Файл: Диоген.doc

астрономию, ц за его геометрию, и за прочие досто-

памятные труды. У него было три дочери - Актида,

ев Фильтида и Дельфида. Эратосфеп (в книге <К Ба-

тону>) говорит, что <Собачьи разговоры>-тоже его

сочинение; а другие - что их написали египтяне на

своем языке, а он их перевел и обнародовал для элли-

нов. Чтение его о богах, мироздании и небесных явле-

ниях слушал Хрисипп Книдский, сын Эринея (а о вра-

чевании слушал он Филистиопа Сицилийского). От Ев-

докса остались и отличные <Записки>. Сыном Евдокса

был Аристагор, а сыном Аристагора - Хрисипп, Аэт-

лиев ученик, погруженный мыслью в умозрение при-

роды, от которого известно <Главное лечение>.

во ЕВДОКСОВ было трое: первый-о котором идет речь,

второй - родосец, написавший историю, третий - си-

цилиец, сын Агафокла, комический поэт, трехкратный

победитель на городских Дионисиях и пятикратный -

на Ленеях71 (по свидетельству Аполлодора в <Хроно-

логии>). А мы обнаружили, что был и другой книдский

врач, о котором Евдокс в <Объезде земли> пишет, что

он советовал постоянно держать тело в движении вся-

ческими упражнениями, а равным образом и чувства.

Тот же Аполлодор сообщает, что расцвет Евдокса

Книдского приходится на 103-ю олимпиаду и что он

положил начало учению о кривых. Скончался он на

пятьдесят третьем году. Еще когда он был в Египте

у Хонуфида Гелиопольского, бык Апис облизал ему

плащ и тогда жрецы сказали, что будет он знаменит,

но недолговечен (так рассказывает Фаворин в <Запис-

ках>). У нас о ном есть такие стихи:

В1 Повествуют о Евдоксе, что в земле Египетской

он узнал свою судьбину от прекраснорогого

От быка,- хотя порода бычья бессловесная,

Хоть природа обделила нрасноречьем Аписа,

Но, с Рлдоксом стоя рядом, бык лизал подол его,

Этим ясно знаменуя, что умрет он вскорости.

И судьба его свершилась в самом скором времени:

Только пятьдесят три раза он встречал восход

Плеяд72.

Этого Евдокса называли <Эндоксом> [<Славным>]

за громкую о пои молву.

Закончив обзор знаменитых пифагорейцев, обратимся

теперь к так пазыпаеиьш <разрозненным> философам;

здесь прежде licoro иадленшт сказать о Гераклите.

КНИГА ДЕВЯТАЯ

1. Гераклит

Гераклит, сын Блосона (или, по мнению иных, Ге- >

раконта), из Эфеса. Расцвет его приходился на 69-ю

олимпиаду.

Был он высокоумен и надменен превыше всякого,

как то явствует и из его сочинения, в котором он гово-

рит: <Многознайство уму не научает, иначе оно научи-

ло бы и Гесиода с Пифагором, и Ксенофана с Гека-

теем>. Ибо есть <единая мудрость - постигать Знание,

которое правит всем чрез все>. Также и Гомеру, гово-

рил он, поделом быть выгнану с состязаний и высе-

чену', и Архилоху тоже. Еще он говорил: <Спесь га-^

сить нужнее, чем пожар> и <За закон народ должен

биться, как за городскую стену>.

Эфесцев он так бранит за то, что они изгнали его

товарища Гермодора: <Поделом бы эфесцам, чтобы

взрослые у них все передохли, а город оставили недо-

росткам, ибо выгнали они Гермодора, лучшего меж них,

с такими словами: <Меж нами никому не быть лучшим,

а если есть такой, то быть ему на чужбине и с чу-

жими> 2. <Просьбою эфесцев дать им законы он прене-

брег, ибо город был уже во власти дурного правления.

Удалившись в храм Артемиды, он играл с мальчишка-

ми в бабки, а обступившим его эфесцам сказал: <Чему з

дивитесь, негодяи? разве не лучше так играть, чем

управлять в вашем государстве?>

Возненавидев людей, он удалился и жил в горах,

кормясь быэтшм и травами. А заболев оттого водян-

кою, воротился в город и обратился к врачам с такой за-

гадкой: могут ли они обернуть многодождье засухой?

Но те не уразумели, и тогда он закопался в бычьем

359

хлеву, теплотою навоза надеясь испарить дурную вла-

гу. Однако и в этом не обретя облегчения, он скон-

* чался, прожив 60 лет. О нем есть такие стихи:

Часто я, часто дивился несчастной судьбо Герак-

лита -

Как он вытерпел жизнь, чтобы потом умереть?

Ибо злая болезнь налила его тело водою,

Свет угасила в очах и темноту навела 3.

По словам Гермиппа, он спросил врачей, могут ли

они осушить ему внутренности, выведя воду. Те отка-

зались, и тогда он лег на солнце, а рабам велел обма-

зать его навозом; и, лежа так, он умер на второй день

и был погребен на площади. А по словам Неанфа Ки-

зикского, он не смог уже очиститься от навоза и, ос-

тавшись, как был, сделался добычею собак, которые

в этом виде его не узнали.

:> С детства он заставлял дивиться себе: в молодости-

утверждая, что он ничего не ведает, а взрослым - что

знает все. Он не был ничьим слушателем, а заявлял,

что сам себя исследовал и сам от себя научился. Впро-

чем, Сотиоп говорит, что, по некоторым известиям, он

был слушателем Ксепофана, а по Аристону (в книге

<О Гераклите>)-сумел вылечиться от водянки и

умер от другой болезни (что подтверждает и Гип-

побот).

Книга, известная под его именем, в целом называ-

ется <О природе>, разделяется же на три рассуждения:

с обо Всем, о государстве и о божестве. Книгу эту он

поместил в святилище Артемиды, позаботившись (как

говорят) написать ее как можно темнее, чтобы доступ

к ней имели лишь способные и чтобы обнародование

не сделало ее открытой для прозрения. Тимон тоже

описывает его в таких словах:

Взвился меж ними тогда Гераклит, толпу охуждая

О темном своем кукареканье...

А Феофраст говорит, что в писании он иное недогова-

ривает, а в ином сам себе противоречит по причине

меланхолии. Гордыня же его явствует из того, что гово-

рит Аптисфен в <Преемствах>: он уступил своему бра-

ту царскую власть. И сочинение его стяжало такую

славу, что у него явились последователи, получившие

название гераклитовцев.

Мнения его в общих чертах были таковы.. Все со- ^

ставилось из огня и в огонь разрешается. Все совер-

шается по судьбе и слаживается взаимной противо-

бежностью (enaiitiodromia). Все исполнено душ и демо-

нов. Высказался он обо всем, чему подвержен мпр,

например что солнце по величине таково, каким ви-

дится. Еще он говорит: <Пределов души не отыщешь,

по какому пути не иди,- так глубок ее Разум>. Само-

мнение называет он падучей болезнью, а зрение -

ложью. И подчас в сочинении своем выражается он

светло и ясно, так что даже тупому нетрудно понять

и вознестись душой. А краткость и вескость его слога

несравненны.

Частные же мнения его таковы. Начало есть огонь; s

все есть размен (amoibe) огня и возникает путем раз-

режения и сгущения. (Ясного изложения он, однако

же, не дает.) Все возникает по противоположности и

всею цельностью течет, как река. Вселенная конечна,

и мир один. Возникает он из огня и вновь исходит в

огонь попеременно, оборот за оборотом, в течение всей

вечности; совершается это по Судьбе. В противополож-

ностях то, что ведет к рождению, зовется войной и раз-

дором, а что к обогневению,- согласием и миром. Из-

менение есть путь вверх и вниз, и по нему возникает

мир. Именно, сгущающийся огонь исходит во влагу, а

уплотняется в воду, а вода крепнет и оборачивается

землей - это путь вниз. И с другой стороны, земля

рассыпается, из нее рождается вода, а из воды - все

остальное (при этом почти все он сводит к морским

испарениям) - это путь вверх. Испарения рождаются

от земли и от моря, одни светлые и чистые, другие тем-

ные: от светлых умножается огонь, от иных - влага.

Какое над этим окружение, он не разъясняет, но гово-

рит, что в нем есть выдолбины (scaphai), обращенные

к нам, и в них светлые испарения, собираясь, образуют

пламена, которые и есть светила. Самое светлое и го- ю

рячее - пламя солнца, ибо прочие светила дальше от-

стоят от земли и поэтому меньше светят и греют, а

луна хоть и ближе к земле, по движется по нечистому

месту. Солнце же движется в месте прозрачном и не-

смутном и в соразмерном отстоянии от нас, оттого оно

больше и греет, и светит. Затмения солнца и луны быва-

ют оттого, что выдолбины поворачиваются кверху, а еже-

месячные перемены луны - оттого, что выдолбина

301

поворачивается попемпогу. День и почь, месяцы и

времена ^ода, годы, дожди и ветры и прочее подобное

11 нозпикает из-за различных испарений; так, светлое

испарение, воспламеняясь в круге солнца, производит

день, а противоположное, взяв верх, вызывает почь;

так, от светлого усиливается тепло и производит лето,

а от темного умножается влага и творит зиму. В согла-

сии с этим объясняет он причины и всего прочего.

О земле, однако, он не разъясняет, какова она есть;

точно так ;ке п о том, каковы те выдолбины. Вот в чем

состояли его мнения.

О Сократе и о том, что он сказал на сочинение Ге-

раклита, которое ему принес Евриппд (как об этом со-

общает Аристон), мы сказали в разделе о Сократе4.

12 а грамматик Селевк сообщает (со слов некоего Кро-

тона в книге <Ныряльщик>), будто первым эту книгу

принес в Элладу некий Кратет, сказав при этом, что

нужно быть делосским водолазом, чтобы не захлеб-

нуться в ней. Иные дают ей заглавие <Музы>, иные -

<О природе>, а Диодот-

<Правило негрешимое уставу жить>;

называют ее также <Указатель нравам> и <Единый по-

рядок строю Всего>. Говорят, на вопрос, почему он

молчит, Гераклит ответил: <Чтобы вы болтали>.

Знакомства с ним пожелал сам Дарий и написал

ему так:

13 <Царь Дарий, сын Гистаспа, Гераклиту, мужу эфес-

скому, шлет привет. Тобою написана книга <О при-

роде>, трудная для уразумения и для толкования. Есть

в ней места, разбирая которые слово за словом ви-

дишь в них силу умозрения твоего о мире, о Вселен-

ной и обо всем, что в них вершится, заключаясь в бо-

жественном движении; но еще больше мест, от сужде-

ния о которых приходится воздерживаться, потому что

даже люди, искушенные в словесности, затрудняются

верно толковать написанное тобой. Посему царь Дарий,

сын Гистаспа, желает приобщиться к твоим беседам

и эллинскому образованию. Поспешай же приехать,

14 дабы лицезреть меня в моем царском дворце. Эллины,

я знаю, обыкновенно невнимательны к своим мудрецам

и пренебрегают прекрасными их указаниями на пользу

учения и знания. А при мне тебя ждет всяческое пер-

362

веиство, прекрасные и полезные повседневные беседы

и жизнь, согласная с твоими наставлениями>.

^Гераклит Эфесский царю Дарию, сыну Гистаспа,

шлит привет. Сколько ни есть людей на земле, истины

и справедливости они чуждаются, а прилежат в дурном

неразумии своем к алчности и тщеславию. Я же всо

дурное выбросил из головы, пресыщения всяческого

избегаю из-за смежной с ним зависти и по отвращению

к спеси. Потому и не приеду я в персидскую землю,

а буду довольствоваться немногим, что мне по душе>.

Вот каков был он и перед самим царем.

Деметрий в <Соименниках> говорит, что презирал is

он даже афинян, хотя пользовался у них большой сла-

вой, и предпочитал жить на родине, хотя эфесцы пре-

небрегали им. Упоминает о нем и Деметрий Фалерский

в <Апологии Сократа>. Толкованием его сочинения за-

нимаются многие: и Антисфен, и Гераклид Понтии-

ский, и Клеанф, и стоик Сфер, равно как и Павсаний,

прозванный <гераклитовцем>, и Никомед, и Дионисий;

а из грамматиков - Диодот, который уверяет, что со-

чинение это было не о природе, а о государстве и о

природе в нем говорилось только в виде примера.

А Иероним сообщает, что Скифин, ямбический поэт, к>

взялся излагать его учение в стихах.

О нем существует много эпиграмм, в том числе та-

кая: