Файл: Тойнби.doc

волей он скатывается вниз, варваризуется, становясь вскоре варваром в

полном смысле этого слова. Хуже того,он увлекает за собой своего про-

тивника-варвара, который, будучи по другую сторону границы, испытывает

поначалу сильное влияние цивилизации и становится на путь приобщения к

ее ценностям. Этот медленно разворачивающийся "диалог на границе", где

представители цивилизации обязаны вьиюлнять свой долг перед правящими

меньшинством, охраняя его от мрака внешних сил, имеет параллель, еще

более трагичиую, в истории философии, взявшей на себя груд удерживать

духовную оборону от тьмы, поднимающейся изнутри. Философия правящего

меньшинства расцветает в религию только на краткий период, чтобы тут

же превратиться в предрассудок.

Тенденция, захватившая, как мы видим, все поле религиозной жизни

эллинистического общества в эпоху его распада, может быть прослежена и

в других географических регионах на самых разных социальных уровнях.

Можно, например, заметить ее на сирийской почве при эллинистическом

политическом режиме, что выразилось в развитии восточной религии,

превзошедшей в историческом соревновании всех своих сестер и соперниц

с рождением христианства.

Двусмысленность развития иудаизма выразилась в том, что здесь, как

и в зороастризме, настежь распахнуты двери для демонологии, предрас-

судка и магии. Он наполняет мир духами, пытаясь постичь их природу,

определить их имена; он всюду видит действие сверхъестественных сил,

отрицает рациональную возможность понимания, подменяя понимание мисти-

ческой интуицией, которая затем - и это катастрофический шаг - пара-

доксально сводится к абсурдной системе с помощью самой изощренной ло-

гики. Тем самым "мудрость" ученых извращается, становясь своей проти-

воположностью. Движение к истинно научному знанию прекращается. Этот

путь развития прошли все религии - египетская религия после попытки

Эхнатона реформировать ее, вавилонская (под тираническим давлением

астрологии), персидская религия магов, индийские религии, а в Элладе -

мистериальные религии (что можно заметить уже в трудах Гесиода) и ор-

физм и, наконец,- как реакция на просвещение - неопифагорейство и фи-

лософский эклектизм. В каждом случае мы замечаем усиление нравственной

глубины религии наряду с возвратом к самым примитивным религиозным

формам, исторически уже давно преодоленным.

Таким образом,в истории эллинистического общества философия правя-

щего меньшинства и религия внутреннего пролетариата постепенно сближа-

ются, пока в конце концов не встречаются на общей основе предрассудка.

Рассматривая судьбу самоидолизации Афин, можно заметить,

402

как афинские учителя философии постепенно скатились до восторгов по

поводу примитивных магических обрядов вызывания дождя, а если с этой

точки зрения проанализировать эволюцию китайских философов на соот-

ветствующей стадии распада китайской цивилизации, то обнаружится, что

конфуцианские мудрецы последних двух веков до н.э. занимались таким же

самообнажением, как аттические наоплатоники V в.

Сорная трава Предрассудка, задушившая как дряхлое конфуцианство,

так и одряхлевший неоплатонизм, явилась также причиной смерти махаяны.

И в современном вестернизированом обществе нельзя не заметить анало-

гичных симптомов. Западное естествозщтание явно тяготеет к христианс-

кой науке (46), психология - к спиритизму, а сравнительное изучение

религий - к теософии.

И если марксистская версия гегельянства удержит свои позиции -

либо в экуменическом, масштабе, либо в более ограниченной разновиднос-

ти в Советском Союзе,- можно предположить, что "красная нить", которая

уже пролегла от Гегеля через Маркса к Ленину, будет продолжена их пре-

емниками в таких формах, что отцы коммунистической идеи вряд ли узнали

бы свое учение, если бы им удалось вновь посетить Землю и посмотреть

на результаты трудов своих.

Таков жалкий финал философий правящего меныпинства, и это при

всем их самом искреннем желании завоевать свое законное место на той

пролетарской почве, из которой произросло семя высшей религии. Филосо-

фия правящего меньшинства быстро отцветает, подпадав под влияние рели-

гии и обретая религиозную косность. В последнем акте исчезновения ци-

вилизации исчезает и философия, тогда как высшие религии продолжают

жить, становясь наследницами умерших философий, с тем чтобы впоследс-

твии возродить эти философии для нового будущего. В исчезновении элли-

нистического мира христианство пережило и обогащало неоплатонизм (ко-

торый так и не вюшел жизненного эликсира, отказавшись от рациональнос-

ти стоицизма). В исчезновении индского мира индуизм равным образом пе-

режил и обогнал махаяну (которая не сумела сохранить буддизм на родной

индийской почве, предоставив эту возможность умеренной и взбешенной

хинаяне (47)). А в исчезновении китайского мира махаяна превзопмла все

свои ожидания, превратившись из эзотерической философии вшюродную ре-

лигию. Проделав путь от Ганга до Желтой реки, она в китайском пункте

назначения встретилась с даосизмом, который знал, как победить специ-

фический чти хе]орсе перехода от философии к религии,не требуя от ма-

хаяны странствий в пустыне чужого окружения вдали от родины. Результа-

том явилось то, что на китайской основе эти две народные религии, име-

ющие философских предшественников, разделили наследство конфуцианства,

которое в конце концов так и не смогло полностью впитать в себя народ-

ный предрассудок.

403

Данного краткого описания, видимо, достаточно, чтобы проиллюстри-

ровать ту очевидную истину, что при встрече философии с религией рели-

гия обогащается, а философия,напротив, несет ущерб. "Ему должно расти,

а мне удаляться" (Иоанн 3, 30). Почему же философии,как свидетельству-

ет история,терпят поражение в состязаниях с религиями? Что является

ахиллесовой пятой философии, не позволяющей ей выстоять? Роковой и ос-

новополагающей слабостью, из которой выводится все остальное, является

недостаток духовной витальности. В "Двух источниках морали и религии"

А.Бергсон пишет: "Геометрия древних (то есть эллинов) была способна

решать частные проблемы, что в некоторой степени напоминает применение

современных западных методик. Но она не была способна вычленить мето-

ды, поскольку она не обладала тем жизненным порывом, благодаря которо-

му статика переходит в динамику. Древние лишь приблизились к крайней

форме изображения динамического в статических понятиях. Аналогичная

картина открывается нашему взору, когда мы сравниваем учение стоиков с

христианской нравственной доктриной. Стоики смотрели на себя как на

граждан мира. Они считали,что все люди братья,ибо все они дети одного

отца.Это почти повторяет слова Евангелия. Но слова стоиков не нашли

аналогичного отзвука, потому что они не были сказаны с должным акцен-

том. Стоики дали ряд великолепных примеров. И если им не удалось по-

вести за собой человечество,то это только потому, что стоицизм - фило-

софия. Философ, целиком захваченный своим учением, без сомнения, готов

посвятить свою жизнь воплощению его в практику. Любовь Пигмалиона

вдохнула жизнь в мрамор, но существует большая дистанция между любовью

и тем энтузиазмом, который передается от одной луши к другой, подобно

пожару".

Недостагок жизненного порыва ущемляет философию двояко: с одной

стороны, он снижает ее привлекательностью для большинства людей, а с

другой - снижает возможности меньшинства в их попытках обратить других

в свою веру.

Существуют также вторичные недостатки философии. Одним из таких

недостатков является ее безусловная апелляция к интеллекту при недоо-

ценке других способностей Души.

Другим вторичным недостатком философии в ее состязании с религией

является склонность философии обращаться только к интелектуальной эли-

те правящего меньшинства, излагая свое учение в тщательно разработан-

ных и утонченных понятиях, вполне доступных образованным умам, но в

силу этого едва ли понятных для более широкой публики. Идея Александра

объединить человечество стирала древнее деление на эллиной и варваров,

не изгоняя самого духа исключительности из душ эллинского правящего

меньшинства; а дух, зародившись в одном месте, быстро находил себе вы-

ход в другом. Эта интеллектуальная исключитель-

404

ность присутствовала и в эллинистической философии и в ее позднем сли-

янии с религией.

"Философское евангелие, пропагандировавшееся Сенекой,- пишет

Ш.Диль,- было скорее эзотерическим или аристократическим учением. При

всем его либерализме, космополитизме, его ясном понимании человеческой

природы и братства, Сенека всегда оставался наставником ему подобных,

тех, кто окружен богатством, терзаем опустошенностью усталых чувств,

напуган ужасами цезарей. Действительно, стоицизм всегда был верой ско-

рее образованного высшего класса, чем толпы. Он выработал аппарат ло-

гических формул,системы физики и метафизики;его интеллектуальное реше-

ние проблем вселенной и человеческой жизни только затрудняло распрост-

ранение его в народной среде... В 1 в. стоицизм был больше религией,

чем философией или даже теологией. Его основной заботой, осознанной

такими людьми, как Сенека, было спасение луши от вселенской катастро-

фы, которую, как считалось, неминуемо навлекут поклонники роскоши, уб-

лажающие свою плоть, что проистекает из гордыни, лишающей трезвого по-

нимания долга или нравственного идеала. Однако ощущение неизбежной ка-

тастрофы было распространено лишь среди людей, весьма близко стоящих к

хозяевам мира, то есть именно к тем, кто бездумно наслаждался, не ут-

руждая себя заботами о грядущем. Люди высшего класса, сохранившие ос-

татки благочестия, усталые, опустошенные, раздираемые внутренними

конфликтами, составляли тот круг, к которому обращается Сене-

В эллинистической истории приближение философии к религии, откры-

то проявившееся во времена Сенеки, не сопровождалось попытками избран-

ных распространять свои воззрения за пределы узкого круга. Не было да-

же попыток обратить в свое учение всех,кто жаждал духовной пищи. И это

в конце концов неудивительно, ибо к тому времени традиция интеллекту-

альной и даже социальной исключительности глубоко пронизала практику

эллинистических школ философии. Примечательным исключением были лишь

киники.

Столь бесчеловечное исключение из сферы эллинистического просве-

щения местного пролетариата, который попросил хлеба, а ему дали ка-

мень, прямо противоречит притче о господине и рабе (Лука 14, 15-24),

вскоре распространившейся по всему эллинистическому миру в писаниях

христианской церкви. "Господин сказал рабу: пойди по дорогам и изгоро-

дям и убеди прийти, чтобы наполнился дом мой" (Лука 14, 23).

Данью, которую просвещенное эллинистическое правящее меньшинство

заплатило за свою духовную замкнутость,стала утрата моральной и мате-

риальной силы.

По словам современного западного ученого Э. Мейера:

----------------

* Diehl Ch. Op. cit..

405

"...первенство выскальзывает из рук просвещенного класса, ибо он утра-

чивает способность решать стоящие перед ним проблемы. Элите нечего

предложить миру, интеллектуальная жизнь вырождается в упражнения в ри-

торике, управление государством переходит в руки профессиональных чи-

новников, военное дело начинает восприниматься как занятие, недостой-

ное образованного человека: меч переходит в руки сперва низших слоев

населения, а затем - наемников, рекрутируемых из-за границы. Подъем

религиозного движения и победа христианства - это просто другая сторо-

на неограниченного распространения военного режима. Государство, соз-

данное Августом, опиралось на понимание того, что выспше классы должны

заниматься управлением; как только высшие классы избавились от этой

функции, управление перешло в руки широких масс. Интеллектуальная и