Файл: Диоген.doc

разума быть счастливым: всегда ведь лучше, чтобы

хорошо задуманное дело не было обязано успехом

случаю.

Обдумывай же эти и подобные советы днем и но-

чью, сам с собою и с тем, кто похож на тебя, и тебя

не постигнет смятение ни наяву, ни во сне, а будешь

ты жить, как бог среди людей. Ибо кто живет среди

бессмертных благ, тот и сам ни в чем не сходствует

со смертными>.

Гадание он отрицает в других своих сочинениях,

например в <Малом обзоре>91; он говорит: <Гадания

не существует, а если бы оно существовало, то пред-

сказываемое следовало бы считать совершающимся по-

мимо нас>.

Таковы его мнения об образе жизни; в других мес-

тах он рассуждает об этом пространнее.

136 От киренаиков он отличается представлением о на-

слаждении: те не признают наслаждения в покое, а

только в движении, Эпикур признает и то и другое

наслаждение как души, так и тела и говорит об этом

в книгах <О предпочтении и избегании>, <О конечной

цели>, в I книге <Об образе жизни> и в письме к ми-

тиленским философам. То же самое говорит и Диоген

в XVII книге <Выборок>, и Метродор в <Тимократе>:

<Наслаждение имеется в виду как то, которое в движе-

нии, так и то, которое в покое>. А сам Эпикур в книге

<О предпочтении> пишет так: <Наслаждения в покое -

это безмятежность и безболезненность, наслаждения

в движении - радость и удовольствие>.

436

Другое его отличие от киренаиков: те полагают, что 137

телесная боль хуже душевной, потому и преступники

наказываются телесной казнью; Эпикур же считает

худшей душевную боль, потому что тело мучится лишь

бурями настоящего, а душа - и прошлого, и настоя-

щего, и будущего. Точно так же и наслаждения ду-

шевные больше, чем телесные.

В доказательство, что конечная цель есть наслаж-

дение, он указывал., что все живые существа с самого

рождения радуются наслаждению и уклоняются от

страдания, делая это естественно и без участия разума.

Стало быть, предоставленные самим себе, мы стороним-

ся боли; даже Геракл, снедаемый отравленным хито-

ном, кричит:

...Грыз и вопил, и стонам откликались

Локриды горы и Евбеи скалы...92

Точно так же и добродетели для нас предпочти- 138

тельны не сами по себе, а ради приносимого ими на-

слаждения, как лекарство - ради здоровья,- так ни-

шет Диоген в XX книге <Выборок>, называя при этом

<обучение> <развлечением>. А Эпикур говорит, что

добродетель одна неотделима от наслаждения, между

тем как все остальное отделимо, как, напри-

мер, еда.

Но пора уже, так сказать, подвести черту под всем

этим моим сочинением и под жизнеописанием нашего

философа, приведя в заключение его <Главные мысли>,

чтобы концом книги послужило начало счастья93.

<I. Существо блаженное и бессмертное ни само за- 139

бот не имеет, ни другим не доставляет, а поэтому не

подвержено ни гневу, ни благоволению: все подобное

свойственно слабым. //В других местах он говорит, что

боги познаваемы разумом, одни - существуя в виде

чисел, другие - в подобии формы, человекообразно воз-

никая из непрерывного истечения подобных видностей,

направленного в одно место.//

II. Смерть для нас ничто: что разложилось, то не-

чувствительно, а что нечувствительно, то для нас

ничто.

III. Предел величины наслаждений есть устранение

всякой боли. Где есть наслаждение и пока оно есть,

там нет ни боли, ни страдания, ни того и другого вме-

сте.

437

но IV. Непрерывная боль для плоти недолговременна,

В наивысшей степени она длится кратчайшее время; в

степени, лишь превышающей телесное наслаждение,-

немногие дни; а затяжные немощи доставляют плоти

больше наслаждения, чем боли.

V. Нельзя жить сладко, не живя разумно, хорошо

и праведно; и нельзя жить разумно, хорошо и пра-

ведно, не живя сладко. У кого чего-нибудь недостает,

чтобы жить разумно, хорошо и праведно, тот не может

жить сладко.

VI. Чтобы жить в безопасности от людей, любые

средства представляют собой естественные блага.

1*1 VII. Некоторые хотят стать знаменитыми и быть

на виду у людей, надеясь этим приобрести безопасность

от людей. Если жизнь их действительно безопасна, зна-

чит, они достигли естественного блага; если не безопас-

на - значит, они так и не достигли того, к чему по

природному побуждению стремились с самого начала.

VIII. Никакое наслаждение само по себе не есть

зло; но средства достижения иных наслаждений до-

ставляют куда больше хлопот, чем наслаждений.

142 IX. Если бы всякое наслаждение сгущалось и со

временем охватывало весь наш состав или хотя бы

главнейшие части нашей природы, то между наслаж-

дениями утратились бы различия.

X. Если бы то, что услаждает распутников, рассей-.

вало страхи ума относительно небесных явлений, смерч

ти, страданий, а также научало бы пределу желаний,

то распутники не заслуживали бы никакого порицания,

потому что к ним отовсюду стекались бы наслажде-

ния, и ниоткуда - боль и страдание, в которых заклю-

чается зло.

XI. Если бы нас не смущали подозрения, не имеют

ли к нам какого отношения небесные явления или

смерть, и если бы не смущало неведение пределов стра<

даний и желаний, то нам незачем было бы даже из-

учать природу.

143 XII. Нельзя рассеивать страх о самом главном, не

постигнув природы Вселенной и подозревая, будто в

баснях что-то все-таки есть. Поэтому чистого наслаж-

дения нельзя получить без изучения природы.

XIII. Бесполезно добиваться безопасности меж лю-

дей, если сохранять опасения о том, что в небе, под

землей и вообще в бесконечности,

438

XIV. Безопасность от людей до некоторой степени

достигается с помощью богатства и силы94, на которую

можно опереться, вполне же - только с помощью по-

коя и удаления от толпы.

XV. Богатство, требуемое природой, ограниченно и 144

легко достижимо; а богатство, требуемое праздными

мнениями, простирается до бесконечности.

XVI. Случай мало имеет отношения к мудрому: все

самое большое и главное устроил для него разум, как

устраивает и будет устраивать во все время его жизни.

XVII. Кто праведен, в том меньше всего тревоги,

кто неправеден, тот полон самой великой тревоги.

XVIII. Наслаждение плоти не увеличивается, а

только разнообразится, если устранить боль от недо-

статка. Наслаждение же мысли достигает предела в

размышлении о тех и таких вещах, которые прежде

доставляли мыслям наибольший страх.

XIX. Бесконечное время и конечное время содержат "5

равное наслаждение, если мерить его пределы разу-

мом.

XX. Для плоти пределы наслаждения бесконечны,

и время для такого наслаждения нужно бесконечное.

А мысль, постигнув пределы и конечную цель плоти

и рассеяв страхи перед вечностью, этим самым уже

приводит к совершенной жизни и в бесконечном вре-

мени не нуждается. При этом мысль ни наслаждений

не чуждается, ни при исходе из жизни не ведет себя

так, будто ей чего-то еще не хватило для счастья.

XXI. Кто знает пределы жизни, тот знает, как легко <4в

избыть боль от недостатка, сделав этим жизнь совер-

шенною; поэтому он вовсе не нуждается в действиях,

влекущих за собою борьбу.

XXII. Нужно держать в виду действительную цель

жизни и полную очевидность, по которой мерятся мне-

ния,- иначе все будет полно сомнения и беспорядка.

XXIII. Если ты оспариваешь все ощущения до еди-

ного, тебе не на что будет сослаться даже когда ты

судишь, что такие-то из них ложны.

XXIV. Если ты попросту отбрасываешь какое-нибудь 147

ощущение, не делая различия между мнением, еще

ожидающим подтверждения, и тем, что уже дано

тебе ощущением, претерпеванием и всяким образным

броском мысли, то этим праздным мнением ты приве-

дешь в беспорядок и все остальные чувства, так что

439

останешься без всякого критерия. Если же ты, напро-

тив, станешь без разбору утверждать и то, что еще

ожидает подтверждения, и то, что не ожидает его, то

и тут не избежишь ошибки, потому что так и оста-

нешься в сомнении при всяком суждении о том, что

правильно и что неправильно.

MS XXV. Если ты не будешь всякий раз сводить каж-

дое действие к естественной конечной цели95, а будешь

и в предпочтении и в избегании отклоняться к чему-

нибудь иному, то поступки твои не будут соответство-

вать словам.

XXVI. Все желапия, неудовлетворение которых не

ведет к боли, не являются необходимыми: побуждение

к ним легко рассеять, представив предмет желания

трудно достижимым или вредоносным.

XXVII. Из всего, что дает мудрость для счастья

всей жизни, величайшее - это обретение дружбы.

XXVIII. То же самое убеждение, которое внушило

нам бодрость, что зло не вечно и не длительно, усмот-

рело и то, что в наших ограниченных обстоятельствах

дружба надежнее всего.

149 XXIXL Желания бывают: одни - естественные и не-

обходимые; другие-естественные, но не необходимые;

третьи - не естественные и не необходимые, а порож-

даемые праздными мнениями. //Естественными и, необ-

ходимыми желаниями Эпикур считает те, которые из-

бавляют от страданий, например питье при жажде; ес-

тественными, но не необходимыми - те, которые толь-

ко разнообразят наслаждение, но не снимают страда-

ния, например роскошный стол; не естественными и

не необходимыми - например, венки и почетные

статуи.//

XXX. Естественные желания, неудовлетворение ко-

торых не ведет к боли, но в которых есть напряженное

стремление, происходят от праздных мнений; и если

они рассеиваются с трудом, то это не из-за естествен-

ности их, а из-за человеческого праздномыслия.

150 XXXI. Естественное право есть договор о пользе,

цель которого не причинять и не терпеть вреда.

XXXII. По отношению к тем животным, которые

не могут заключать договоры, чтобы не причинять

и не терпеть вреда, нет ни справедливости, ни не-

справедливости,- точно так же, как и по отношению

к тем народам, которые по могут или не хотят заклю-

чи

чать договоры, чтобы не причинять и по терпеть вреда.

XXXIII. Справедливость не существует сама по се-