Файл: Тойнби.doc

и Карфагеном в 201 г.до н.э. К 196 г.до н.э. волна восстаний захватила

Этрурию, затем она продолжилась в ужасном бунте 185 г. до н.э. в Апу-

лии, а своего апогея постигла в бунте фракийского гладиатора Спартака,

который с 73 по 71 г. до н.э. держал в напряжении весь Италийский по-

луостров (8).

Если под знаменем Аристоника в Малой Азии объединились рабы и

свободные граждане,то в Сицилии эти два крыла местных пролетариев пош-

ли разными путями. Причем именно пауперы, а не рабы оказались наиболее

мстительными и жестокими.

Ненависть к эллинистическому правящему меньшинству исходила не

только из этих груша. Римские пролетарии, будучи свободными гражданами

самого могущественного во всем эллинистическом мире города-государс-

тва, сознавали, что они находятся в весьма уязвимом и двусмысленном

положении. Именуя себя "господами мира", ы<РMSDOS5.0232 232232232232°╦232&232232&232232232ZX232А232)232232232232NO NAME FAT12 ·3└О╨╝232|

╗x2326┼7‑VS┐>|╣

232№єд╞E■ﾤЛ

|ИM∙ЙG╟

>|√═ry3└9|tЛ

|Й

|а|ў&||‑|

|Г╥232гP|ЙR|гI|ЙK|╕ 232ў&|Л‑

|├Hўє I|ГK|232╗232ЛR|бP|шТ232r░ шм232rЛ√╣

232╛ц}єжu

Н ╣

232єжt╛Ю}ш_2323└═^ППD═XXXышЛGHHК‑

|2 ўуI|K|╗232

╣232PRQш:232r╪░ шT232YZXr╗ 232Г╥232‑

|ттК.ﾧ|К$|Л‑I|бK|ъ232232p232м

└t)┤

╗

232═ыЄ;|sў6|■┬ИO|3╥ў6|И%|гM|°├∙├┤ЛM|▒╥ц

6O|Л╩ЖщК$|К6%|═├

Non-System disk or disk error

Replace and press any key when ready

232IO SYSMSDOS SYS232232Uк насилие побуждает к мобилизации своих собственных сил,то другие

ирою ивопоставляют силе доброту.Даже рабы чудовища Дамофила проявили

некоторую человечность, пощадив его молодую дочь, тогда как хозяин и

его жена были зверски растерзаны. В полулегендарных еврейских воспоми-

наниях об испытаниях, выпавших на долю палестинского еврейства, сопро-

тивлявшегося политике Антиоха Епифана, направленной на эллинизацию ев-

реев,пассивное сопротивление под страхом пытки и смерти старого книж-

ника Елеазара, семи братьев Маккавеев (9) и их матери предшествует во-

енному сопротивлению Иуды Маккавея. В истории Страстей Иисуса есть два

поучения, противоположных по своему содержанию. Сначала Иисус говорит:

"Но теперь, кто имеет мешок, тот возьми его, также и суму; а у кого

нет, продай одежду свою и купи меч" (Лука 22, 36),- и сразу же после

этого следует: "Они сказали: Господи! вот, здесь два меча. Он сказал

им: довольно" (Лука 22, 38). Таким образом, Иисус и перед

348

лицом ареста отказывается обратиться к мечу. "Бывшие же с ним, видя, к

чему идет дело, сказали Ему: Господи! не ударить ли нам мечом? И один

из них ударил раба первосвященника и отсек ему правое ухо. Тогда Иисус

сказал: оставьте, довольно; и, коснувшись уха его, исцелил его" (Лука

22, 49-51). В следующей главе апостолы всячески уклоняются от примене-

ния силы. "Мужи израильские! подумайте сами с собою о людях сих, что

вам с ними делать. Ибо незадолго пред сим явился Февда, выдавая себя

за кого-то великого, и к нему пристало около четырехсот человек; но он

был убит, и все, которые слушались его, рассеялись и исчезли. После

него во время переписи явился Иуда Галилеянин (10) и увлек за собою

довольно народа; но он погиб, и все, которые слушались его, рассьппа-

лись. И ныне говорю вам: отстаньте от людей сих и оставьте их: ибо ес-

ли предприятие и это дело от человеков, то оно разрушится; а если от

Бога, то вы не можете разрушить его; берегитесь, чтобы вам не оказать-

ся и богопротивниками" (Деян. 5, 35-39).

В этом сюжете можно заметить, что на один и тот же вызов следует

два ответа, и эти ответы не только отличаются по своему характеру, но

и прямо противоположны и несовместимы. Доброта - это подлинное выраже-

ние воли пролетариата отделиться. К этому в конце концов стремится и

воинственное крыло, ибо добрые мученики Второй Книги Маккавеев являют-

ся непосредственными предшественниками фарисеев, а фарисеи - "те, ко-

торые отделяются",- имя, которое они сами себе дали и которое обозна-

чает "уходящие", или "схизматики". Существует два способа взметнуть

пыль на площадях и на исторической арене: это путь насилия и путь доб-

ра. Восточный пролетариат эллинистического общества пользовался обоими

этими способами, и насилие в конце концов уничтожило самое себя. Исто-

рия выбирает доброту.

Однако добро пробивает себе дорогу медленно. Мученики в 167 г.

до н.э. были преданы Хасмонеями, а быстрый и прямой успех оружия ока-

зался столь искусителен даже для ближайших сподвижников Иисуса, что

предсказания Учителя сбылись самым трагическим образом. Петр поначалу

убеждал Иисуса, что этого не произойдет (Матф. 10, 21-26), но в решаю-

щий момент апо стол оказался деморализованным и начисто забыл о том,

что было завещано ему всего несколько часов назад. "Хотя бы надлежало

мне и умереть с Тобою, не отрекусь от Тебя. Подобное говорили и все

ученики" (Матф. 26, 35). Однако, как только Иисус приказал Петру уб-

рать меч, "тогда все ученики, оставивши Его, бежали" (Матф. 26, 56).

Путь доброты был утвержден распятым Иисусом раз и навсегда. "А мы про-

поведуем Христа распятого, для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие"

(1 Кор. 1, 23). Спустя несколько месяцев после Распятия Гамалиил (11)

заметил, что ученики Иисуса не дают повода Богу отвернуться от них; а

через неско-

349

лько лет ученик Гамалиила Павел стал проповедовать распятого Христа.

Это болезненное, но чрезвычайно плодотворное обращение первого

поколения христиан от Силы к Доброте было следствием отказа от матери-

альных упований; и то, что Распятие сделало для последователей Иисуса,

для правоверного еврейства сделало разрушение Иерусалима в 70 г. н.э.

К тому времени христианство распространилось среди эллинистического

пролетариата вне пределов Палестины, так что молодую церковь уже не

подстерегала катастрофа, постигшая ее дома. В 70 г. еврейская христи-

анская церковь в Иерусалиме уже была превзойдена греческой христианс-

кой церковью в Антиохии, бывшей столице Селевкидов. Но предупреждение,

вложенное в уста евангельского Иисуса, предписывающее христианам Иудеи

бежать в горы, когда увидят они "мерзость запустения" - вооруженное

язычество,- было принято к сведению по меньшей мере одним правоверным

еврейским ученым.

Прежде чем петля Римского окружения затянулась вокруг Святого

Города, рабби Йоханан бен Заккай принял самостоятельное решение пор-

вать с традицией воинственности, завещанной Иудой Маккавеем. Отвергая

нетерпимость еврейских пилотов, он удалился в ничейную землю, а затем

вновь появился среди римлян, проповедуя свое учение. Волны неизбежной

катастрофы в конце концов настигли его в филистимлянском городе Явне,

где он основал школу (12). И когда ученик его, принесший недобрые вес-

ти, в отчаянии воскликнул: "Горе нам, ибо рушится месго, где они вер-

шат примирение за грехи Израиля!" - учитель ответил: "Сын мой, не го-

рюй, у нас есть свое примирение; и что может сравниться с даром добро-

ты? а Словом и делом Йоханан бен Заккий учил обращению от Силы к Доб-

роте, и его учение легло в осиову этоса нового еврейства, которое вы-

жило, хотя и как реликт, в чуждом и враждебном окружении, сохранилось

до настоящего времени, не проявляя даже признаков покорности преследу-

ющим их невзгодам.

Если изменение духа ортодоксального еврейства со времени разру-

шения Иерусалима в 70 г. н.э. позволило народу выжить как реликту, со-

ответствующее изменение духа последователей Иисуса, наступившее после

Распятия, открыло для христианской церкви возможности новых больших

завоеваний. Христиане вышли нетронутыми из местной катастрофы, которая

из-за воинственности еврейских зилотов обрушилась на само еврейство; и

хотя христианская вера вскоре была провозглашена запрещенной религией,

официальная политика в отношении христиан в течение первых двух веков

н.э. была достаточно мягкой. Во время упадка эллинизма преследования,

которым подвергались христиане, возникали спорадически и проводились

непоследовательно. Церковь не испила горькой чаши до дна и не была

крещена в купели своего Основателя и Учителя (Матф. 20, 22). Так было

вплоть до Ш в.,

350

когда весь эллинский мир захлестнула стихия анархии наподобие той, что

бушевала в течение последних двух столетий до христианской эры. На

этот вызов христианская церковь ответила добротой Елеазара и Семи

Братьев, а не насилием Иуды Маккавея (Молота); и воздаянием было обра-

щение эллинистического правящего меньшинства в христианство. В следую-

щем испытании,которое пришло на рубеже IV-V вв., когда обращенная

Римская империя рухнула, Церковь вновь ответила в своей традиционной

манере; и на сей раз воздаянием было обращение варваров. В эпоху, ког-

да пустые, безверные слова "Phasti Triumphales" (13) были начертаны на

камне Капитолия и глубокое военное и политическое банкротство постигло

всю государственную римскую систему, Церковь явила миру один из наибо-

лее удивительных триумфов христианской доброты. Властью, которая дейс-

твовала столь неотразимо просто потому, что противопоставляла Силе яв-

ление совсем иного порядка - Доброту,- папа Лев остановил Аттилу на

его пути к Риму (14). А святой Северин становигся освободителем верх-

недунайских провинций, разоренных войной и неумелым управлением. Мы

видим, как он берется за дело без защиты, поддержки, подготовки, и во-

инственный вождь алеманнов дрожит в его присутствии, как никогда не

дрожал во время битвы (15).

Таким образом, история эллинистического внутреннего пролетариата

выступает в двух линиях - насилия и доброты,- линиях несовместимых и

пребывающих в постоянном противоборстве. Причем Доброта через трудный

и болезненный Опыт постепенно берет верх.

По мере понимания эллинской драмы становится все более очевидно,

что основное действующее лицо ее - пролетариат. Найдем мы тому подт-

верждения и в духовной истории эллинского правящего меньшинства. Неп-

риятие Петром сверхчеловеческого смирения Иисуса перед лицом незаслу-

женной смерти пред восхищается в поколении надлома Афин, в попытке

Критона менее неожиданной, чем Петра, но не менее наивной по своей су-

ти,- побудить Сократа к бегству из тюрьмы, где он находится в ожидании

исполнения несправедливого смертного приговора. Победа Доброты над На-

силием в душах Петра, Павла и Йохана на бен Заккая находит свои парал-

лели в широте взглядов Александра, в милосердии Цезаря и покаянии Ав-

густа (16).

Эллинистическое правящее меньшинство дало афинянина Сократа, от-

ца греческой философии, и римлянина Августа, основателя универсального

государства. Эти два выдающихся творения - памятники деятельности аль-

труистов, которых правящее меньшинство воспитало на абсолютной край-

ности той духовной гаммы, противоположный полюс которой давал завоева-

телей, расточителей и палачей. Если это так, то эллинистический внут-