Файл: Диоген.doc

к Лаодаманту-2 книги, <О понимании>, к Пифопак-

ту - 3 книги, <Доказательства, что мудрец не подвер-

жен мнениям>, <О постижении, знании и незнании>.

33U

4 книги, <О разуме> 2 книги, <О пользе разума>,

к Лептину. Сборник второй: <О том, что древние при-

зтяавали диалектику с доказательствами>, к Зенону -

2 книги, <О диалектике>, к Аристокреопту - 4 книги, 202

<О возражениях против диалектиков> 3 книги, <О ри-

торике>, к Диоскуриду - 4 книги. Сборник третий:

<О совладашш>, к Клеопу - 3 книги, <Об искусстве

и безыскуспости>, к Аристокреонту - 4 книги, <О раз-

личии добродетелей>, к Диодору - 4 книги, <О каче-

ствах добродетелей>, <О добродетелях>, к Поллию -

2 книги.

По этической области - о добре и зле. Сборник

первый: <О прекрасном и о наслаждении>, к Аристо-

креонту - 10 книг, <Доказательства, что наслаждение

не есть предельная цель>-4 книги, <Доказательства,

что наслаждение не есть благо>-4 книги, <О дово-

дах в пользу...> 87......

КНИГА ВОСЬМАЯ

1. ПИФАГОР

1 Теперь, когда мы обошли всю ионийскую фило-

софию, что вела начало от Фалсса, и упомянули и ns-'ii

всех, кто достопн упоминания, перейдем к философии

италийской, которой положил начало

Пифагор, сын Мчесарха - камнереза, родом сами-

сец (как говорит Гормипп) или тирреиец1 (как гово-

рит Аристоксен) с одного из тех островов, которыми

завладели афиняне, выгнав оттуда тирренцев. Некото-

рые же говорят, что он был сын Мармака, внук Гин-

паса, правнук Евтифрона, праправнук Клеонима, фля-

унтского изгнанника, и так как Мармак жил на Само-

се, то и Пифагор называется самосцем.

2 Переехав на Лосбос, он через своего дядю Зоила по-

знакомился там с Ферекпдом. А изготовив три сере-

бряные чаши, он отвез их в подарок египетским жре-

цам. У него были два брата, старший Евном и млддший

Тнррен, и был раб Замолксис, которого геты почптл-

ют Кропосом и приносят ему жертвы (по словам Геро-

дота2). Он был слушателем, как сказано3, Ферекида

Сиросского, а после смерти его поехал на Самое слу-

шать Гермодаманта, Креофилова потомка4, уже старц;!.

Юный, но жаждущий знания, он покипул отечество

д.;!я посвящения во все таинства, как эллинские, та:>

3 и варварские: он появился в Египте, и Поликрат ве-

рительным письмом свел его с Лмасисом, он выучил

египетский язык (как сообщает Аптифонт в книга

<О первых в добродетели>), он явился и к халдеям и

к магам. Потом на Крите он вместе с Эпименидом спу-

стился в пещеру Иды, как и в Египте в тамошние

святилища, и узнал о богах самое сокровенное. А вор-

^г

пувшись на Самое и застав отечество под тирапнией

Поликрата, он удалился в италийский Кротон; там

он написал законы для италийцев и достиг у них ве-

ликого почета вместе со своими учениками, числом

до трехсот, которые вели государственные дела так

отменно, что поистине это была аристократия, что зна-

чит <владычество лучших>.

О себе он говорил (по словам Гераклида Понтий-*

ского), что некогда он был Эфалидом и почитался сы-

ном Гермеса; и Гермес предложил ему на выбор лю-

бой дар, кроме бессмертия, а он попросил оставить ему

и живому и мертвому память о том, что с ним было.

Поэтому и при жизни он помнил обо всем, и в смерти

сохранил ту же память. В последствии времени он

пошел в Евфорба, был ранен Мепслаем5; и Евфорб

рассказывал, что он был когда-то Эфалидом, что полу-

чил от Гермеса его дар, как странствовала его душа,

в каких растениях и животных она оказывалась, что

претерпела она в аиде и что терпят там остальные

души. После смерти Евфорба душа его перешла в Гер 5

мотима, который, желал доказать это, явился в Брап-

хиды и в храме Аполлона указал нлгг, посвященный

богу Менелаем,- отплывая от Трои, говорил он, Ме-

пелай посвятил Аполлону этот щит, а теперь он уже

весь прогнил, оставалась только обделка из слоновой

кости. После смерти Гермотима он стал Пирром, де-

лосским рыбаком, и по-прежнему все помнил, как он

был сперва Эфалидом, потом Евфорбом, потом Гер-

мотимом, потом Пирром. А после смерти Пирра он

стал Пифагором и тоже сохранил память о5о всем

пышесказанпом.

Некоторые говорят г.здор, будто Пифагор не оста- в

вил ни одного писаного сочинения. Но сам физик Гера-

клит чуть но в голос кричит: <Пифагор, сын Мпеси-

лоха, превыше всех людей занимался изысканиями и,

отобрав зти сочинения°, создал свою мудрость, свое

многознание, свое дурноиисание>. Так он судит потому,

что сам Пифагор в начале сочинения <О природе> ни-

шет: <Нет, клянусь воздухом, которым дышу, клянусь

водой, которую пью, не приму я хулы за эти слова...>

В действительности же Пифагором написаны три со-

чинения- <О воспитании>, <О государстве> и <О при-

роде>. А сочинение, приписываемое Пифагору, при-?

надлежит Лисиду, тарептипскому пифагорейцу, который

бежал в Фивы и был учителем Эпаминонда. Да-

лее, Гераклид, сын Сарашюна, в <Обзоре Сотиоиа>

утверждает, что Пифагор написал, во-первых, книгу

в стихах <О целокупном>, во-вторых, <Священное сло-

во>, которое начинается так:

Юноши, молча почтите вниманием это пещапье...

в-третьих, <О душе>, в-четвертых, <О благочестии>,

в-пятых, <Элофал, отец Эппхарма Косского>, в-шестых,

<Кротон> и другие произведения; но <Слово о таин-

ствах> написано Гиппасом, чтобы опорочить Пифагора,

и многие сочинения Лстопа Кротонского тоже припи-

8 Сываются Пифагору. Далее, Аристоксен утверждает,

что большая часть этических положений взята Пифа-

гором у Фемнстоклеи, дельфийской жрицы; а Ион

Хиосский в <Триадах> утверждает, будто кое-что сочи-

ненное он приписал Орфею. Ему же, по рассказам, при-

надлежат <Копиды>, которые начинаются: <Ни перед

кем не бесстыдствуй...>

Сосикрат в <Преемствах> говорит, что на вопрос

Леопта, флиунтского тиранна, кто он такой, Пифагор

ответил: <Философ>, что значит <любомудр>. Жизнь,

говорил он, подобна игрищам: иные приходят на них

состязаться, иные - торговать, а самые счастливые -

смотреть; так и в жизни иные, подобные рабам, рож-

даются жадными до славы и наживы, между тем как

философы - до единой только истины. Об этом доста-

точно.

в В трех вышеназванных сочинениях Пифагор вообще

говорит вот что. Он запрещает молиться о себе, потому

что в чем наша польза, мы не знаем. Пьянство име-

нует он доподлинною пагубой и всякое излишество

осуждает: ни в питье, ни в пище, говорит он, не долж-

но преступать соразмерности. О похоти говорит он

так: <Похоти уступай зимой, не уступай летом; менее

опасна она весной и осенью, опасна же во всякую пору

и для здоровья нехороша>. А на вопрос, когда надобно

слюбляться, ответил: <Всякий раз, как хочешь обес-

силеть>.

ю Жизнь человеческую он разделял так: <Двадцать

лет - мальчик, двадцать - юнец, двадцать - юноша,

двадцать - старец. Возрасты соразмерны временам го-

да: мальчик - весна, юнец - лето, юноша - осень, ста-

рец - зима>. (Юнец у него - молодой человек, юно-

334

та - зрелый муж.) Он первый, по словам Тимея, ска-

зал: <У друзей все общее> и <Дружба есть равенство>.

И впрямь, его ученики сносили все свое добро воедино.

Пять лет они проводили в молчании, только внимая

речам Пифагора, но не видя его, пока не проходили

испытания7; и лишь затем они допускались в его жи-

лище и к его лицезрению. Кипарисовыми гробами они

не пользовались, потому что из кипариса сделан ски-

петр Зевса (об этом говорит Гермипп во II книге

<О Пифагоре>).

Видом, говорят, был он величествен, и ученикам ii

казалось, будто это сам Аполлон, пришедший от ги-

пербореев8. Рассказывают, что однажды, когда он раз-

делся, у него увидели золотое бедро, а когда он пере-

ходил реку Несс, многие уверяли, что она воззвала

к нему с приветствием. И Тимей (в книге I <Истории>)

пишет, что сожительницам мужей он давал божествен-

ные имена, называя их Девами, Невестами и потом Ма-

терями 9.

Это он довел до совершенства геометрию после тоге,

как Мерид открыл ее начатки (так пишет Антиклид

во II книге <Об Александре>). Больше всего внимания

он уделял числовой стороне этой науки. Он же открыл ia

и разметку монохорда 10; не пренебрегал он и наукой

врачевания. А когда он нашел, что в прямоугольном

треугольнике квадрат гипотенузы равен квадрату ка-

тетов, то принес богам гекатомбу" (как о том гово-

рит Аполлодор-считатель); и об этом есть такая эпи-

грамма:

В день, когда Пифагор открыл свой чертеж знамени-

тый,

Славную он за него жертву быками воздвиг 12.

Говорят, он первый стал держать борцов на мяс-

ной пище, и первого среди них - Евримена (так

утверждает Фаворин в III книге <Записок>), между

тем как раньше они укрепляли тело сухими смоквами,

мягким сыром и пшеничным хлебом (как сообщает

тот же Фаворин в VIII книге <Разнообразного повест-

вования>). Впрочем, некоторые утверждают, что такое 13

питание установил не философ Пифагор, а какой-то

Пифагор-умаститель, ибо философ запрещал даже уби-

вать животных, а тем более ими кормиться, ибо живот-

ные имеют душу, как и мы (такой он называл предлог,

335

ла самом же деле, запрещая животную пищу, оц

приучал и приноравливал людей к простой жизни,

чтобы они пользовались тем, что нетрудно добыть, ели

певареную снедь и цили простую воду, так как только

и этом-здоровье тела и ясность ума). Разумеется,

единственный алтарь, которому он поклонялся, был

делосский алтарь Аполлона-Родителя, что позади ал-

таря, сложенного из рогов 13,- ибо на нем приносят

лишь безогнениые жертвы: пшеницу, ячмень и лепеш-

ки, а жертвенных животных - никогда (так говорит

Аристотель в <Государственном устройстве дслосцсп>).

к Говорят, он первый заявил, что душа совершает

круг неизбежности, чередою облекаясь то в одну, то

в другую жизнь; первый ввел у эллинов меры и веса

(так говорит Арцстоксен-музыковед); первый сказав,

что Геспер и Фосфор - одна и та же звезда (так го-

ворит Парменпд) 14.

Он внушал такое удивление, что даже ближних его

называли вещателями божьего гласа15; сам же n;f