Файл: Тойнби.doc

ной основе чистых человеческих согласий. Но если это верно,то институт

должен искать себе основу в обычае, подкрепляя себя силой. Фактически

институты - это совершенные отражения нравственного несовершенства че-

ловеческой природы и эти социальные продукты первородного греха всегда

будут управляться секулярной рукой.

Общество, в котором мирская власть должна подчиняться власти цер-

ковной, представляет собой более высокое и более счастливое социальное

образование, чем "цезаро-папистский" режим, где нет различия между

церковью и секулярной общиной.Мирская власть не должна упразднять цер-

ковь. Если же, напротив, церковь попытается упразднить мирскую власть,

то она неминуемо потерпит поражение, ибо "кесарево" не исчезнет, но

перейдет в арсенал церкви. В этом случае тюрьма тоталитаризма, каза-

лось бы разбитая церковью, вновь будет восстановлена через неверный

шаг церкви, попытавшейся установить свою собственную насильственную

власть. Ранее мы касались вскользь трагического опыта Гильдебранда,

который вывел церковь на арену

537

политики. Последствия были катастрофичны как для западного хрис-

тианства, так и для самой церкви, и именно потому, что церковь

затеяла спор относительно демаркационной линии между церковными и

секулярными владениями.

Историческая трагедия, постигшая традиционную западноевро-

пейскую церковь, была платой за борьбу с кесарем земными средс-

твами. Это типичная судьба церкви, борющейся с насилием насилием

же. Таким образом, если даже воинствующая церковь победит весь

мир и создаст свое собственное обрамление земного общественного

устройства,она не станет совершенством,которого люди ждут от

Царствия Небесного. Церковь окажется перед лицом греха и нес-

частья. В мире,где опыт приходит через страдание, она не способна

преодолеть земные беды чисто земными средствами. Разумеется, не-

которые древние институциональные установления для нее в любом

случае необходимы, но дух кесаря приведет ее к неизбежному упад-

ку, что и пережила христианская церковь, взвалив на себя непо-

сильную ношу земного греха.

Человечный пастырь будет спасать свою заблудшую овцу, при-

бегая к силе и власти. Причем несмышленому животному в акте спа-

сения отводится самая пассивная роль. Однако паства Божия сбива-

ется с пути не невинным заблуждением, но мятежным актом восстав-

шей воли, которую сила может подавить, но не преодолеть. Бунт че-

ловека против Бога можно уничтожить лишь обращением сердца мятеж-

ника. "Сказываю вам, что так на небесах более радости будет об

одном грешнике кающемся, нежели о девяноста девяти праведниках,

не имеющих нужды в покаянии" (Лука 15, 7). Божии владения в этом

мире утверждаются божественным Царем. Поэтому труд Христа должен

найти своих последователей среди представителей воинствующей

церкви, которая в Этом Мире, но не от Мира Сего.

Гражданин Этого Мира,который упорно отказывается от своего

служения Господу или который так и не осознал, что является под-

данным Града Божия, может вполне преуспевать в жизни, теша себя

иллюзией, что он живет в лучшем из миров. Однако тот, кто причас-

тен к высшей вере, не может не страдать, ощущая, что, трудясь во

имя Бога в период духовной смуты, он окружен стихией,которая чуж-

да его душе, что он подобен ныряльщику,который на дне моря прово-

дит работы по спасению затонувшего корабля.

В эпоху цивилизаций прогресс, как правило, отождествляется

человеком с поступательным совершенствованием какого-либо земного

учреждения, будь то племя, город-государство, империя, церковь,

определенная система знаний, художественная школа или правовой

институт. Если бы подобное понимание смысла прогресса распростра-

нилось на странников - жителей Града Божия, они действительно

стали бы самыми жалкими среди людей, ибо им, как никому другому,

известно, что в земной жизни ни души, отягощенные первородным

грехом, ни институты не могут

538

двигать прогресс к совершенству. На материале нашего исследования мы

убедились, что идолизация институтов - непростительная интеллектуаль-

ная и духовная ошибка, которая приводит к социальной катастрофе, а

плата за эту ошибку тем выше, чем благородней институт, взявший на се-

бя роль наместника единого истинного Бога. Помогает ли он человеку

найти свой путь к Создателю или нет - вот пробный камень оценки любого

института, который становится самоцелью, вместо того чтобы быть средс-

твом поиска истинно человеческого пути.

Но если институты - это средства, а не цели, в чем же заключает-

ся значение и цель социального наследия,далеко выходящего за временные

и пространственные границы всякой отдельной человеческой жизни на Зем-

ле? Каждый добрый человек чувствует, что, согласно Божией воле, он

должен употребить свою жизнь во благо других людей, причем не только

близких ему людей, но и тех,кто отделен от него Временем и Пространс-

твом. Единственным средством служения этим неизвестным братьям являет-

ся институт, который переживает каждого отдельного человека. И люди не

только чувствуют, что их земной долг совместим с преданностью Граду

Божию, они чувствуют, что будут предателями Града, если откажутся от

попытки установить лучший закон земной жизни в несовершенном мире,куда

пришли они странниками, а за ними придут другие.

В этом мире вся духовная реальность,а значит,и все духовные

ценности сосредоточены в людях. Поэтому социальное наследство,которое

отчуждает души от Бога и ведет их к катастрофе через идолопоклонство

самим себе, лишь в той мере законно и обладает подлинной ценностью, в

какой оно посвящено добродетельной службе на благо краткой земной жиз-

ни человека. Если признать именно это критерием прогресса,то наследни-

ки высших религий уравниваются в правах с язычниками, не являющимися

поклонниками Левиафана. Однако, когда добрый язычник будет трудиться

над совершенствованием материальных условий и благ для себя и других,

гражданин Града Господня будет обогащать социальное наследие духовными

ценностями.

Слуги Господа понимают, что, заботясь о духовном прогрессе,они

тем самым создают условия для материального прогресса. "Ищите же преж-

де Царства Божия и правды Его,и это все приложится вам" (Матф. 6, 33).

Но если люди Земли не должны ожидать,что сбудутся все обетования

высших религий, каков же смысл их появления? Главный их смысл состоит

в том, что каждая из них обращается непосредственно к человеческой ду-

ше, побуждая ее стремиться к подобию Божию. Языческая душа в не мень-

шей степени, чем мусульманская, христианская, буддийская или индуист-

ская, ищет и находит высшее спасение в сфере своего вероисповедания.

Однако душа, озаренная светом высшей религии, в большей мере и более

остро ощущает существование иного мира, иной реальности, сознавая

539

бренность своей быстротекущей земной жизни. Сознавая это, душа, оза-

ренная высшей религией, может достигнуть большего в благоустройстве

земной жизни, чем душа языческая.

Озарение душ светом высших религий определяет духовный прогресс

земной жизни человека.Мирные завоевания высших религий значат в исто-

рии человечества значительно больше, чем все, что знала история до их

появления. Духовный прогресс определяется фразой из христианской мо-

литвы "Да будет воля Твоя". Спасение тех, кто максимально использовал

свои духовные возможности для устройства лучшей жизни на Земле, станет

той благодатью, которую Господь ниспошлет христианам, молящим его. "Да

приидет царствие Твое".

Молясь, они просят не о тысячелетнем царстве всеблаженнейшего зем-

ного рая, не о социальном благополучии, не о материальном достатке, не

о справедливости земного устройства, не о сытости и довольстве,но о

духовном непокое ,который единственно является внутренним стимулом

новшеств, достижений и вообще всякого исторического прогресса.

Часть шестая

ГЕРОИЧЕСКИЕ ВЕКА

ВАРВАРСКОЕ ПРОШЛОЕ

В предыдущих частях нашего исследования мы занимались универсаль-

ными государствами, созданными правящими меньшинствами, и вселенскими

церквами, построенными внутренним пролетариатом. Предметом данной час-

ти станут так называемые героические века, которые, с точки зрения ис-

торика, не более чем эпизоды краткой жизни варварских боевых отрядов.

Героический век рождается в социальном и психологическом климате эпохи

установления границ. На этот период мы уже обращали внимание,когда ка-

сались цивилизаций,пребывающих в процессе распада. Если культурные

границы растущей цивилизации воспринимаются как двери, гостеприимно

распахнутые для двустороннего движения, то военные границы распадаю-

щейся цивилизации можно сравнить с забором, наглухо перекрывающим вхо-

ды и выходы. Символически обозначенный рубеж более надежен, чем проч-

ная стена; но неодолимая преграда есть отрицание природы, а оно всегда

грозит человеку злыми последствиями. Прорыв варварских отрядов через

границы - обычная судьба универсальных государств. Однако является ли

эта социальная катастрофа действительно неизбежной трагедией или ее

можно предотвратить? Прежде чем ответить на этот вопрос, проанализиру-

ем социальные и психологические последствия строительства военных заг-

радительных сооружений, а также естественное развитие отношений между

цивилизацией и ее внешним пролетариатом.

Первое следствие строительства подобных сооружений - это создание

как бы резервуара, запасника, прерывающего естественные динамические

процессы. В природной среде в резервуаре скапливается вода с опреде-

ленной площади. При этом часть земли, затопленная водой, выбывает из

естественного оборота. Тем не менее выше плотины всегда остаются об-

ширные незатопленные территории. Если использовать этот образ примени-

тельно к социальной действительности, то можно сказать, что благодаря

заграждению происходит как бы разделение народов на "затопленные" и

"незатопленные". На европейском континенте, например, северные славяне

продолжали мирно существовать, ведя примитивный образ жизни под прик-

рытием припятских болот. И так продолжалось в течение двух тысячеле-

тий,пока они не почувствовали близость ахейских варваров, а через во-

семнадцать столетий - близость тевтонских варваров [1]. Ахейцы и тев-

тоны оказались

541

как бы в "резервуаре" границ эгейской цивилизации и Римской империи.

Славянские земли были выше этого "затопленного резервуара", поэтому

славяне мирно и спокойно жили на своих исконных территориях, а ахейцы

и тевтоны стали метаться в поисках других земель.

Почему варвары резервуара так взволнованно реагировали на близость

военной границы, служившей одновременно и культурным рубежом? И в чем

был источник того взрыва,который позволил им в конце концов прорвать

границы?

Продолжим нашу аналогию. Попробуем объяснить, почему растет давле-

ние на плотину. Верховья реки постоянно отдают воду, питая низовья и

океан, куда впадает река. Следовательно, основной резервуар и накопи-

тель воды - океан. Однако чтобы вновь попасть из этого резервуара в

верховья, вода должна испариться, сконденсироваться и пролиться на

холмы дождем. Таким образом, цена, благодаря которой вода совершает

свой круговорот,- это потеря первоначального состояния и состава, ибо

при испарении соль остается в океане, а, попав на холмы, вода насыща-

ется другими солями.

Этот физический феномен является точной аналогией общественного

феномена. Резервуар варваров, окруженный военными границами соседних

цивилизаций, заряжается энергией, которая накапливается и в конце кон-

цов прорывает плотину. Причем большая часть энергии варваров получена

из запасов самой цивилизаций,казалось бы надежно отгородившейся от