очевидные, что (Цельс) только по

невозможности для себя прямо согласиться с фактом их существования

принужден был приравнять их к волхо-ваниям, чтобы хотя этим путем

получить возможность унизить их, - что же удивительного, говорю, если и

этот Иисус Принял в своей смерти даже нечто более великое, коль скоро его

душа добровольно отделилась от тела и при этом по собственному желанию

могла опять возвратиться в него по совершении вне его предназначенного ей

дела ? Относительно этого обстоятельства Иисус изрек вот какие слова,

записанные у Иоанна.' Викто ие отнимает ее у Меня, но Я Сам отдаю ее.

Имею власть отдать ее и власть имею опять принять се . И, может быть. Его

душа затем так скоро в отделилась от тела, чтобы сохранить его, дабы не были

перебиты голени, как это случилось с распятыми вместе с Ним разбойниками: v

у первого (разбойника) перебили гозеви, и у другого распятого с Ним. Но

придя к Иисусу, как увидели Его уже умершим, ее перебила у Него голе-веи .

' Платон КезроЫ- Х 13 щ. На этот рассказ ссылаются многие древние

христианские писатели в доказательство истины воскресения мертвых.

Гераклид Понгийский, слушатель Платона и Спевсиппа, (в IV в. до Р.Х.),

автор многочисленных сочинений, в которых при всей их учености

встречается очень много невероятных рассказов и нелепых сказок. К таким

принадлежит и приведенный рассказ о женщине, снова ожившей после своей

смерти. г. е. в тело Иисуса.

1] фихл о1кого(П|аа(1егл Йе "п.га е{щ аитоЙ, т. е- имеется в виду совершение

Иисусом дела спасенил людей. ' Иоан. 10, 18. * Иоан. 19, 32-33.

126

Итак, мы ответили также и на следующий (вопрос):

"откуда же можно увериться, что Иисус предсказал (об атом событии)"? Если ж

теперь кто пожелает узнать, "дочему и как оказался бессмертным Тот, Кто был

мертвым7 - т0 на ^"т вопрос можно дать ему такое наставле-еие- Ведь

бессмертный не Тот, Кто умер, а Тот, который восстал из мертвых, И коль

скоро мертвый не есть бессмертный, то тогда, конечно, и Иисус, соединивший в

Себе две природы ( ' (грей? 6 с^гОето';), не был бессмертным до своей смерти,

потому что и Он намеревался умереть. Вообще никто не бессмертен, раз он

должен умереть; но бессмертен тот, кто не будет пребывать мертвым. Христос,

воскреснув из мертвых, уже более ве умирает: смерть уже ве имеет над Нам

власти , хотя этого последнего и не желают допустить те, которые не могут

понять, в каком именно смысле сказаны эти слова.

XVII. Очень уж глупо и следующее возражение. "и какой же, - говорит

Цельс, - может найтись Бог или демон, или разумный человек, который,

предвидя такие случайности, не стал бы, по мере возможности, отклонять их от

себя, а, напротив, прямо пошел бы навстречу им, несмотря на то, что он наперед

знал о них?" Ведь и Сократ знал, что он должен быть выпить цикуты и умереть;

и при этом мог, если бы последовал убеждению Критона, избегнуть темничного

заключения и не испытать всего этого. Но он решился на то, что ему

представлялось разумным, - лучше умереть, как это пристойно философу,

чем проводить жизнь, недостойную философа. Также и Леонид, полководец

лакедемонян, хорошо знал, что он вместе со своими людьми при Фермопилах

должен был пасть в самое непродолжительное время; при этом жизнь,

соединенная с позором, его нисколько не занимала, почему он и обратился к

своим (воинам) с такой речью: "давайте позавтракаем. а обедать будем уже в

аду ." Можно было бы собрать много подобных рассказов, если бы только было

желание заняться ими. Итак, если Иисус, зная о Своих стралавиях, однако, не

отстранил их, и, предчувствуя их, пошел навстречу им, то что же в этом

удивительного? Павел, уче-

Рим. 6,9,

Имеется в виду эпизод из войны (480 г, до Р. X.) Леонида, Царя спартанского,

с Ксерксом, царем персидским, когда Леонид с 300 избранных воинов-

спартанцев решился защищать Фермопильский проход от нападения громадных

полчип1 царя Кссркса. После двухдневной защиты Фермопильского прохода

Леонид со своими спартанцами пал геройской смертью. Ср. у Р1и1атсЬ'а

АроЬсЬе^. /асоо, р. 225 О.

127

ннк Его, поступил точно так же: он знал о страданиях которые его ожидали при

его вступлении в Иерусалим, а при всем этом он, однако, пошел навстречу

опасностям обратившись со словами укоризны к тем, которые оплакв^ вали

его и препятствовали ему идти в Иерусалим '. И многие из наших при всем

своем знаний того, что они будут преданы смерти, коль скоро будут тверды в

исповедании христианства, и что, напротив, получат свободу д приобретут

снова свои имения, если только откажутся (от христианства), однако же

презрели жизнь и добровольно приняли смерть за свою веру.

XVIII. К этому иудей у Целься присовокупляет еще и такой вздор. "Если

Иисус, - говорит он, - предсказал предательство одного (ученика) и

отречение другого, то как же это боязнь перед Его Божественностью не могла

предотвратить предательства одного и отречения другого (ученика)?"

Премудрый Цельс и не заметил, как он в данном случае впадает в

противоречие. Ведь если (Иисус) как Бог предвидел (эти обстоятельства), то,

собственно, и невозможно было, чтобы Его предвидение оказалось ложным -

невозможно было то, чтобы Его не предал тот, предательство которого Он

предвидел, и не отрекся от Него тот, которого Он укорял за предстоящее

отречение. Если бы один оказался в состоянии не предавать, а другой - не

отрекаться; словом, если бы случилось так, что один из них не предал бы, а

другой не стал бы отрекаться, после того как им пришлось бы узнать об этом;

то тогда уже яе был бы истинным Тот, Кто сказал, что один предаст, а другой

отречется от Него. И если Он предвидел предателя, то Он знал, собственно, то

нечестие, от которого зависело предательство и которое от предвидения во

всяком случае уничтожиться не могло. Если Он равным образом предвидел и

предсказал отречение (Петра), то и это, собственно, потому, что Он знал

слабость, которая должна была привести к отречению. Причем это вовсе еще не

значило, что слабость должна была укрепиться именно от предвидения. Как же

дошел Цельс и до такого утверждения: "но они предали и отреклись, не имея к

Нему никого уважения"? Насколько мало можно сказать относительно Иуды,

что он предал своего Учителя, не имея к Нему нисколько уважения, - все это

было уже показано нами выше. Ничуть не труднее доказать (это положение) и в

отношении к отре-

' Ср. Деян. 21 12-14.

т. е. положение о невозможности отрицать в душе Петра присутствие

известной степени любви и уважения к своему Учителю.

128

чеяию Петра: ведь он отошел воа после того, как отрекся, И пдавгад горько '.

XIX. Не много проницательности обнаруживается и в дальнейшем замечании

Цельса. "Когда, - говорит он, - даже человек замечает устроенные ему Козни

и объявляет о своем открытии устроившим эти козни лицам, последние

отступают от своих замыслов и остерегаются приводить их в исполнение." Но

ведь многие, несмотря на то, что открывались их козни, тем не менее делали же

их! Как бы в виде общего заключения к своим словам Цельс дальше говорит.

"Итак, вовсе не потому, что были предсказаны, все эти события случились: ведь

это же невозможно. Но так как они случились, то ввиду этого оказывается