Файл: Ориген.doc

1.Ххх1х. Но коль скоро Цельс в приведенных положениях имел

намерение доказать ту мысль, что "бессловесные животные и мудрее, и

божественнее людей", то он должен был бы, - замечу я, - предварительно и

обстоятельно заняться обоснованием того положение, что само это искусство

прорицания в действительности существует, затем в пользу этого положения

представить твердые и неопровержимые доказательства, потом решительно опро-

вергнуть и сами доводы людей, не допускающих подобного рода прорицаний,

равным образом - с такой же решительностью, не допускающей возражений,

опровергнуть и взгляды людей, утверждающих, что движениями животных,

имеющими характер прорицаний, руководят 2демоны или боги, и, наконец, уже ~

обосновать ту мысль, что "душа неразумных животных, будто бы, божественнее

(души людей)". Если бы только он сделал и в данном случае показал бы себя

(настоящим ) философом, то и мы, конечно, через это получили бы основание

обратиться к посильному для нас опровержению всех его предположений. И,

прежде всего, мы обратились бы к опровержению той мысли, что "бессловесные

животные, будто бы, мудрее людей"; мы затем показали бы всю лживость и того

его взгляда, по которому животные представляются имеющими более глубокое

религиозное понятие о Боге (егго^а? той ВеЕои ьерютера?) сравнительно с нами, и

по которому животным приписы-

353

ваются некоторые разговоры религиозного характера (6[11\1п? про? аЦт|Ха

1ера5). И вот теперь этому самому (Целъсу), который ставит нам в вину то, что

мы веруем во Вседержителя-Бога (тф етп. тгасп. 6е(^), мы должны (на слово)

поверить в том, что души птид имеют, будто бы, более чистые и ясные

представления и понятия о Боге, чем мы - люди. Если же это так, то тогда,

значит, птицы имеют более ясные представления о Боге, чем сам Цельс. И такой

вывод по отношению к Цельсу в нас, конечно, не возбуждает удивления: так он

настойчиво сам же унижает человека! Но вот что удивительно в приложении к

Цельсу: у него птицы имеют более возвышенные религиозные представления -

я уж не скажу - сравнительно с нами - христианами и даже иудеями,

имеющими вместе с нами одни и те же Священные писания, но во всяком случае

более возвышенные сравнительно даже с теми, какие имеются у ученых

богословов греческих. Ведь и эти (богословы) были люди! По Цельсу таким

образом выходит, что птицы, знающие и возвышающие будущее, имеют более

основательное и глубокое знание о Божестве, чем Ферекид, Пифагор, Сократ,

Платон. И мы, следовательно, должны обратиться к птицам и их избрать себе

учителями Коль скоро именно птицы - по мнению Цельса - учат нас о

будущем при помощи гаданий, то, значит, они-то собственно и сообщают нам

более ясное понятие о Божестве и освобождают нас от нашего неведения в

данной области. Само собой понятно, что Цельс при таком мнении должен был

поставить птиц выше людей и к птицам отправиться для учения, а вовсе не к

Кому-либо из греческих философов.

ХС. Приведенным положениям (Цельса) нам надлежит противопоставить

разве только очень немногое; нам можно ограничиться самыми беглыми

замечаниями для того, чтобы показать, с какой неблагодарностью он расточает

хулу (фбибобо^юг) по адресу своего Создателя. Ведь и сам Цельс - человек, но

пребывая в чести (быть человеком), он, однако, (в нее) не провик (своим)

разумом ; вот почему он не только принизился до положения птиц и прочих

бессловесных животных, которые - по его мнению - обладают способностью к

прорицанию, но оказал ям даже предпочтение ввиду того, что египтяне почитают

бессловесных животных как богов; таким образом, он употребил со своей

стороны все усилия к тому, чтобы, в конце концов, подчинить бессловесным

животным и себя, и весь человеческий род как имеющий сравнительно низшее и

худвдее знание о Божестве. Итак, предварительно нужно

'Пс. 48.13.

354

еще исследовать и разрешить вопрос, существует или нет искусство гадания при

помощи птиц и прочих животных, в прорицательную силу, которых он так

верит. Ведь основания, говорящие за и против этой веры, конечно, не могут

оставаться без внимания и соответствующего обсуждения.

А эти основания сводятся к тому, что, с одной стороны, в случае

признания существования подобного искусства возникает опасение, как бы

разумные существа вовсе не оставили прорицалища демонов и не обратились за

советом исключительно к птицам, а с другой стороны - в противовес этому

опасению выступает строго засвидетельствованный факт, что многие,

убежденные в прорица-тельной силе птиц, избавились от величайших опасностей.

Мы пока согласимся, что на самом деле существует искусство - узнавать

будущее по полету птиц, но, однако, с тем, чтобы потом показать всем

опутанным подобными мнениями, как велико превосходство человека перед

неразумными животными, даже такими, которые обладают пророчествен-ной

силой вещания, - как неизмеримо высоко стоит человек перед животными. Итак

мы говорим: если животным присуща божественная сила - знать наперед о

будущем, и при том присуща в такой большой степени, что они могут из своего

переизбытка сообщать эту силу и людям, желающим узнать будущее, то тогда

они, очевидно, должны были бы предугадать гораздо ранее то, что касается их

самих, - знать то, чего им нужно в последствии остерегаться, - улетать прочь

от того места, где люди расставили для них силки и сети с целью поймать их, или

улететь прочь оттуда, где стрелки на них наводят стрелы и на лету метят в них.

И если бы орлы предвидели заранее те козни, которые замышляются против их

птенцов змеями, которые подползают к ним и убивают их; если бы, с другой

стороны, орлы заранее предвидели козни и со стороны людей, захватывающих

птенцов отчасти для потехи, отчасти с целью извлечь из них какое-либо полезное

и целебное средство; то тогда они, конечно, не держали бы своих птенцов там, где

для них могла бы встретиться столь большая опасность. Вообще никогда ни одно

животное не оказалось бы пойманным людьми, если бы только животные на

самом деле были "божественнее и мудрее людей".

ХС1. Но и вот что (нужно сказать): если бы прорицающие птицы и

некоторые другие неразумные животные обладали божественной силой (9еЕ.аг

фион" ?;<о1'те$), И божественным ведением, и знанием будущего, если бы они

вели между собой разговор, как это утверждает Цельс, то они во всяком случае

о таких вещах стали бы сообщать друг другу, и тогда птица, о которой

рассказывает Гомер, не поло-

355

жила бы своих птенцов там, где они вместе с ней могли сделаться добычей дракона,

и дракон, о котором говорит тот же поэт, не был бы схвачен орлом. О первой (т.е.

птице) мы читаем у славного Гомера в его творении следующее:

Показалось там великое чудо - дракон с кроваво-красными пятнами на спине:

Его сам Олимпиец на землю послал. Подползши к алтарю, снизу вперед двинулся

он-Медленно на ветки взобрался - на высокий платан, Коснулся и самой вершины

его, где на самом верху Было гнездо, а там маленькой птички восемь птенцов. На

высоких ветвях сидели они и бесперых крыльев своих

трепетаньем Мать

свою звали. Но напрасно писком мать они призывали. Смертоносными зубами

своими дракон их схватил и пожрал, И самую мать, с жалобным криком

трепавшую Крылья свои, он схватил и в голодное чрево отправил. И вдруг

Кронос, внезапно явившись, в камень его обратил. Мы же стояли с изумлением

на лицах, И робость нас одолела, - мы больше тому удивлялись, Зачем эта

тварь - чудовище, о которой говорить невозможно,

к святыне богов приползла.

О другом же (т.е. драконе) говорится , что:

Вот птица явилась ~ лишь только стали пытаться они перелезть, -

Высокопарящий орел; он, острые когти вонзив в кровавую спину

дракона

Великого, по воздуху его нес - налево от той стороны, Где Трои враги

разрушить вражьи стены пытались. Но вот он, свирепый, назад свою пасть

повернул;

Зубы вонзились в птичью высокую грудь.

Страдая от боли, расправила когти она, змею

На Троян пустила и по воздуху вдоль понеслась,

Пронзительный крик испуская. Трояне

Все трепетали, явленья эти странные видя.

И верить они начинали, что этим несчастье им предвещает Зевес.

Итак, значит, только орел знал будущее, дракон же нет, хотя прорицатели

и на этом звере также проверяют свои наблюдения? Как же это так? Если уж легко

обнаруживается несообразность такого разграничения, то почему же не

опровергнуть тогда и другое положение, приписывающее обоим (животным)

вещательную силу? Ведь если бы дракон обладал силой пророческого провидения, то

' "Илиада" II, 308-321; ср. Сюето, ^е (Иу1ш1. II, 30, 63, 64. Гомер "Илиада"

XII, 200-209.

356

разве он не уберегся бы от того, что ему грозило от орла? И случаев подобного

рода можно было бы отыскать и еще множество - таких случаев, которые

подтверждают, что животные, отнюдь, не имеют в себе души, обладающей

провещательпой силой, по что они - как думает поэт и многие другие люди -

посылаются самим Олимпийцем (Зевсом), чтобы видеть свет . В известных

случаях и Аполлон также пользуется ястребом в качестве вестника, почему

ястреб и называется "быстроходным Аполлоновым посланником '.

ХС11. По нашему же убеждению, в этом отношении существуют

некоторые злые духи, относящиеся к разряду титанов или гигантов, если можно

так выразиться, - духи, которые совершили преступление перед лицом

истинного Бога и Ангелов небесных, почему и были низвергнуты с неба и теперь

влачат свое существование в более грубой оболочке телесной и в нечистотах

земных. Но так как они все же лишены качеств земного тела , то они могу иметь

некоторое прозрение в будущее, и так как все их стремления и деятельность

направлены к тому, чтобы возбуждать человеческий род К отпадению от

истинного Бога, то они избирают местом своего пребывания тела животных, наи-

более хищных, наиболее диких, наиболее зловредных, и устремляют их всюду,

куда хотят и когда хотят: или же действуют на фантазию тех или иных животных

и заставляют их летать и двигаться туда и сюда, - и все это затем, чтобы люди,

ослепленные этой вещательной силой, какую они усматривают в неразумных

животных, не искали Бога, Господа и Вседержителя, не заботились об истинном

бого-поклонении, но все свои помышления приковывали к земле - к птицам,

драконам, лисицам и волкам. Люди, опытные в подобного рода делах, имели еще

такое наблюдение, что при помощи этих животных получаются самые верные

(егаруесттераь) предсказания, ~ и это потому, что демоны над прирученными

животными не имеют столько власти, сколько они имеют над теми (дикими

животными), так как эти последние в отношении злобности имеют ближайшее

сходство с демонами. Впрочем, эта злобность, которая обнаруживается в

подобных животных, не есть зло в соб-

' Гомер "Илиада" II, 309. 2 Ср. Гомер

"Одиссея" XV, 526.

ате уи[1го1 тйч ут|?г"" оы)[ш \чт титкагогтее - собственно: обнажены от

земных тел. Т.о. демонам приписывается телесность, но более тонкая, неземная,

чуждая материальности. 4 Т.е. самых хитрых, свирепых, о которых шла речь

выше.

357

ственном смысле, а нечто только кажущееся только подобие зла (оюгеь 8<

каюаг оиоау).

ХС111. Если в чем особенно я проникаюсь удивлением перед личностью

Моисея, так это именно в том отношении, что у него заслуживает особенного

внимания та (часть его произведения), где он рассматривает различные породы

животных. Оставляя совершенно в стороне вопрос о том, научился ли Моисей от

Бога тому, что касается сродства демонов с каждым животным (из разряда

указанных выше) и сходства их между собой в данном отношении или же он

дошел до такого признания своей собственной мудростью - я огмечу только

то, что Моисей при классификации животных установил особый признак, по

которому не следует ли считать нечистыми всех тех животных, которые у египтян

и прочих народов почитаются провидящими, и наоборот - считать чистыми всех

остальных животных вообще. К нечистым Моисей причисляет волка, лису,

дракона, орла, ястреба и подобных им- И ты найдешь, что почти везде не только