Файл: Ориген.doc

XXXVIII. Затем иудей обращается к нам еще со следующим замечанием:

"Вы, обладатели твердой веры, обвиняете нас в том, что мы не признаем этого

(Иисуса) Богом я не соглашаемся с вами в признании того, что Он перенес все

эти (страдания) для спасения людей, чтобы и мы также могли с пренебрежением

относиться к наказаниям." На это мы дадим такой ответ. Иудеи воспитались на

законе и пророках, которые возвещают Христа. Ввиду этого обстоятельства мы

ставим им в вину, во-первых, то, что они даже не стараются вникнуть в

предлагаемые им нами доводы для доказательства Мессианского достоинства

Иисуса, и ограничиваются со своей стороны в качестве оправдания своего

неверия только указанием на то, что они будто бы уже опровергли наши

доводы. Во-вторых, мы ставим им в вину и то, что они, не разобрав доводов, не

веруют в Того, Которого возвестили пророки, несмотря на то, что Он на Своих

учениках в, притом, после Своего вочеловечения ясно показал, что "Он перенес

все эти (страдания) для спасения людей". Ведь и цель Его первого пришествия

заключалась вовсе не в том, чтобы судить людские поступки, но чтобы наперед

научить людей и словом, и делом тому, что они должны @ыли делать, - не в

том, чтобы злых наказывать, а добрым даровать спасение (ачо^лг). но в том,

чтобы чудесным образом и с некоторой Божественной мощью возвестить всему

человеческому роду Свое учение - и все это именно так, как предсказали

пророки. Еще мы обвиняем их в том, что, несмотря на обнаруженную Иисусом

необычайную мощь, все же не поверили Ему и сказа-

, Пс. 68, 22. т.е. Мессия Христос, чаяние всего Ветхозаветного человечества.

145

ли, что Он изгнал бесов из человеческой души салот веелизевуда, квязя

бесовского . Обвиняем их и за то, чт" они набросили тень подозрения даже на Его

человекодю, бие, которое побуждало Его не пропускать не только города, но

даже ничтожной иудейской деревни с той целью чтобы всюду возвещать царство

Божие, -- даже, повторяем' это Его человеколюбие они оклеветали я обвинили Его

в том, что Он проводил будто бы скитальческую, полную лишений и далека не

благовидную жизнь (ег (ЗуеггД аш^ат!.). Между тем, нет ничего неблаговидного в

перенесении такого рода бедствий, которыми сопровождалась про. поведь о

спасении тем людям, которые были в состояиии внимать этой проповеди.

XXXIX. И разве не заключают в себе очевидную ложь следующие слова

Цельса, которые он влагает в уста иудея, что "Иисус, будто бы, за все время

Своей жизни ни в ком не возбудил к Себе веры, даже в учениках Своих, и, в конце

концов, подвергся наказанию и перенес все эти страдания?" Но что же,

собственно, и возбудило против Него ненависть со стороны первосвященников,

священников и книжников иудейских, как не то обстоятельство, что толпы народа

веровали в Него и следовали за Ним даже в пустыне, восхищенные не столько

привлекательностью Его речей, которые всегда соответствовали способностям в

потребностям слушателей, сколько в особенности тем воздействием, которое

оказывали Его чудеса, возбуждая собою удивление в тех людях, которые были не

в состоянии стать верующими благодаря одному только влиянию Его слова?

Разве не явная ложь скрывается в утверждении Цельса, что "Иисус будто бы не

убедил даже Своих собственных учеников"? Правда, от страха они испытывали

тогда некоторые человеческие чувства - ведь они, собственно, еще и не были

подготовлены к твердости, - но, во всяком случае, они не отказались от своей

веры в Него как Мессию. Лишь только Петр отрекся от Иисуса, как он уже

чувствует ту бездну греха, в которую он низринулся; выйдя вон, плакал горько .

И прочие ученики, действительно, были смущены теми печальными

обстоятельствами, которые пришлось Ему испытать, хотя все же продолжали

питать к Нему чувство восхищения; но когда Он явился им (по воскресении) , они

укрепились и уверовали еще больше и тверже, чем прежде, что Иисус был Сын

Божий.

, Мф. 12, 24; 9, 34; Мк. 3, 22. 2 Мф. 26,

75; Ли. 22, 62, Иоан. 20, 20.

146

XI- Пельс грешит уже против философии, когда воображает, что

спасительное учение и чистота нравствен-дости у Иисуса не настолько

удовлетворительны, чтобы дать Ему особенный перевес над людьми. Он, по его

мяе-вяк>, должен был бы стать в Своей деятельности выше того положения,

которое Он воспринял в Своей личности: Ему совсем не следовало бы умирать,

хотя Он и принял смертное (тело), или - умереть, но во всяком случае не такой

смертью, которая могла оказаться образцом для людей, могущих в ней найти для

себя основание решиться на смерть за веру и к открытому исповеданию этой

веры перед лицом тех, которые придерживаются ложных убеждений относительно

веры и неверия и считают благочестивых людей самыми нечестивыми и, наоборот,

самыми благочестивыми почитают тех, которые относительно Бога заблуждаются

и присущую им неустранимую идею о Боге находят осуществленной во всяком

любом существе, но только не в Боге. И это бывает, будто бы, особенно в том

случае, когда у людей обнаруживается стремление убивать тех, которые всей

душой отдаются даже до смерти служению Единому и Высочайшему (етп. тгаот.)

Богу.

Х1.1. Пельс от лица иудея обвиняет Иисуса еще в том, что "Он не явил

себя свободным от всякого зла". Но пусть Цедьс обмолвится хоть словом, от

какого же это зла Иисус показал Себя несвободным? Если он хочет сказать, что

Иисус не был свободным от зла в собственном смысле этого слова 3, то тогда

пусть и представит в доказательство злое деяние, совершенное Им. Если же под

злом он разумеет бедность, крест и козни со стороны потерянных людей, то тогда

он, очевидно, должен признать, что несчастия (та кака) случились и с Сократом и

что он, следовательно, был не в силах показать себя свободным от зла (сто ТШУ

какйг). А Как много было у греков еще и других философов, которые были бедны

и добровольно избрали себе бедность, - это знают и многие греки из истории-

Так известно, что Демокрит сделал из своего имения пастбище для овец, а Кратес

отдал фиванцам все свои деньги, которые он выручил от продажи всех своих

имений, чтобы только

\ Фил. 2, 8. егар-уеС^.- собственно, сознание Божества как основа служения

Божеству.

т.е. от зла как проявления нравственного миропорядка. Демокрит (род. между 470

и 460 гг. до Р.Х.) вместе со своим

Учеником Левкиппом был основателем атомистической филосо-

дай

Кратес Фивский - цинический философ. 147

сохранить себе свободу, Диоген же по своей особенной невзыскательности

акил даже в бочке, и ввиду этого обстоятельства, конечно, ни один сколько-

нибудь умный человек не скажет, что Диоген весь был во зле.

Х1.11. Далее Цельс желает выставить "Иисуса небезупречным в

нравственном отношении". Но пусть он покажет нам, кто из последователей Его

учения сообщил что-либо такое, что могло бы подать повод упрекнуть Иисуса.

И если у них он не нашел основания к Его обвинению, то тогда пусть он покажет

вам тот источник, на котором основывается это его утверждение, что жизнь

Иисуса была небезупречна. Иисус уже показал истинность Своих обетовании в

благодеяниях, оказанных людям, которые к Нему прилепились. И мы всякий

день видим исполнение того, что Он наперед предсказал, прежде, чем все это

совершается, - мы видим, что проповедано (Ето) Евангелие во всей

Вселенной, что Его ученики идут и возвращают всем народам Его учение, далее,

что эти ученики должны приводиться к правителям и царям и нс по какой-либо

иной причине, а именно из-за Его учения. Мы преисполнены изумления перед

Ним, наша вера в Него день ото дня становится все тверже и тверже. И я,

собственно, не знаю, какие еще более сильные и ясные доказательства в пользу

достоверности предсказаний Иисуса требуется представить, чтобы можно было

удовлетворить требованиям Цельса. Цельс, как это видно по всему, старался

достигнуть только того, чтобы Иисус, в Котором он не признает Слова, став-

шего плотью, остался свободным от всяческих человеческих страданий, чтобы

Он не был благородным примером для людей в перенесении несчастий жизни.

Ведь страдания в глазах Цельса - жалкие и постыдные вещи. Тяготы жизни -

это для него величайшее зло, а наслаждение - высшее благо. Между тем, это

последнее считается ничего не стоящим теми философами, которые допускают

Провидение, а мужество, твердость и великодушие признают за добродетели.

Да Иисус едва ли и ниспроверг веру в Себя Своими страданиями; напротив. Он

через них-то усилил ее еще более в сердцах тех людей, которые желали проявить

мужество, - в сердцах именно тех людей, которые от Него научились, что

действительное и истинное блаженство находится не здесь, а в будущем веке, о

котором Он говорил в Свовх речах, что жизнь в этом настоящем мире полна

Диоген Синопский (род. в 404 г. до Р.Х ) - представитель цинической

философии. ,Мк. 13, 10; Мф. 24, 14

Мф. 10, 18; Мк. 13, 9; Лк. 21, 12.

148

превратностей и для души она составляет главную и величайшую борьбу.

Х1.П1- "Вы, конечно, не будете утверждать, - так продолжает Цельс

свою речь, обращаясь к нам, - что Ии-сус сошел в ад, чтобы по крайней мере

здесь обрести веру у людях, после того как Ему не удалось снискать ее среди

обитателей земли". Будет ли Цельсу приятно или нет, но яы дадим ему такой

ответ. Пока Иисус обитал во плоти, Он приобрел Себе не какое-нибудь

ничтожное количество последователей; нет - он снискал их такое множество,

что Ему, собственно, из-за этого множества уверовавших стали устраивать

козни. Затем, когда Его душа отделилась от тела ', Он направил Свою проповедь

и к тем душам, которые не были связаны с телами, чтобы и из них привести к

вере в Себя те души, которые сами желали (этого обращения), а равным

образом и те, на которые Он Сам обратил Свои взоры по основаниям, одному

только Ему известным.

Х1.ГУ. А что дальше говорит Цельс, все это невыразимо глупо. Он

спрашивает: "коль скоро вы думаете, что для вас составляют надлежащую

защиту все эти нелепые доказательства, которыми вы гак смешно опутали себя,

то тогда что же препятствует вам считать еще более великими и более

божественными посланниками даже всех этих остальных, осужденных на смерть и

закончивших свою жизнь еще более печально, (чем Иисус)?" Но всякому ясно и

очевидно, что Иисус, перенесший все страдания, о которых повествуется в

Писании, не имеет ничего общего с теми, которые "снискали себе печальный

конец" за чародейство или за другое какое-либо подобное преступление.

Собственно, никто не может и доказать, что чародей в состоянии совершить

какое-либо деяние, которое могло бы отвратить души от великих прегрешений

людских, от всей этой бездны порока.

Но иудей Цельсов, приравнивая Иисуса к разбойникам, говорит, что "с

подобным же бесстыдством и о разбойнике и человекоубийце, подвергнутом

наказанию, всякий может сказать, что он - Бог. а не разбойник, - и это только

на том основании, что он будто бы предсказал своим товарищам по разбою, что

он пострадает и перенесет все, что он действительно перенес". На это мы прежде

все-то дадим Цельсу такой ответ: да вовсе не потому, что предсказал Иисус о

Своих страданиях, мы уверовали и свидетельствуем о Нем, что Он пришел от

Бога. Во-вто-рьк, заметим, что это сравнение (Цельса), собственно, бы-

149

ло указано еще в Евангелиях- Здесь мы читаем, что Ддг причтен был к

беззаконным теми беззаконными, которые просили отпустить разбойника,

брошенного в темницу за разбой и убийство, и, напротив, - распять Иисуса,

Которого действительно они и распяли на кресте между двумя разбойниками. И в

лице тех, которые являются Его истинными учениками и дают свидетельство

истины, Иисус в теперь продолжает распинаться между двумя разбойниками и

вместе с ними присуждается людьми к одному и тому же наказанию. Мы

утверждаем даже: если те, которые не боятся никакого позора, никакого рода

смерти, чтобы только им можно было через светоносное и чистое благочестие

перед лицом Создателя остаться верными учению Иисуса, - если такие люди,

повторяю, имеют нечто общее с разбойниками, то тогда, конечно, и Иисуса,

Который есть отец и виновник подобного учения, Цельс совершенно правильно