Файл: Тойнби.doc

общин и групп время от

285

времени наступает момент равновесия,когда институты стабильны и отве-

чают интересам тех, кто живет в условиях этих институтов, когда умы

озабочены поддающимися реализации идеями, когда государственный дея-

тель, художник и поэт в гармонии с собой и с обществом трудятся на

благо других. Тогда на какое-то время человек оказывается хозяинов

своей судьбы. Человеческие поступки одухотворены оптимизмом, духом

возвышенного благородства. В обществе господствует надежда и вера. Все

это свидетельствует о зрелости социальной системы, и, хотя в действи-

тельности встречается крайне редко, история дает нам такого рода при-

меры, и мы можем утверждать, что все остальные состояния общества -

это пролог или эпилог. Под историческим периодом мы подразумеваем со-

вокупность лет, в которой это гармоничное состояние,это примирение ре-

ального с идеальным проходит путь вступления, расцвета и исчезнове-

ния"*.

Момент примирения реального с идеальным, являясь следствием про-

цесса Ухода-и-Возврата, успешно реализованного в истории общества,

принадлежащего к растущей цивилизации, заведомо обречен на краткосроч-

ность. Чувство благополучия и стабильности, доминирующее в обществе в

этот момент, порождает иллюзию счастья, и человечество готово было бы

им наслаждаться, если бы это составляло главную цель его устремлений.

А кроме того, достичь подобной цели может лишь общество, состоящее це-

ликом из святых. Но святые,какими их знает мир,способны преобразить

только собственную природу да еще оставить след в немногих родственных

им душах, возвысившихся до уровня святых через общение с ними. Святые

с трудом пробивались к душе примитивного человека. Они воздействовали

на нетворческое большинство не прямым путем, передавая божественный

огонь творческой энергии от луши к душе, а через мимесис. Но мимесис

никогда не охватывает все общество сразу, а значит, и цель всеобщего

преображения не может быть достигнута.

Время быстротечно, и жест мимесиса, уловивший его очертания,-

всего лишь импровизация, которая на фоне беспощадного времени кажется

искусственной и неискренней. Мимесисом достигается конформность нет-

ворческого большинства, но внутренней адаптации не происходит. Духов-

ная пропасть между большинством и меньшинством сохраняется. И если в

этой ситуации творческое меньшинство и подражающее ему большинство

противостоят друг другу, отнюдь не большинство поднимается на более

высокий уровень, а творческое меньшинство опускается уровнем ниже.

Соль теряет свой вкус. Фауст, преклонив колени, взывает: "Мгновение!

О, как прекрасно ты, повремени!" И этим самым отдает себя во власть

Мефистофеля.

Обоюдность вызова в отношениях между меньшинством и большинством

напоминает ритм человеческого щага. Уход мень-

--------------

* Davis H.W.C. Medieral Europe. London, p.6.

286

шинства - это как бы момент, когда человек занес одну ногу для шага.

Период изоляции соответствует доценту, когда одна нога в воздухе, а

другая прочно опирается на землю, а возвращениеэто момент завершения

шага. Полное же равновесие наступает лишь тогда, когда обе ноги оказы-

ваются рядом и мускульное усилие минимально. Однако, если пешеход по-

желает продлить этот удобный и приятный момент, он не только никогда

не достигнет своей цели, но и просто замрет, а очень скоро поза пока-

жется ему весьма неудобной и он почувствует усталость еще большую, чем

находясь в движении. Ибо один шаг-или тем более полшага - это еще не

движение к цели. Каждый шаг требует следующего, и так до тех пор, пока

пешеход не преодолел всего расстояния от исходного пункта до конечной

цели.

Рост цивилизации - это последовательность шагов, а социальный

прогресс - это даже не поступь, а бег, и бывают моменты, когда обе но-

ги отрываются от земли одновременно. История знает пример, когда твор-

ческое меньшинство вступает в новый этап Ухода-и-Возврата в ответ на

новый вызов, прежде чем социальная система успела с помощью мимесиса

преобразиться и включиться в ответ на предыдущий вызов,который в свое

время был выработан старшим творческим меньшинством в процессе его

Ухода-и-Возврата. В нашей западной истории, например, в период ХШ-ХIV

вв. возникла проблема преобразования местного самодостаточного аграр-

ного общества во взаимозависимое международное финансово-промышленное

общество. Связи такого типа уже были характерны для городов-государств

Северной Италии и Фландрии,тогда как западное христианство оставалось

в условиях аграрной экономики, упорно сохраняя феодальный и церковный

институты. На следующем этапе, который приходится на ХVП-ХVШ вв., инс-

титуты демократии и индустриализма, зародившиеся на итальянской почве,

нашли свое признание в Англии. Однако западный мир в целом предпочитал

воспринимать те элементы итальянской муниципальной культуры, которые

могли быть ассимилированы без общей структурно-социальной перестройки.

Можно видеть, что это периодическое движение роста, в котором од-

на проблема порождает другую,новую,до того как первая получит общее

признание и благополучное разрешение, является ярким примером чередую-

щегося ритма Инь и Ян, к чему мы уже обращались ранее, наблюдая конт-

раст между статическими условиями уцелевших человеческих обществ при-

митивного вида и динамическим движением этих обществ другого вида, на-

ходящихся в процессе роста цивилизации. В частной последовательности

Вызова-и-Ответа и Ухода-и-Возврата, где выступают два известных вида

человеческих обществ, мы можем наблюдать лишь единственную пульсацию:

импульс, вырвавший незначительное число человеческих обществ из состо-

яния Инь, в котором находилось примитивное человечество, и ввергнувший

их в активность Ян,

287

где предназначение Святынь проступает весьма смутно и расплывчато.

Продолжая исследовать процесс роста цивилизаций, мы здесь обнаружим

чередующийся ритм Инь и Ян. Однако на сей раз ритм настроен на более

корогкую волну, что мы можем наблюдать на целом рясе примеров.

ДИФФЕРЕНЦИАЦИЯ В ХОДЕ РОСТА

Исследуя процесс роста цивилизаций, мы на целом рясе примеров

убедились, что он повсюду единообразен. Рост достигается в том случае,

когда индивидуум, меньшинство или все общество в целом отвечает на вы-

зов и при этом не просто отвечает, но одновременно порождает другой

вызов, который в свою очередь требует нового ответа. Процесс роста не

прекращается до тех пор, пока это повторяющееся движение утраты равно-

весия, восстановления его, перегрузки и нового нарушения сохраняет

свою силу. И хотя процесс роста единообразен, опыт, переживаемый вов-

леченными в этот процесс сторонами, весьма различен.

Разнообразие опыта, возникающего при соприкосновении с единой

цепью общих вызовов, особенно ярко проявляется при сравнении опытов

нескольких общин, представляющих какоелибо общество в конкретный мо-

мент его истории. Ибо, анализируя общий вызов,адресованный различным

общинам,объединенным рамками одного общества, можно заметить, что одни

дают успешный ответ, совершая движение Ухода-и-Возврата, а другие, не

будучи в состоянии сразу включиться в движение,в то же время не отка-

зываются от ответа полностью, а ждут, когда какая-либо творческая лич-

ность или творческое меньшинство проломит для них путь. Каждый вызов,

переживаемый растущей цивилизацией, дифференцирует опыты индивидуумов

или общин, включенных в данное общество, и очевидно, что дифференциа-

ция носит кумулятивный характер. Чем длиннее цепь повторяющегося Вызо-

ваи-Ответа-и-Вызова, тем сильнее прогрессирующая дифференциация опыта

вовлеченных сторон. И если процесс роста, таким образом, дает возмож-

ность размежевания внутри социальной системы единого растущего общест-

ва, то тем более тот же самый процесс должен разграничить общества,

поскольку последовательность Вызова-и-Ответа-и-Вызова в разных общест-

вах не тождественна,но раздельна и различна. Таким образом,рост циви-

лизаций влечет за собой все усиливающееся разлйчие в опытах одного

растущего общества и другого. Посмотрим теперь,каковы же последствия

этого явления. Порождает ли многообразие в опыте в свою очередь много-

образие в мировоззрении, способностях и этосе?

Что касается мировоззрения и его зависимости от опыта, то здесь

следует напомнить,что мы уже касались этого вопроса в самом начале на-

шего исследования, где анализировалась относительность исторической

мысли. Обратившись к трудам современ-

288

ных западных историков, мы пришли к заключению, что их мировоззрение

находится в плену "индустриализма" и "демократии" - двух главных инс-

титутов, которые западный мир выработал в предыдущей главе своей исто-

рии, ответив этим на вызовы своего времени. В этой связи мы заметили,

что наблюдается тенденция рассматривать историю всех обществ и всех

эпох под углом зрения демократии и индустриализма. Подобный подход к

познанию истории представляется нам ложным, причем касается это не

только исследования других эпох и цивилизаций, но и истории нашего об-

щества на ранних его этапах, когда современные западные версии индуст-

риализма и демократии еще не были выработаны. Здесь перед нами как раз

тот случай, когда многообразие опыта различных цивилизаций предполага-

ет многообразие мировоззрений. Существуют ли другие примеры такого ро-

да?

Довольно яркую иллюстрацию дают примеры из истории искусства.

Ибо, если понятие относительности исторической мысли - идея достаточно

новая, требующая доказательств и обоснований, понятие уникальности ху-

дожественных стилей, воспринимаемых непосредственной эстетической ин-

туицией, является широко распространенным и общепризнанным. Нет ничего

нового, поразительного или парадоксального в предположении, что каждая

цивилизация создает свой индивидуальный художесгвенный стиль. И при

попытках определить границы какой-либо цивилизации в каком-либо из из-

мерений - пространственном или временном - мы неизменно приходим к вы-

воду, что эстетический критерий оказывается самым верным и тонким при

установлении таких границ.

Если принять, что существуют качественные различия между худо-

жественными стилями различных цивилизаций и принять также, что каждая

цивилизация является неделимой целостностью, состоящей из взаимосвя-

занных и взаимозависимых частей, то, конечно, трудно оспорить логику

Освальда Шпенглера контрсиллогизмами. Но эмпирик попытается подойти к

проблеме с другой стороны. Он начнет с утверждения, что придание абсо-

лютной и всеохватывающей качественной индивидуальности всем и каждому

из обществ предполагает, что цивилизация - это нечто качественно неиз-

менное и потому статическое; а это в умозрительных терминах Шпенглера

означает, что цивилизации принадлежат к области ставшего, а не к об-

ласти становящегося - следствие, вступающее в противоречие с доктриной

Шпенглера и собственными наблюдениями самого эмпирика.

Эмпирик пойдет дальше и скажет, что цивилизация, как это видно из

"реальной жизни", не является чем-то статичным, но есть динамический

процесс, движение или порыв - стремление создать нечто сверхчеловечес-

кое из обычной человеческой природы. Он может размышлять о различиях

особого характера между сырым материалом и окончательным творением де-

миурга, ибо через опыт выявляются различия между примитивной или обыч-

289

ной человеческой природой и природой Святых, являющихся провозвестни-

ками Сверхчеловека. Из опыта можно вывести, что "первый человек Адам

стал душою живущею; а последний Адам есть дух животворящий", "первый

человек - из земли, перстный; второй человек - Господь с неба" (I Кор.

15, 45 и 47). Но как можно принять заключения логики, когда ощна при-

писывает эгу оссбую индивидуальность, это абсолютное качественное от-

личие не свягым или сверхлюдям, а цивилизациям, если мы рассматриваем