Файл: Тойнби.doc

есть прозрение всеобщего единства через осознание единства человечест-

ва с Космосом и единение его с Богом.

Обратившись наконец к плану жизни, мы снова встретимся с двумя

парами альтернативных реакций. Здесь, однако, картина существенно от-

личается от той,что мы наблюдали,рассматривая сферу поведения и сферу

чувства.С одной стороны,альтернативы, которые замещают единое движе-

ние, характерное для стадии роста, здесь всего лишь вариации этого

движения. Во-вторых, указанные альтернативы это вариации движения, уже

описанного нами ранее как трансференция поля действия из макрокосма в

микрокосм. В-третьих, варианты образа жизни, характерные для распадаю-

щейся цивилизации, отличаются друг от друга столь глубоко,что их можно

назвать полярными. В одном случае преобладает дух насилия, в другом -

дух добра.

Мы могли бы определить один путь как пугь Насилия, а другой - как

путь Добра, и это не было бы просто образным выражением, ибо пропасть

между Насилием и Добротой - это существенная черта в сюжете духовной

драмы жизни, ибо общественные процессы протекают зачастую скрыто от

нас.

Итак, обратимся непосредственно к историческому исследованию. На-

сильственный путь при пассивной реакции - архаизм, при активной - фу-

туризм. Путь добра - пассивная реакция, выраженная в отделении или от-

шельничестве, активная реакция-в преображении.

Архаизм и футуризм (2) - две альтернативные попытки заменить

простой перенос во временном измерении на перенос поля действия с од-

ного духовного плана на другой, который характеризует движение роста.

Как в архаизме,так и в футуризме попытка жить в микрокосме вместо мак-

рокосма отвергается в пользу Утопии, которая, возможно, могла бы стать

действительностью, не будь вызова, обусловившего перемену в духовном

климате. В Утопии воплощено то, что должен был сделать внутренний ну-

360

ховный космос, в виде как бы Другого мира; но Другой мир в бледной и

неудовлетворительной форме есть отрицание макрокосма в текущем настоя-

щем, макрокосма здесь и сейчас. Душа, обескураженная открытием, что ей

уготовано сыграть свою жизненную роль в трагедии социального распада,

не может, тем не менее, отрицать все, в противном случае она должна

совершить духовное самоубийство. Вместо того чтобы пытаться совершить

страшный переход от макрокосма к микрокосму, она стремится теперь сле-

довать голой букве Закона Жизни, совершая переход, который никак не

связан с уходом с уровня макрокосма на иной духовный уровень, на новую

духовную высоту или глубину. Это предполагает необходимость свершения

того, что предопределено ее движением от макрокосма, каким он сущест-

вует сегодня, к цели, которая есть лишь другое состояние макрокос-

ма-то, каким он был когда-то в Прошлом иликаким онсможетстать в Буду-

щем.

Архаизм можно определить как уход от подражания современникам к

мимесису предков. Иными словами,это уход от динамического движения ци-

вилизации к статическому состоянию примитивного человечества в его

последней фазе. Кроме того, архаизм можно рассматривать как пример по-

пытки замахать трещины, возникшие в результате надлома и начинающегося

распада цивилизации. Этой цели служат все человеческие Утопии. В ана-

логичных понятиях футуризм можно определить как полное отрицание вооб-

ще любого мимесиса. Примеров для подражания тогда не видят ни в насто-

ящем,ни в прошлом,ни в творчестве,ни в консерватизме. Это одна из по-

пыток насильственного свершения перемены. В случае успеха он может

привести к социальной революции, которая, не достигнув своей цели, пе-

реходит затем в реакцию. В сущности, футуризм в сравнении со статичес-

кой неподвижностью архаизма представляет собой бесконечный бег в коле-

се (на манер старой тюремной пытки (3)). Бесплодность подобного рево-

люционного движения хорошо выражена в саркастическом афоризме: "Чем

глубже перемены, тем уже выбор..."

Как футуризм, так и архаизм в конечном итоге приводят к разруши-

тельному Насилию - даже в том случае, когда вожди и по темпераменту, и

в силу убеждений своих являются сторонниками Доброты. Если обратиться

к эллинистической и сирийской истории, то можно заметить, что власть

Насилия, усиленная культом архаизма в одном случае и футуризма - в

другом, была в конечном счете ослаблена удивительным воскрешением того

самого духа Доброты, которая наставила отступить волну Насилия. В эл-

линистическом правящем меньшинстве группа завоевателей, расточителей и

палачей в течение двух последних столетий до н.э., беспрепятственно

распространявшая свою волю и власть на расколотый мир, вырастила новое

плетя,- племя государственных служащих с сознанием долга и способ-

ностью организовывать и удерживать в своих руках универсальное госу-

дарство.

Аналогичным образом в сирийском крыле эллинистического

361

внутреннего пролетариата произошел крах попытки династии Хосмонеев ус-

тановить силой оружия мессианское царство в этом мире. Эта попытка

имела место между наплывами двух волн (Селевкиды и римляне). Но под-

линное мессианское дело было продолжено победою царя Иудейского,слугам

которого было запрещено насилие, потому что царство его не от мира се-

го (Иоанн 18, 36). В следующем же поколении, когда стало ясным пораже-

ние Иоанна из Гисхалы и Шимона из Гиоры (4), в самый момент уничтоже-

ния появилась фигура Йохагына бен Заккая с проповедью непротивления.

Каким же образом в обоих случаях волна Насилия, которая, казалось, уже

смела все на своем пути, в конце концов отступила, уступив место Доб-

ру? В каждом из этих случаев переход от Насилия к Добру ознаменовался

изменением в образе жизни. В душах римской части эллинистического пра-

вящего меньшинства идеал архаизма был заменен идеалом самоуглубления,

в душах же еврейской части эллинистического внутреннего пролетариата

идеал футуризма был заменен идеалом преображения.

Пытаясь проникнуть в духовные глубины,которые вполне могут ока-

заться недоступными для фондирования,начнем с установления различий

между отделением и преображением, с одной стороны, и архаизмом и футу-

ризмом - с другой, а затем рассмотрим, насколько и в чем отделение

(отшельничество) отличается от преображения.

Преображение и отделение отличаются от фугуризма и архаизма под-

линной переменой в духовном климате, а не просто переносом во времени

(вспомним, что частная форма переноса поля действия из макрокосма в

микрокосм была определена нами как критерий роста цивилизации). В каж-

дом случае конечная цель движения - умозрительное царство, представля-

ющееся идеалом,- обнаруживается либо в прошлом, либо в будущем, но в

обоих случаях - на земле. Эта общая земная основа, пожалуй, единствен-

ная точка соприкосновения.

Образ жизни, который зачастую называют отшельническим, имеет

много и других названий. В распадающемся эллинисгическом мире стоики

выбирали состояние "неуязвимости". Эпикурейцы удалялись в состояние

"невозмутимости". Распадающийся индский мир побуждал буддистов уда-

литься в состояние "неизменности" (асамскрата) или "неподвижности"

(нирвана), где нет ни ветра, ни огня. Положительное содержание понятия

"нирвана" еще труднее для понимания, чем соответствующие эллинистичес-

кие аналоги, ибо самые авторигетные его толкования так и не проясняют

вопроса. Однако положительное понимание отшельничества, может быть, не

только не

362

нужно, но даже и излишне; ибо все четыре приведенных выше названия

этого состояния - два греческих и два санскритских - не случайно имеют

отрицательные префиксы, так как именно эта отрицательность и является

сущностью подобного образа жизни.

Этот образ жизни уводит от Мира сего; цель его - обрести убежище.

И именно уход из посюстороннего Мира наиболее привлекателен для чело-

века, избравшего этот путь. Философотшельник сознательно налагает на

себя многочисленные ограничения и подчиняет себя жесткой дисциплине,

считая это путем к духовному самосовершенствованию. Импульс, движущий

им, есть импульс отказа, а не импульс стремления. Философ видит в ус-

пешном удалении от Мира сего истинную и высшую цель Человека. Эллинс-

кие философы изображали состояние освобожденного мудреца как состояние

блаженного созерцания. Это и интеллектуальная радость восхищения со-

вершенной геометрической фигурой, и наслаждение от наблюдения за кру-

говращением светил, и эмоциональное блаженство от экстатического союза

с божественной стихией Вселенной. Платон первым продемонстрировал дос-

тоинства этих ценностей. Однако в притче о Пещере Платон не отрекается

полностью от радостей земных, за что и упрекает его Плотин, отвергая

платоновское желание вернуться из мира иного в мир сей; а Сиддхартха

Гаутама безоговорочно считает, что если удалось порвать с этим миром,

то не может быть и речи о возвращении в него.

Несознаваемая и нейтральная нирвана, или "град Зевса", как фило-

софская цель движения отшельничества представляет собой полную антите-

зу Царству Небесному, или Граду Божьему, путь куда пролагается религи-

озным опытом Преображения. "И когда фарисеи подступили и потребовали

ответить, когда настанет Царствие Небесное, Он отвечал им и сказал:

"Царствие Божие невидимо; нельзя сказать - Оно здесь! или Оно там! ибо

Царствие Божие внутри вас" (Лука 17, 20-21).

Здесь напрашивается аналогия с вечно меняющимся космосом, каким

он предстает в свете современного научного знания. Можно утверждать,

что Царствие посюстороннего мира одержимо и пропитано идеей Града

Божьего, как материя пронизана радиацией. Эти два царства несопостави-

мы в Пространстве и Времени, поскольку только к одному из них примени-

мы эти измерения. Другое же всеохватно и присутствует всюду и всегда.

Равным образом Душа, стремящаяся возвыситься от низшего к высшему,

найдет свой путь, не сводя на нет измерения предыдущего духовнего сос-

тояния, но скорее пытаясь увеличить их до бесконечности. Подобно тому

как ученый ощущает закон природы в движущейся материи,Душа через Божию

Благодать ощущает вездесущность Господа.

Ясно, что Град Божий положителен по своей природе, тогда как Град

Зевса - отрицателен. И если путь отшельничества, кото-

363

рый ведет в Град Зевса, является чистым проявлением движения ухода,

причем ухода без возврата, то путь Преображения, ведущий к Граду Божь-

ему, представляет собой движения Уходаи-Возврата. Процесс этот проис-

ходит в сфере духа, и этим он отличается от аналогичных процессов, ко-

торые мы наблюдали в ходе роста цивилизаций.

В силу того, что каждый человек обладает уникальным духовным опы-

том, справедливо да полагать, что можно вывести определеный опыт, ха-

рактерный для целых групп распадающегося общества? Если бросить взгляд

назад, то мы заметим, что все четыре рассмотренных альгернативных пути

- пассивное удаление и активный самоконтроль, пассивное безразличие и

активное чувство греха - наличествуют как среди представителей правя-

щего меньшинства, так и в среде пролетариата. С другой стороны, когда

мы приближаемся к анализу путей поведения и чувства в общественной

сфере, нам следует провести четкое различие между пассивной и активной

парами. Два пассивных социальных феномена - одержимость бездельем и

чувством промискуитета (6) - сначала появляются в массах пролетариата,

а затем распространяются на ряды правящего меньшинства. Два активных

социальных феномена - тяга к мученичеству и поиск солидарности - сна-

чала появляются в рясах правящего меньшинства, а затем распространяют-

ся на Массы пролетариата. Наконец, если мы рассмотрим четыре альтерна-

тивьг жизненного пути, то увидим, что здесь, напротив, пассивная пара

ближе правящему меньшинству, а активная - пролетариату. Архаизм и от-

шельничество захватывают ряды правящего меньшинства,и если архаизм

способен найти последователей среди внешнего пролетариата, то он ни-